- Ничего, - ответил Джаггер, нанося удар Рену в живот.

Рен знал, что если бы они не тренировались, удар поставил бы его на колени.

- Похоже, вы, парни, терпеть не можете находиться рядом друг с другом, - сказал Рен, отступая на несколько шагов и вытирая лоб краем футболки.

Джаггер вышел на крыльцо, взял их бутылки с водой и протянул одну ему.

- Я думаю, нам просто не о чем разговаривать.

- Ты имеешь в виду, кроме меня? - Сказал Рен, прежде чем сделать большой глоток ледяной воды. Хотя в горах обычно в это время года было прохладно, на регион обрушилась волна жары, и даже так высоко это ощущалось.

- Да, - сказал Джаггер.

Джаггер вернулся позавчера, но его настроение, казалось, не улучшилось за то время, что его не было. На самом деле, он был даже тише, чем обычно. И его общение с Декланом, когда они обменялись несколькими словами возле хижины, прежде чем Деклан ушел, было не менее ледяным. Со своего места на крыльце Рен не мог разобрать ни слова, но весь разговор занял меньше минуты, а затем машина Деклана исчезла на грунтовой дороге, ведущей вниз с горы.

- Не хочешь рассказать мне, о чем был твой ночной кошмар? - Спросил Джаггер, отставляя бутылку с водой и поднимая руки в защитной стойке.

Рен вздохнул и выпил воду, затем стянул рубашку через голову. Стало слишком привычным, что его вопросы оставались без ответа, но Деклан и Джаггер без проблем выпытывали у него все его мысли и чувства, когда только могли.

- А если я скажу «нет»? - Спросил Рен, нанося удар Джаггеру в живот.

- Ты говоришь «нет», и мы пробегаем три мили завтра.

- Знаешь, когда-нибудь ко мне вернется моя сила, и ты не сможешь вымещать на мне все свое мужское дерьмо, - кисло сказал Рен. Ему хотелось бы думать, что его плохое настроение было связано с ужасными образами, которые вырвали его из сна в три часа ночи, но на самом деле его беспокоили другие вещи задолго до того, как он задремал.

- Понятно, - ответил Джаггер. - Говори.

- Ну что ж, доктор, - сказал Рен, уклоняясь от следующего удара Джаггера. - Я был в самолете, и он начал снижаться...

Слова застряли у Рена в горле, когда Джаггер внезапно схватил его за руку и дернул на несколько шагов вперед.

- Чушь собачья, - сказал Джаггер с совершенно серьезным видом. - Правду, - приказал он.

Тревога, охватившая Рена, когда он почувствовал прикосновение пальцев Джаггера к своей коже, не имела ничего общего со страхом, а была вызвана чем-то другим. Тем, что он пытался отрицать с того самого дня, как Деклан и Джаггер ворвались в его жизнь.

Поскольку, по какой-то причине, Джаггер мог читать его как открытую книгу, Рен решил рассказать правду.

- Я пытался выбраться из своей ямы. Это было трудно, потому что руки были в крови.

- Ты добрался до верха? - Спросил Джаггер.

Рен кивнул, но его охватил стыд, и он закрыл глаза. Он ни за что не смог бы смотреть на Джаггера, признаваясь в содеянном. Не имело ни малейшего значения, что это был сон.

- Вы с Декланом были там. Я потянулся к тебе, но вы оба упали. Падая, ты схватился за меня, но я не смог удержать ни тебя, ни край, поэтому я...

- Ты отпустил нас, - закончил за него Джаггер.

- Вы оба выкрикивали мое имя, пока падали, - прошептал Рен. Его охватило отвращение, и он попытался высвободить руку из хватки Джаггера.

- И это все? - Спросил Джаггер.

Рен смог только кивнуть головой.

- Посмотри на меня, - сказал Джаггер.

Рен пытался держать глаза закрытыми, но когда Джаггер повторил слова, они открылись сами по себе.

- Это ебаное дерьмо, - заявил Джаггер.

- Я говорю правду.

- Я знаю, - сказал Джаггер. - Проблема в том, что ты на самом деле даже не задумываешься об этом.

- Я там кое-что сделал, - начал было Рен, но Джаггер оборвал его.

- Все, что ты сделал - это выжил. Целый год, Рен. Целый год в этом Богом забытом месте. Я могу пересчитать по пальцам одной руки знакомых мне мужчин, которые смогли бы пережить то, что пережил ты.

Рен выдернул руку.

- Не возводи меня на какой-то чертов пьедестал, Джаггер. Я желал смерти... молился о ней.

- И все же ты все еще здесь, - сказал Джаггер, выпрямляясь и скрещивая руки на груди.

Рена охватила ярость.

- Да, я все еще здесь! Для чего? Причинять боль людям, которые любят меня больше всего на свете? Подвергать риску их и всех, с кем я общаюсь?

- Если это все, что ты видишь, то, похоже, ты никогда не выбирался из этой дыры, - тихо сказал Джаггер.

- Может, было бы лучше, если бы я не выбрался, - наконец, признался Рен, хотя слова прозвучали неправильно, даже когда он произнес их вслух.

- Скажи это Вину, - ответил Джаггер. - И не только потому, что это стоило бы ему брата, но и женщины, которую он любит.

- Мия… - начал говорить Рен.

- В тот день она все равно была бы на той парковке, несмотря ни на что. Она жива благодаря тебе. Неважно, почему ты там оказался - важно то, что ты вмешался. Так что не утруждай себя, рассказывая мне всякую чушь о том, что людям было бы лучше, если бы тебя не было рядом. И если бы ты действительно хотел умереть, то сделал бы это в тот момент, когда у тебя в руках оказался пистолет Вина. А теперь либо врежь мне, блядь, либо отправляемся к озеру, потому что мне чертовски жарко, и мы будем драться или плавать. Выбор за тобой.

Рен не мог понять, какая легкость внезапно охватила его, но, возможно, это не имело значения. Возможно, Джаггер просто говорил ему то, что он пытался сказать себе с того дня, как открыл глаза и увидел склонившегося над ним брата. Он был слишком напуган, чтобы надеяться в тот день или даже в последующие дни, но, возможно, именно это чувство поселилось у него в груди. Возможно, есть способ жить с прошлым, но не в нем. Простить себя за то, что совершил, даже если он никогда не сможет этого забыть. И если он мог сделать все это, значит, у него было будущее… это означало, что когда-нибудь он сможет вернуться домой. Мысль была слишком ошеломляющей, поэтому Рен сделал единственное, что имело смысл. Он повернулся и зашагал к озеру.

***

Джаггер резко проснулся и вскочил с кровати, прежде чем тишину разорвал второй выстрел. Даже когда он понял, что звук доносился издалека и, скорее всего, был произведен из ружья, его охватило беспокойство и он побежал по короткому коридору к комнате Рена. Когда он увидел, что дверь открыта, он нутром чуял, что Рен не будет лежать, свернувшись калачиком, в своем углу на тонкой простыне, единственной, что отделяло его тело от твердого пола.

- Рен! - позвал он, включая свет и осматривая комнату.

Комната действительно была пуста, поэтому он бросился на кухню, на ходу включая свет. Его единственным утешением было то, что сигнализация на входной двери не сработала, а это означало, что Рен все еще в хижине. Еще один выстрел прогремел в воздухе в тот самый момент, когда Джаггер включил свет в гостиной. Облегчение и беспокойство одновременно охватили его при виде Рена, застывшего посреди комнаты с закрытыми глазами. Еще один выстрел заставил Рена вздрогнуть, прежде чем Джаггер успел к нему подойти.

- Рен, - тихо сказал Джаггер, обхватив ладонями плечи Рена. На нем не было футболки, и его кожа была холодной, несмотря на теплый воздух.

- Я в порядке, - сумел выдавить Рен, хотя его голос звучал напряженно.

Джаггер понял, что Рен борется с собой, чтобы не поддаться панике, и Джаггера захлестнула волна всепоглощающей гордости.

- Наверное, просто охотник, - предположил Джаггер, поглаживая руками бицепсы Рена.

Рен все еще был слишком худым, но за почти три недели, что они провели взаперти в хижине, ему удалось немного прибавить в весе, и к нему постепенно возвращались сила и выносливость. Его бледная кожа утратила землистый оттенок, свидетельствовавший о недоедании, изнурившем его организм, а лицо больше не имело того осунувшегося вида, который делал его похожим на ходячий скелет.

- Скоро все закончится.