– Шутки в сторону, – строго отрезал Пань Юньтэн. – Я прекрасно знаю, что работа оперативника сопряжена с риском, но впервые слышу, чтобы в передрягу попал студент, работающий в архиве!

– Это просто совпадение. В муниципальном управлении не хватало служебных машин, и я предложил свою помощь, – Фэй Ду расслабленно откинулся на спинку кресла. – Говорят, после того инцидента капитану Ло пришлось написать столько объяснительных, что наберётся на целый том. Полагаю, тема уже исчерпана. Лучше скажите, вам удалось прочитать мою работу?

Профессор смерил студента пристальным взглядом и открыл на компьютере файл с его домашним заданием. Пань Юньтэн всецело посвящал себя профессии и даже в минуты отдыха смотрел тематические программы. Как раз сейчас в кабинете по телевизору шли «Истории деревенской полиции»[4]. Сюжет строился вокруг смерти женщины, найденной на обочине дороги. Рядом с телом полицейские обнаружили следы торможения и по протектору шин быстро вычислили автомобиль. Его водитель признался, что в ту ночь сел пьяным за руль и кого-то сбил. Загвоздка заключалась в том, что у покойной не было характерных травм, что наводило на мысль об иной причине смерти.

Фэй Ду не знал всех обстоятельств дела, но понимал, что авторы программы намеренно сгущают краски и создают впечатление, будто всё это часть страшного заговора. Когда Пань Юньтэн, по-видимому, утомившись от фонового шума, выключил телевизор, Фэй Ду развернулся на вращающемся кресле обратно к столу и поделился своими впечатлениями:

– Судмедэксперту не составит труда определить, умерла женщина в результате аварии или до неё. Какой смысл драматизировать? Создают интригу на пустом месте.

– Если ты внимательно изучал материалы проекта, то наверняка заметил, что большинство преступников не отличаются сообразительностью, – отозвался его наставник, не отрывая взгляда от монитора. – Одни убивают в состоянии аффекта, другие, наслушавшись всяких историй, наивно верят, что смогут обвести вокруг пальца криминалистов с современным оборудованием. По-настоящему хитрые преступники такая же редкость, как перо феникса или рог цилиня[5]. Хм, групповые тенденции… Интересный выбор слова в данном контексте. Почему ты взял именно эту тему?

– Как вы верно отметили, обмануть современных криминалистов не так-то просто. В распоряжении полиции масса передовой техники, прогресс добирается уже до самых отдалённых районов. Из-за этого злоумышленник находится под сильнейшим психологическим давлением. Но с групповыми преступлениями дело обстоит иначе: соучастники порой могут даже не осознавать, что нарушают закон. Чем более замкнута среда, тем легче в ней формируются девиантные группы. Например, те же тюрьмы или глухие горные районы, где процветает торговля людьми. Безусловно, такое встречается и в развитых городах, но риск разоблачения для преступников здесь гораздо выше. – Пань Юньтэн посмотрел на Фэй Ду. Тот, частично скрывая улыбку за высоко поднятым шарфом, наконец озвучил цель своего визита: – Профессор, три последних крупных дела муниципального управления носили групповой характер. Мы можем отвести под эту тему раздел в «Альбоме»?

Его наставник удивлённо вскинул брови. Если бы не он лично назначил Фэй Ду контактным лицом, то наверняка решил бы, что им движут скрытые мотивы.

– Я не привык бросать дело на полпути, – тихо пояснил юноша.

Пань Юньтэн кивнул:

– Я подумаю.

Фэй Ду не стал настаивать и, попрощавшись, покинул кабинет. Он не слишком переживал о возможном отказе профессора: в конце концов, всегда можно деликатно вывести нынешнее начальство из игры. Но всё же надеялся, что его эссе убедит Пань Юньтэна. Иначе придётся прибегнуть к нетрадиционным методам, а для раненого это слегка обременительно.

Утром ярко светило солнце, но к вечеру голубое небо затянуло тучами и посыпал мелкий снег. Ло Вэньчжоу толкал велосипед, как сани, по скользкой дороге. У ворот управления его нагнал Тао Жань и повесил на руль подарочный пакет.

– Ты чего так рванул? Не терпится заняться дома готовкой? Мама прислала вяленое мясо. Хорошее, домашнее. Свиньи комбикорма в жизни не ели – натурпродукт! Я уже поделился с ребятами в офисе, это тебе. – Он положил ладонь на пакет и трижды постучал по нему указательным пальцем.

С наступлением холодов Тао Жань облачился в пуховик, напоминающий черепаший панцирь, и кутался в него так плотно, что торчали только глаза. Капитан обратил внимание на жест товарища и по его серьёзному взгляду догадался, что в пакете есть кое-что ещё, помимо гостинцев. Поблагодарив, он взвесил его в руке и сказал:

– Когда появляется вяленая свинина, понимаешь, что действительно наступила зима[6]. А чего она такая тяжёлая? Сколько ж тебе мама мяса выслала?

– Много. Я ещё вчера передал коробку супруге нашего наставника.

Товарищи обменялись молчаливыми взглядами. Ло Вэньчжоу понял, что внутри его ждут какие-то вещи Ян Чжэнфэна, и решился осторожно прощупать почву:

– И что, она тебя с лестницы не спустила? Госпожа и так нас не очень жалует, а ты к ней ещё и без повода, по сути, заявился.

Лао Ян погиб три года назад, если у его жены до сих пор хранилось нечто ценное для полиции, то почему она решила поделиться этим только сейчас?

На лице Тао Жаня отразилась целая гамма эмоций. Ледяной ветер пронизывал до костей и трепал красный флаг у ворот муниципального управления, который водрузили ещё ко Дню образования КНР. Оттенённый белыми хлопьями снега, он казался ярче обычного и словно грозился разорвать вечерние сумерки. Сердце Ло Вэньчжоу кольнуло дурное предчувствие.

– Она… в прошлом месяце попала в больницу. – Тао Жань посмотрел на небо, затем уставился себе под ноги и тихо пояснил: – У неё нашли лимфому.

– Что?

– Поздняя стадия, – он с трудом выдавливал по слову, словно задыхался от ветра. – Там… недолго осталось.

– Я еду к ней! – решительно заявил Ло Вэньчжоу и вскочил на велосипед. – Что будет с дочкой? Она ведь ещё даже университет не окончила…

Тао Жань удержал его за локоть и покачал головой:

– Время позднее, она наверняка уже отдыхает. – Затем снова постучал по пакету и многозначительно добавил: – Всеобщим любимцем тебя не назовёшь, едва ли она будет рада твоему визиту. Возвращайся домой, поужинай. Я тоже пошёл. Аккуратней на дорогах.

– Тао Жань! – крикнул ему в спину капитан, выпуская изо рта клубы пара. – Она заболела из-за лао Яна? Из-за депрессии после его смерти?

Замкапитана в ответ только махнул рукой. Обсуждать это не имело смысла: какая разница, если ничего уже не исправить? Так распорядилась судьба, а ей неважно, насколько ты талантлив, богат и влиятелен.

Тяжёлый пакет, висящий на руле велосипеда, нарушал равновесие и усложнял движение против ветра. С утра Ло Вэньчжоу рассекал по городу, словно к раме прикрутили колёса Ветра и Огня, а вечером тащился домой будто на кривых железных обручах.

Когда он пересёк улицу и свернул направо, минуя парковку перед торговым центром, в груди вдруг что-то ёкнуло. Капитан поднял припорошённую снегом голову, периферийным зрением уловил знакомые очертания и, резко затормозив, обернулся. Там стояла его машина! Ло Вэньчжоу удивлённо вытаращил глаза. Под мерный шум двигателя кружились снежинки в лучах тёплого света фар.

Неужели Фэй Ду приехал за ним?

Капитан с невозмутимым видом, вразвалку подошёл к автомобилю и уже собирался постучать в окно, как вдруг радость сменилась ужасом.

Неизвестно, как давно Фэй Ду ждал его здесь, но за это время он успел уснуть, свернувшись калачиком на водительском сиденье. Отопление в салоне работало на полную мощность, а окна были наглухо закрыты! Капитан набрал полную грудь холодного воздуха и забарабанил по стеклу:

– Фэй Ду! Фэй Ду!

Он уже намеревался разбить окно, когда юноша наконец проснулся и растерянно огляделся. Заметив снаружи капитана, он потёр глаза и открыл дверь.