Деклан закричал, когда оргазм захлестнул его, и не мог сдержать стонов, срывающихся с губ каждый раз, когда глубоко погруженный в него член пульсировал. Его собственное освобождение стекало по руке, пока он продолжал поглаживать себя, в соответствии с толчками, проходящим через него. Пальцы, впивавшиеся в его бедра, ослабли, и Деклан закрыл глаза, когда все еще полутвердый член выскользнул из его задницы. Еще до того, как мужчина шагнул, отходя от него, Деклан почувствовал, как знакомый холод снова пробежал по телу, и, наблюдая, как мужчина направляется в ванную, Деклан в отчаянии закрыл глаза. Ему удалось опуститься так, чтобы сесть на кровать, но даже его ноющая задница не могла облегчить жгучую боль, распространявшуюся по всему телу.

- Вот.

В его руке было зажато полотенце. Деклан тщательно вытерся и бросил полотенце поверх тонкого покрывала, прежде чем встать и натянуть штаны.

- Ты в порядке?

Шелковистый голос прозвучал резко для ушей Деклана, и он удивился этому. Может, потому, что после они никогда не разговаривали. С другой стороны, они редко разговаривали и до, и во время этого.

- Разве это не противоречит правилам? - Тихо сказал Деклан, потянувшись за своей рубашкой. Мужчина сейчас был где-то позади, вероятно, приводя в порядок свою одежду.

- На этот раз ты назвал совсем другое имя, - ответил мужчина, игнорируя вопрос Деклана.

Деклан был настолько сбит с толку этим комментарием, что даже обернулся. Его глаза уже достаточно привыкли к полумраку комнаты, чтобы разглядеть, как мужчина заправляет рубашку в брюки.

- Какое? - В ужасе прошептал Деклан.

- Джаггер, - сказал парень. - Все остальные разы был Рен, но сегодня - Джаггер.

Иисус.

Деклан опустился обратно на кровать. Он знал, что парень не обиделся на то, что он назвал чужое имя, поскольку ни один из них не был здесь по какой-либо другой причине, кроме секса, но он даже не осознавал, что делает это. Использовать образ Рена было достаточно плохо, но еще и взывать к нему? А теперь Джаггер? Что, блядь, с ним не так?

- Зейн... - сказал Деклан.

- Как и все остальное, Деклан. То, что происходит в этой комнате, остается в этой комнате, - сказал Зейн.

Деклан не поднял глаз, когда почувствовал, что Зейн остановился рядом с ним. Из-за откровенности Зейна и его почти ласкового тона Деклан чувствовал себя уязвленным.

- Ты был близок сегодня, Деклан.

Деклан поднял глаза на высокого мужчину, стоявшего менее чем в трех футах от него. Было все еще слишком темно, чтобы разглядеть его лицо, но Деклан уже знал, что увидит, если включит свет. Черные волосы, зеленые глаза цвета мха, широкая, волевая челюсть.

- Близок к чему? - Спросил Деклан.

- Близок к тому моменту, когда того, что я могу тебе дать, уже будет недостаточно. Я не люблю причинять боль парням, с которыми общаюсь, так что, если ты этого хочешь... - сказал Зейн. Он не закончил фразу, натянул куртку и вышел из комнаты.

Деклан закрыл глаза, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Как, черт возьми, он мог объяснить, что дело не в боли? По крайней мере, не в самом начале, когда они с Зейном договорились об этом. Но мужчина был прав - Деклан все больше и больше полагался на боль, чтобы стереть из памяти реальность, что того, что они делали, было недостаточно. Совсем.

То, что делал Зейн, избавляло от болезненной, пустой потребности, в которой тонул Деклан.

Но, возможно, Зейн прав, и пришло время переосмыслить их отношения, хотя это слово подходит для описания того, что между ними, с большой натяжкой. Даже перепихнуться по-приятельски не получалось, поскольку они редко виделись за пределами этой комнаты. Они были просто двумя парнями, использующими друг друга, чтобы оторваться, и причины, по которым они это делали, были у каждого свои. Но, очевидно, даже Зейн начал видеть его насквозь. Если Деклан в ближайшее время не возьмет себя в руки, мир вокруг него, на построение которого он потратил всю свою жизнь, рухнет, и люди поймут, что он гнусный обманщик.

Почувствовав необходимость выбраться из внезапно ставшей слишком маленькой комнаты, Деклан быстро застегнул рубашку и потянулся за пистолетом. Он как раз засовывал его в кобуру, когда его телефоне звякнул. Он замер на секунду, услышав мелодию, а затем выхватил телефон из кармана. Его сердце подпрыгнуло к горлу, когда на экране высветилось уведомление, а затем выбежал из комнаты.

***

Деклан был настолько отвлечен, что даже не заметил, как открылась пассажирская дверь его машины, и к тому времени, как он достал пистолет и прицелился, сильная рука обхватила его запястье.

- Убери его, детектив, - пробормотал Джаггер. - Если только ты не хочешь, чтобы я вытащил свой и мы могли сравнить, чей больше, - сухо сказал он.

- Господи Иисусе, Варос, - рявкнул Деклан, высвобождая руку.

Адреналин хлынул в кровь, когда он убрал палец со спускового крючка.

- Ты совсем ебанулся? - выпалил он.

Он едва успел произнести эти слова, как огромная рука Джаггера обхватила его за горло и притянула к себе, так что их рты разделяли всего несколько дюймов.

- У тебя есть одна минута, чтобы объяснить, кто находится в этой чертовой хижине, детектив, - прорычал Джаггер, взглянув через ветровое стекло на бревенчатую хижину, стоявшую на поляне более чем в пятистах ярдах от них.

Тот факт, что перед слабо освещенным зданием был припаркован черный винтажный GTO, навел Деклана на мысль, что у Джаггера уже есть ответ. Добавим к этому, что Джаггера, казалось, не беспокоил пистолет, который все еще был в руке Деклана, и Деклан был уверен, что Джаггер уже знал, что происходит.

Ему удалось вырваться из хватки Джаггера, и он рявкнул:

- Зачем тратить время на то, что ты и так знаешь?

- Тогда расскажи мне то, чего я не знаю, - ответил Джаггер. - Например, почему бы мне прямо сейчас не позвонить Вину и Дому и не рассказать им, что парень, которого они считают членом семьи, ударил их ножом в спину.

Деклан вылез из машины, но оставил дверцу открытой, чтобы шум от ее закрывания не был слышен на открытой поляне. Несмотря на то, что было темно, Деклан знал это место наизусть, а окружающие горы служили эхо-камерой для любых звуков. И меньше всего ему хотелось, чтобы их услышал обитатель хижины.

Джаггер тоже вышел, и Деклан не удивился, увидев, что он повторил за Декланом и не закрыл дверцу машины. Он обошел машину и снова посмотрел Деклану в лицо, и Деклан не был уверен, было ли это от злости или для того, чтобы их голоса не были слышны.

- Как ты меня нашел? - Спросил Деклан. На дороге, вьющейся в гору, не было оживленного движения, и он наверняка заметил бы свет фар позади себя.

- Трекер. Я установил его на твою машину после того, как ты произнес что-то о безопасности Рена.

Деклан был так удивлен, что даже не смог подобрать слов для ответа.

- У тебя короткая память, детектив? - Спросил Джаггер. Когда Деклан не ответил, Джаггер понимающе кивнул. - Ты не задумывался, как добрался домой прошлой ночью?

Деклан фыркнул. Последнее, что он помнил, это как смотрел на ряд бутылок за стойкой бара в маленькой забегаловке, которую нашел на окраине города. Он выбрал это место, потому что шансы наткнуться на кого-нибудь из знакомых были довольно малы, учитывая, что заведение находилось в глуши, а поездка домой на такси не стоила бы больших денег. Но, по-видимому, не было даже поездки на такси, как он думал, проснувшись на следующее утро с жутким похмельем.

- Это ты отвез меня домой?

Джаггер кивнул.

- Ты ходишь в тот бар? - Раздраженно спросил Деклан.

- Коннор там работает, - сказал Джаггер.

В его голове промелькнуло смутное воспоминание о сексапильном бармене. Он не видел Коннора Тэлбота в тот день, когда допрашивал Джаггера, поэтому не узнал его, когда протянул ему хрустящую стодолларовую купюру.

- Для парня, который, предположительно, достаточно умен, чтобы стать детективом, ты делаешь беспросветные глупости. Нажираешься в хлам, встречаешься в мотелях для нищих.