— Не получилось? — тихо спросила она, и надежда в ее голосе погасла.

— Хуже, — сказала я, опускаясь на стул. — Кажется, я втравила нас в проблемы, по сравнению с которыми тыквы кажутся сущей безделицей.

И я рассказала ей всё. Про слежку, про муку, про зонтик и про ту самую искру, которая угодила точно в цель. Злата слушала, широко раскрыв глаза. А потом начала смеяться. Сначала тихо, потом все громче, пока не залилась безудержным хохотом, держась за живот.

— Ты... ты обсыпала его мукой? И подожгла... э-э-э... его королевский попец? — выдохнула она сквозь смех.

Мне тоже стало смешно. Вся нелепость ситуации вдруг предстала передо мной во всей красе.

— Ну, я же целилась в мешок! — оправдывалась я, уже смеясь. — А он такой... дылда. Высоченный. И злой, как голодный тролль.

— А на кого он был похож? — спросила Злата, утирая слезы.

Я на мгновение задумалась, и перед моим внутренним взором встало его разгневанное, покрытое мукой лицо. Правильные черты, тонко вылепленный аристократический нос.

— Обычный дылда, — буркнула я, прекращая смеяться.

Незнакомец показался мне симпатичным. Даже очень. Жаль, что мы так познакомились.

Злата решила сходить в город, чтобы докупить кое-какой еды и заодно разведать обстановку. Вернулась бледная, с пустыми руками.

— Соня, — прошептала она, запирая дверь на все засовы. — Тебя ищут. На каждом углу. И описывают очень подробно. Рыжеволосая... Зеленые глаза... Родинка на левой щеке, чуть выше уголка пухлых губ...

После каждого пункта я невольно хваталась за названную часть лица. Это точно была я. Вот глазастый! Хотя, если разобраться, ну волосы, ну рыжие. Мало ли таких девиц в городе. Плохо, что он знал, что я ведьма. Это сильно сужало круг поиска.

— И это еще не всё, — продолжала Злата. — Я встретила госпожу Чужеславскую и баронессу Воронову. Они очень вежливо поинтересовались, как продвигается их заказ. И напомнили, что бал уже послезавтра. Они завтра к вечеру с нетерпением ждут свои зелья.

В этот момент в дверь постучали. Мы со Златой замерли, как мыши под веником.

Но за дверью оказался мальчишка-разносчик, пришедший забрать готовые крема и притирки для наших заказчиц. Он покосился на меня, перепачканную и в косынке, и спросил с нескрываемым любопытством:

— А это не вас, часом, стража ищет? Рыжеволосую ведьму?

Я сделала удивленные глаза.

— Меня? А что случилось-то? Весь день у котла провела, вообще не знаю, что в городе твориться.

Глаза мальчишки загорелись. Он обожал сплетни.

— Да вроде как какая-то отчаянная ведьма, совсем сбрендила от любви. Напала на своего избранника то ли на начальника стражи, то ли на губернатора, а ходят слухи, что и на самого короля! В общем, на кого-то очень важного. Ищут ее, чтобы немедленно сжечь! Для устрашения остальных!

Он забрал посылки и ушел, оставив нас в растрепанных чувствах. Про отчаянную влюбленную ведьму было смешно, но вот это «сжечь», мне совсем не понравилось. В воздухе отчетливо запахло кострами Темных веков.

— Всё, мы сбегаем, — решительно заявила Злата, ее глаза снова наполнились слезами. — Сегодня же. Пока не поздно.

— Куда? — спросила я тихо. — Нас найдут. У нас нет денег, чтобы скрываться. А если нас поймают... нас посадят в тюрьму не только за нападение, но и за мошенничество. Мы взяли предоплату и ничего не сделали. Или нам придется всю жизнь скрываться в какой-нибудь глуши, где ты не сможешь варить свои зелья. Твой дар зачахнет.

Злата всхлипнула, понимая, что я права. Я подошла к окну и смотрела на наш двор, заставленный ненавистными тыквами, которые алели в лучах заходящего солнца, как насмешка. И вдруг в моей голове возник новый план.

— Кажется, я знаю, где искать нашего злосчастного контрабандиста, — сказала я, поворачиваясь к Злате.

Дождавшись, когда ночь окончательно опустится на город, мы переоделись в темное, накинули плащи с капюшонами и взяли метлы. Мы летели за город, к ферме, где по моим догадкам должен был скрываться Грюнд. Ведь тыквы-то были настоящими, а значит, он закупал их у своего младшего брата, который владел единственной подходящей фермой в округе.

Не долетая до самой усадьбы, мы приземлились в ближайшем леске. К дому решили подойти пешком, чтобы не спугнуть возможную добычу. Мы шли по тропинке, пробираясь через подсохшие папоротники, и я уже строила в голове планы, как мы прижмем Грюнда к стене и заставим его вернуть нам деньги или достать корень.

И тут из темноты, словно призраки, выросли фигуры в синих плащах. Их возглавлял тот самый незнакомец. Его строгое, собранное лицо было ясно видно в лунном свете. Узнав меня, он расплылся в довольной улыбке, как охотник, поймавший доверчивого зайчика.

— Ведьмочка, — произнес он, и его голос прозвучал в ночной тишине громко и четко. — Мы ждали тебя.

Я вскрикнула и рванула назад к метле. Злата была уже в воздухе.

— Летим! — взвизгнула я, вскакивая на свою метлу.

Мы взмыли в воздух, едва уворачиваясь от ловких рук стражников. Снизу донесся его голос, полный ярости и... странного удовлетворения:

— Я тебя найду! У меня уже есть твой зонтик! А теперь и ботинок!

Я посмотрела вниз и с раздражением поняла, что в суматохе потеряла один ботинок, который остался как трофей у этого типа.

Домой мы прилетели расстроенные и разбитые. Я сидела на кухне и смотрела на свой грязный носок.

— Я пойду и сдамся, — сказала я тихо. — Иначе из-за меня пострадаешь и ты.

— Ни за что! — возразила Злата. — Есть другая идея. Пока стража рыщет за городом, давай наведаемся на их склады! Туда, где должны храниться изъятые у Грюнда товары. Может, наш корень там!

Идея была безумной. Но не безумнее, чем всё, что происходило в этот день. Мы решили не терять времени. Я надела новые ботинки, и мы снова взлетели в ночь, на этот раз, направляясь к казармам городской стражи.

Удивительно, но склады, примыкавшие к казармам, охранялись весьма условно. Видимо, все свободные силы были брошены на поимку рыжей ведьмы и Грюнда. Мы приземлились на покатую черепичную крышу одного из амбаров и затаились. И тут я услышала шепот. Не только наш.

Оказалось, что ведьма Милина и еще несколько наших коллег-неудачниц тоже решили взять силой то, что, по их мнению, им принадлежало. Увидев друг друга, мы на мгновение опешили, но затем Милина, всегда практичная, просто кивнула.

— Не время для разборок. Работаем вместе.

Мы осторожно, с помощью магии, приподняли несколько черепиц, создав достаточно широкую дыру, и по одной стали проскальзывать внутрь. Темнота склада была густой, пахло пылью, деревом и... надеждой. И тут над нами с грохотом захлопнулась крыша. Яркий свет магических фонарей ударил по глазам. Мы попали в ловушку.

— Всем оставаться на месте! — прогремел знакомый голос.

Хитрые ведьмы, включая Милину, рванули к дыре в крыше, превращаясь в стаю испуганных ворон, и выскользнули наружу. Я была ближе всех к выходу и уже почти проскочила, когда что-то тяжелое и упругое обвило мою талию и резко дернуло вниз. Магическое лассо. Я потеряла равновесие и полетела вниз, прямо в чьи-то сильные руки.

Ощущения было... странным. Я ожидала грубого захвата, боли. Но руки, которые поймали меня, были крепкими, но не жестокими. Они приняли мой вес уверенно, почти бережно. На мгновение я почувствовала тепло сквозь ткань его мундира, услышала ровное, спокойное дыхание где-то у себя над головой. Пах он не мукой, как я ожидала, а кожей, холодным оружием и чем-то еще... древесным, мужским. Парфюмом? Мое сердце, которое должно было бешено колотиться от страха, вдруг замерло, а потом забилось с новой, непонятной силой.

Он продержал меня так, может, секунду дольше необходимого. Потом разжал объятия и передал меня в руки ближайшего стражника.