С громким рыком Рустам наносит последний удар, груша раскачивается с большой амплитудой и возвращается обратно.

— Пришла? — его голос разносится громким эхом по залу.

И как он только почувствовал? Ведь я даже дышу через раз, завороженно наблюдая за Зевсом, и пытаюсь принять верное решение.

Когда он подходит ко мне, такой разгоряченный, меня обдает жаром, исходящим мощными потоками от его тела.

— Ну, чего молчишь? — начиная злится, стреляет в меня глазами, словно пулями.

— Ну, чего молчишь?

От его грозного голоса, который эхом разлетается по спортивному залу, я вздрагиваю и до боли сжимаю кулаки.

— Я хочу остаться с тобой, — не верится, что говорю это. Еще недавно мечтала избавиться от ненавистного бандита, а сейчас я бросаюсь ему на шею и прижимаюсь всем телом.

— Кроха, я же весь потный, дай хоть вытрусь, — а сам обнимает меня сильно, так, что каждая клеточка дрожит.

— А мне нравится, — втягиваю носом его запах. Мужской, первобытный, по-животному притягательный. И кожа его разгоряченная обжигает.

— Точно решила со мной остаться? Я ведь не отпущу тебя, — ошалело зацеловывает мое лицо, наматывает волосы на кулак и грубо заставляет посмотреть ему в глаза. — Подумай еще.

— Не отпускай, — чувствуя на губах его вкус, облизываю их.

— Будет непросто. А ты у меня барышня нежная, — слегка усмехнувшихся, проводит пальцами по ключицам и дышит часто. Сначала медленно соблазняя, водит руками по талии бедрам, задирает юбку и шлепает по попке.

Нас захлестывают неконтролируемые эмоции, иначе не объяснить, что мы, как изголодавшиеся, набрасываемся друг на друга с поцелуями и ласками.

Зевс запускает руку в вырез платья и грубо сжимает грудь, мнет напряженные от возбуждения соски.

— Ах, — с губ срывается протяжный стон, в ответ Рустам издает гортанный звук.

— Моя девочка, — кожа пылает огнем в местах его поцелуев.

Разворачивает меня так, чтобы я смогла упереться руками в стену. Выгибаюсь кошкой и дрожу от сладостного предвкушения, пока Рустам нетерпеливо расстегивает ремень.

Он трется возбужденным членом, прижимается всем телом, облизывает шею в том месте, где неистово бьется венка. Внизу живота разгорается невероятный жар.

— У кого-то уже насквозь мокрые трусики, — удовлетворенно шепчет, прикусывая мочку уха.

Мне плевать на стеснение, я хочу, чтобы он вошел в меня большим возбуждённым членом и таранил истекающую соками плоть.

— Прости, Кроха, я слишком соскучился по тебе. Сдерживаться не смогу, — медленно стягивает с меня белье. Поглаживает ладонью по складочкам, вводит в меня пальцы и нажимает на точки, отчего меня простреливает импульсами удовольствия.

— Даааа, — громкий крик раздирает горло, когда Зевс входит в меня резко и до упора.

Жадно хватаю ртом воздух, когда темп становится все быстрее. Грубые толчки и ласковые поглаживания клитора дает мгновенный эффект, и я уже близка к разрядке. Я так сильно его хочу, что мне не требуются долгие прелюдии.

Мышцы сокращаются вокруг его члена, низ живота скручивает тугим узлом. Больше не сдерживая громких стонов, ору во весь голос, впиваясь ногтями в стену и царапая ее. Меня бьет судорога, я быстро кончаю, и Зевс не отстает, заливая меня горячей вязкой спермой.

Мы так и стоим неподвижно, дышим часто, как будто марафон бежали.

— Со мной вряд ли будет семья и дети, — говорит осипшим голосом, едва успев перевести дыхание.

Голова, с трудом соображая после сумасшедшего оргазма, с опозданием воспринимает услышанное.

— Почему? У смотрящего же есть? — резко повернувшись, вглядываюсь в любимое лицо и глажу небритые щеки.

— А ты знаешь, что это за жизнь? Без охраны и шагу ступить нельзя. Он постоянно уговаривает Кристину уехать в другую страну. Пока беды не случилось. А она, дурочка, не соглашается. Говорит, если умирать, то только рядом с ним. Упрямая девчонка.

— Любит сильно, — наверное, я на ее месте также поступила бы.

— Нам нельзя иметь слабые места. Годами может быть спокойно, а потом вдруг начнется заваруха и все. До того, как Смотрящий занял свой пост, каждый день ребят хоронили. Все борзые, сразу за оружие хватались. Делили территорию, бизнес. Потом, когда он власть получил, стало тише. Боятся против него сильно возникать, но отморозки всегда есть. Надо быть наготове.

Наверное, я не осознаю всей серьезности его слов. Иначе бежала бы от него без оглядки. Но влюбившись, больше не представляю своей жизни без Зевса. Без этого грубого, сильного и невероятно сексуального мужчины. Только рядом с ним я ощущаю себя невероятно желанной, красивой. Как бы странно ни звучало, но только рядом с ним я чувствую себя в безопасности.

— По правилам нельзя нам быть вместе. Ради твоей же безопасности. А я не могу от тебя оторваться. Крепко ты меня за яйца держишь, Кроха. И за сердце тоже, — обняв так, что кости хрустеть начинают, пожирает губы, глубоко просовывает язык, и я с удовольствием все принимаю и радуюсь в душе его последним словам.

— Я только переживаю за реакцию мамы.

— Ну а что тут переживать. Скажешь, что я бизнесмен. Это практически правда, только иногда выхожу за рамки дозволенного, а так я честный гражданин.

— Я уже увидела, какой ты честный гражданин, — игриво улыбнувшись, пытаюсь освободиться из крепких объятий, но Алиев прижимает меня к стене, и я снова чувствую его мощный стояк. Взяв мою ладонь, кладет на возбужденный член, вынуждая его сжать.

— Зевс, — сначала раздается стук в дверь, а потом в проеме появляется охранник.

— Чего тебе? — рявкает Рустам, пряча меня за своей могучей спиной.

— К тебе гости.

— Я не жду никого. Пошли их, — встав на носочки, выглядываю из-за плеча и вижу, что парень не уходит, а мнется у двери.

— Посмотри сам, — пожимает плечами.

— Да кто там? В чем проблема прогнать? — ладонями, которые лежат на спине, ощущаю, как напрягаются его мышцы.

— Там девушка с ребенком. Она говорит, что твоя жена.

Зевс резко дергается, отчего охранник испуганно отшатывается и скрывается из вида.

— Ты женат? — сердце мгновенно начинает частить.

Я ведь даже не спрашивала у него никогда. Мне казалось, что Зевс и брак — вещи несовместимые. Да и не будет мужчина настойчиво добиваться женщину и привозить к себе домой, если у него есть жена? Или будет?

Растерянно вглядываюсь в лицо, на котором не проступает ни единой эмоции. Почему Рустам ничего не отвечает? Неужели есть что скрывать?

Проходит несколько секунд молчания, а меня за это время бросает то в жар, то в холод, и ноги едва держат меня.

Зевс спокойно идет на выход. Как всегда уверенно, разрезая воздух мощными плечами.

— Ты мне ничего не ответишь? — бегу за ним, кусая губы до крови, но он не обращает внимания на мои вопросы.

— Ну, привет, — остановившись, он складывает руки на груди и пристально смотрит на девушку, которая обнимает мальчишку лет семи.

Я не знаю, на кого смотреть в первую очередь. Сгорая от любопытства, хочется разглядеть в малейших деталях девушку, но при этом не упустить эмоции на лице Зевса. А он лишь смотрит на нее непроницательным взглядом и складывает руки на груди. Не могу считать его эмоции на каменном лице.

— Ну, привет, — голос вроде спокойный, но вот желваки на скулах вздуваются.

— Здравствуй, — только сейчас перевожу взгляд на девушку, внимательно сканируя каждую деталь.

На вид ей двадцать семь или около того. Жгучая брюнетка, стройная, невысокая. Одета стильно и очень дорого. Золотых браслетов на запястье, наверное, на несколько миллионов. Белое платье, плотно облегающее фигуру, идеально подчеркивает ее пышную грудь и бедра.

— Ну, чего мнешься, жена? Садись, — усмехнувшись, подходит к ней ближе и бросает быстрый взгляд на пацана.

Я судорожно ищу между ними сходства и не могу понять, то ли они действительно похожи, то ли мне от волнения так кажется.