Габриэль, сглатывая слёзы, дрожащими руками подожгла факелы и подняла их высоко. Пламя вспыхнуло, осветив проход. Скорпион замер, его клешни дрогнули.
Габриэль внезапно осознала:
— Он замирает перед огнём! Смотри, Зена — он боится света! Он… он как будто слепнет на мгновение!
Зена использовала момент, стискивая лезвие шакрама, чувствуя, как холод подбирается к сердцу:
— Хорошо, Габриэль! Бей в сустав! Он уязвим там!
Она снова метнула шакрам, целясь в тот же сустав. Лезвие ударило точно — но треснуло от яда, покрывшего клешню. Символ жертвы раскололся пополам.
Габриэль испуганно, с болью в голосе:
— Шакрам… он сломался! Зена, ты ранена…я здесь, я с тобой!
Зена сжала меч, пытаясь унять дрожь в руке и глядя в глаза Габриэль так, словно это была их последняя встреча:
— Ничего. У нас всё ещё есть мы. И есть меч. Арго! Сейчас!
Лошадь поняла команду. Она подбежала к металлическому щиту, который Зена заранее положила у стены, и с силой ударила по нему копытами.
Оглушительный звон разнёсся по каньону. Скорпион вздрогнул, на мгновение отвлёкся.
Габриэль громко, обращаясь к скорпиону, пыталась перекричать шум:
— Ты больше не один! Мы тоже были одиноки! Мы знаем, что это такое — быть загнанным в угол, бояться, злиться… Но мы нашли друг друга. И ты можешь найти свой путь!
Существо замерло. Его клешни опустились, хвост перестал покачиваться. На мгновение в его глазах мелькнуло что‑то, похожее на понимание.
Габриэль мягче, но уверенно, шагнула вперёд:
— Ты не должен убивать, чтобы выжить. Мы можем помочь. Мы не враги.
Зена быстро, пользуясь замешательством, но голос звучал слабее:
— Габриэль, указывай слабое место! Быстрее!
Габриэль показала, почти крикнула:
— Под брюхом! Там мягкий панцирь! Смотри, чуть левее!
Зена сделала рывок вперёд, но движение было замедлено ядом:
— Я вижу…
Она бросилась вперёд. Меч сверкнул в свете факелов, но скорпион успел отреагировать — резко дёрнул клешнёй, отбрасывая Зену в сторону. Та ударилась о скалу, меч чуть не выпал из руки.
Габриэль в ужасе заорала:
— ЗЕНА!
Зена поднялась с трудом:
— Я… в порядке. Просто… яд… замедляет…
Габриэль решительно:
— Арго! Ещё раз!
Лошадь снова ударила копытами по щиту, создавая стену звука, которая дезориентировала чудовище. Скорпион отвлёкся. Габриэль, наплевав на опасность, бросилась не к скорпиону, а к Зене. Она подхватила её под руку, помогая удержать равновесие.
— Ты не в порядке, — прошептала Габриэль, и в её голосе, обычно полном надежды, сейчас звучала лишь отчаянная решимость защитить самое дорогое. Она на мгновение прижалась лбом к плечу воительницы, передавая ей свою силу. — Посмотри на меня. Только на меня.
Зена с трудом сфокусировала взгляд на лице подруги. Боль отступала перед теплом, которое всегда исходило от Габриэль. Королева воинов накрыла ладонь девушки своей рукой, коротко и крепко сжав пальцы. В этом жесте было больше, чем просто поддержка на поле боя — это было безмолвное признание.
— Я не оставлю тебя, — твёрдо произнесла Габриэль, глядя Зене прямо в глаза. — Слышишь? Никогда.
Зена слабо улыбнулась, её взгляд на секунду смягчился, наполнившись нежностью, которую она позволяла себе проявлять только наедине с ней.
— Знаю, — выдохнула Зена, чувствуя, как внутри закипает новая волна ярости, но уже не от яда, а от желания защитить Габриэль. — Вместе.
— Вместе, — эхом отозвалась Габриэль, перехватывая свой шест.
Зена выпрямилась, опираясь на плечо Габриэль, и её голос обрёл былую сталь, хотя в нём всё ещё слышалась мягкая нотка, обращённая только к спутнице:
— Укажи мне путь ещё раз, Габриэль. Я не промахнусь.
Габриэль кивнула, её сердце забилось чаще. Она бросила горсть сухой травы в огонь. Пламя вспыхнуло ярче, ослепляя существо.
— СЕЙЧАС, ЗЕНА! В УЯЗВИМОЕ МЕСТО! — крикнула Габриэль.
Зена собрала последние силы, отразила свет клинка в глаза твари — ослепляя её. Затем сделала последний рывок и вонзила меч точно в уязвимую точку под брюхом скорпиона. Скорпион издал протяжный, почти человеческий стон — и начал рассыпаться в песок, исчезая без следа. Зена покачнулась. Яд парализовал её движения, рука с мечом опустилась. Она едва не упала, но Габриэль успела подхватить её.
Габриэль запаниковала, почти заплакала:
— Зена! Зена, держись! Ты слышишь меня?
Зена слабо, с трудом сфокусировала взгляд:
— Я… слышу… просто… тяжело… дышать…
Габриэль взяла себя в руки, голос дрожал, но она старалась говорить чётко:
— Всё будет хорошо. Помнишь, старик‑травник дал нам солёный порошок? А ты раздобыла желчь змеи? — Она быстро достала мешочек с порошком и маленький пузырёк.
Зена хмыкнула, несмотря на боль:
— Ты что, таскала это всё время с собой?
Габриэль, обрабатывая рану, сказала срывающимся голосом:
— Конечно. На всякий случай. И ещё верёвки, иголки, нитки, сушёные яблоки и… Ладно, не важно. Лежи спокойно. — Она осторожно посыпала рану солёным порошком, затем капнула желчью змеи.
Зена поморщилась, но через мгновение её лицо расслабилось, дыхание стало ровнее.
Зена глубоко вздохнула:
— Действует… Спасибо, Габриэль.
Габриэль улыбнулась сквозь слёзы:
— Всегда пожалуйста. Но в следующий раз, может, попробуем сначала поговорить? До того, как метнёшь шакрам?
Зена усмехнулась:
— Договорились. Но только если собеседник не размером с дом и не с жалом на хвосте.
Арго подошла ближе, ткнулась мордой в плечо Габриэль, затем в плечо Зены.
Раб всё ещё пребывал в отключке.
Габриэль погладила лошадь:
— Да, девочка, ты была великолепна. Без тебя мы бы не справились. — Она почувствовала, как по телу разливается невероятное облегчение, сменившее леденящий ужас последних минут. Она прижала Зену к себе, не желая отпускать, словно боясь, что опасность может вернуться. — Я так испугалась, что потеряю тебя, — прошептала Габриэль, заглядывая в глаза воительницы.
Зена протянула руку и осторожно коснулась щеки подруги, стирая большим пальцем остатки слёз. Её взгляд, обычно суровый и стальной, сейчас светился нежностью, которую она так редко позволяла себе проявлять открыто.
— Ты никогда меня не потеряешь, — тихо ответила Зена. — Пока ты рядом, я всегда найду дорогу назад.
Габриэль замерла, вглядываясь в знакомые черты. В этот момент мир вокруг — поверженный монстр, пыль дороги и даже верная Арго — перестал существовать. Осталась только эта близость и осознание того, насколько они дороги друг другу. Габриэль подалась вперёд, и Зена встретила её движение, сокращая последние дюймы между ними. Их поцелуй был сначала робким и солёным от слёз, но быстро перерос в глубокое, полное страсти и долгожданного признания чувство. Это было закрепление негласного обета, который связывал их души долгие годы. Зена прижала Габриэль к себе крепче, вкладывая в это объятие всю свою благодарность и любовь, которую не могли выразить слова. Когда они наконец отстранились друг от друга, Зена коснулась своим лбом лба Габриэль.
— Больше никаких недомолвок? — с лёгкой улыбкой спросила Габриэль, её глаза сияли.
— Никаких, — твёрдо пообещала Зена, бережно поправляя выбившийся локон золотистых волос подруги. — Теперь только мы. Вместе, до самого конца.
Арго снова тихо фыркнула, словно одобряя их союз, и в наступивших сумерках две героини сидели, прижавшись друг к другу, готовые встретить любое новое испытание, которое принесёт им завтрашний день.
Зена подняла взгляд на зияющий проход в пещеру, поправляя меч за спиной:
— Ну что, идём дальше? Или ты всё ещё надеешься, что там в конце нас ждёт уютная таверна с горячим ужином и мягкими перинами?
Габриэль тяжело вздохнула, но улыбнулась, вытирая пот со лба, но на её губах заиграла привычная лукавая улыбка:
— Куда же без этого. Но сначала — передохнём, чтобы мои ноги вспомнили, что они часть меня, а не просто два куска дерева. И давай всё-таки проверим, что там внутри, пока моё любопытство не пересилило мой здравый смысл. Хотя, кого я обманываю, это случилось ещё в Потейдии.
