- Ты новенький, - заявил Деклан. Это было утверждение, а не вопрос, поскольку он знал большинство сотрудников службы безопасности Дома и, черт возьми, наверняка запомнил бы такого человека, как Джаггер.
- Я пришел в фирму пару недель назад. Вин пригласил меня на работу после того, как я вернулся в Штаты.
Деклан замер, когда в его голове сложилась картинка. Рен.
- Ты был в команде, что вернула Рена Барретти домой?
Если бы Деклан не был так поглощен собственным открытием того, кем был этот мужчина, он бы с удовольствием понаблюдал за замешательством, охватившим Джаггера. Он подозревал, что парню не нравилось быть в неведении. Но Деклан был слишком поглощен мыслями о младшем брате Барретти, чтобы обращать внимание на Джаггера в данный момент. Рен Барретти был в этой же комнате для допросов тремя днями ранее, хотя и не был тем человеком, которого помнил Деклан.
- Откуда ты знаешь Барретти? - услышал он, как спросил его Джаггер хрипловатым от любопытства голосом.
- Дом был моим шурином, - ответил Деклан, лишь наполовину осознавая присутствие мужчины, поскольку все его мысли вернулись к тому месту, где были в течение трех дней с тех пор, как Рен Барретти вернулся в его жизнь и изменил ее снова.
***
Джаггера Вароса было нелегко удивить, но загадочному детективу Хейлу это удалось. В свои тридцать четыре года, имея за плечами более десятка лет работы с худшими людьми, которых только могло предложить человечество, Джаггер считал, что неплохо разбирается в людях и выявляет их слабые стороны. В конце концов, он рано понял, что истинная природа человека редко соответствует тому, за кого он себя выдает. Вин Барретти и его брат Дом были одними из редких исключений, поэтому, когда они предложили ему работу, означающую, что придется пустить корни в городе, из которого он пытался сбежать большую часть своей жизни, сделать выбор оказалось легче, чем он думал. Несмотря на все причины, по которым он ненавидел Сиэтл, он, наконец-то, нашел несколько, из-за которых, возможно, стоило остаться.
Поэтому для него стало неожиданностью узнать, что этот сурово выглядящий полицейский на самом деле был родственником одного из его новых боссов. Поскольку Вин никогда не был женат, связующим звеном между ними оставалась покойная жена Дома.
- Сильви была твоей сестрой?
Неприкрытая боль в глазах Деклана была такой пронзительной и очевидной, что Джаггер чуть не протянул руку, в попытке утешить его, прежде чем осознал, что делает. Не говоря уже о наручниках, за которые он внезапно почувствовал благодарность, поскольку они не позволяли его рукам отодвинуться больше чем на дюйм или два от огромного болта на столешнице, к которому были прикреплены.
Деклану удалось кивнуть, и его взгляд упал на бумагу, лежащую перед ним. Но когда он снова посмотрел на Джаггера, страдание в ярко-голубых глазах исчезло.
Джаггер предположил, что детективу под сорок, и он выглядел точно так же, как все остальные копы, с которыми Джаггеру приходилось иметь дело с тех пор, как его в первый раз достали за то, что он оказался в месте, где, по его мнению, он был недостаточно хорош, чтобы быть. Ему было всего пятнадцать, когда он зашел в модный универмаг с пачкой наличных, составлявшей все до последнего пенни, которые ему удалось наскрести, работая в бакалейной лавке на углу, рядом с их с мамой квартирой. Это был первый раз, когда он смог себе позволить настоящий подарок для своей матери на День матери, и он остановился на браслете.
Он почти полчаса слонялся вокруг ювелирного прилавка, пытаясь выбрать что-нибудь подходящее, когда чья-то рука легла ему на плечо, и он повалился на стеклянный прилавок. Хриплый голос начал обвинять его в краже, и наручники защелкнулись на его запястьях прежде, чем он успел вымолвить хоть слово. И когда полицейский выволок его из магазина, ни один из продавцов или посетителей, видевших, что он просто занимался своими делами, не вступился за него. Полицейский обругал его как головореза, а когда два часа спустя его мать появилась в полицейском участке, тот же самый полицейский держал в руках сумку с тремя часами - часами, которых он никогда не видел, но предположительно украл из магазина. Трое ебаных часов и один грязный полицейский - и вся его жизнь изменилась.
Джаггер заставил себя снова обратить внимание на мужчину, сидевшего перед ним, который, казалось, был погружен в свои мысли. Парень не был классически красив, но в нем чувствовалась какая-то суровость, от которой у Джаггера член встал дыбом, и он обратил на это внимание. Обычно ему не нравились мужчины, которые были почти равны ему по росту и силе, но в этом мужчине было что-то странно привлекательное.
Пепельно-светлые волосы были коротко и аккуратно подстрижены, а костюм, в который он был одет, был чем-то средним между дешевым и дорогим. Крупные пальцы коснулись легкой щетины, когда он рассеянно потер подбородок, и Джаггеру пришлось подавить стон при мысли о жесткой щетине, царапающей его кожу, пока эти широкие губы обхватывают его член.
- Сочувствую вашей утрате, - сумел выдавить из себя Джаггер, пытаясь взять под контроль свое либидо. - Я никогда не встречался с ней, но Вин рассказывал о ней разные истории...
Деклан отмахнулся от него коротким движением руки.
- Расскажите мне о вашей встрече с мистером Саттером сегодня вечером, мистер Варос, - внезапно попросил Деклан, снова приняв деловой вид.
Джаггер мгновенно насторожился, когда вернулся коп, и выругал себя за то, что был настолько глуп, что забыл, кем в первую очередь был человек напротив него.
***
Упоминание имени Сильви, на какое-то время отодвинуло мысли о Рене на задний план, но жалость, прозвучавшая в голосе Джаггера, стала суровым напоминанием о том, что человек по другую сторону стола ему не друг. Может, он и работает на Дома и Вина, но у Деклана была работа, которую он должен выполнять. Но какой бы прогресс ни был достигнут за те несколько мгновений, прошедших с тех пор, как Деклан упомянул Дома и Вина, Джаггер снова замолчал.
- Послушайте, мистер Варос, лично мне похуй, проведете вы эту ночь за решеткой или нет, но я действительно не хочу, чтобы Дом и Вин ползали по моей заднице прямо сейчас. Не говоря уже о том, что они и так прошли через многое за последнюю неделю, так что давайте продолжим, - отрезал Деклан. - Расскажи мне, что произошло сегодня вечером.
Выражение гнева промелькнуло на лице Джаггера, и Деклан заподозрил, что если бы наручники были сняты, мужчина мог бы физически наброситься на него. Он был так взвинчен, какой-то нездоровой привлекательностью этой идеи, что выпалил:
- Знаешь что, да пошло оно все нахуй, - достал из кармана ключи от наручников и потянулся к рукам Джаггера.
Он проигнорировал прилив энергии, нахлынувший на него при коротком прикосновении к горячей коже мужчины, пока снимал наручники. Он бросил ключ перед Джаггером, чтобы тот мог расстегнуть наручники на своих лодыжках, потому что ни за что на свете не решился бы опуститься на колени рядом с этим мужчиной.
Деклан откинулся на спинку стула, скрестил руки на груди и стал ждать.
Джаггер долго смотрел на него, прежде чем, наконец, наклонился, снимая наручники, а затем бесцеремонно бросил ключ обратно.
- Джейсон Саттер преследовал Коннора в течение нескольких месяцев, - наконец, сказал Джаггер.
- У них были какие-то отношения? - Спросил Деклан.
Джаггер кивнул, не сводя проницательного взгляда с Деклана.
- Коннор порвал с нами некоторое время назад, но Саттер не принял отказа. Сегодня вечером я убедился, что он понял это раз и навсегда.
- Итак, вы с мистером Тэлботом...
- Нет, - вставил Джаггер. - Не все педики хотят трахаться друг с другом, - огрызнулся Джаггер.
Это грубое замечание дало Деклану новое представление о человеке, сидевшем напротив него, но он промолчал.
- Мы с Коннором служили вместе. Мы друзья.
Деклан кивнул.
- Что произошло?
- Коннор заехал за мной, чтобы мы могли пойти выпить. Саттер последовал за ним ко мне домой. Он был груб с Коннором, а я был груб с ним. - Деклана не удивило отсутствие извинений в тоне мужчины. -Вы не можете обвинить Коннора ни в чем - он не трогал Саттера. Ублюдку повезло, что Коннор был там и смог меня оттащить, - добавил Джаггер.
