Звуковой удар.

Актриса дёрнулась в воздухе, на секунду потеряла ориентацию — потоки под лапами дрогнули и стали нестабильными. Тварь метнулась к ней, нацелилась точно в горло.

Режиссёр низко рыкнул через всю улицу — настоящая ярость первородной Альфы. Его Аура подавления обрушилась на летучую тварь волной. Ментальная атака ударила по насекомому, и тварь замерла в воздухе, крылья судорожно задёргались. Секунды хватило — Актриса развернулась, когти, обёрнутые сжатым ветром, вспороли все четыре крыла одним ударом.

Тонкие мембраны разлетелись лохмотьями.

Тварь пронзительно закричала и полетела вниз, кувыркаясь. Актриса догнала её в падении и снесла голову вторым ударом. Фонтан зелёной жижи брызнул в воздух.

Получено опыта — 2000.

Уровень питомца повышен (36).

Рысь тут же оттолкнулась от невидимого плотного воздуха, созданного братом-стратегом, уходя от падающего тела. Безголовое насекомое врезалось в мостовую, хитин разлетелся осколками.

Всё это произошло всего за несколько секунд схватки.

— МАКС!

Голос Стёпы, полный паники.

Я обернулся.

Бурый мохнатый паук нёсся на меня сбоку.

Стёпка метнул обломок древка, подхваченный с земли, и попал твари точно в правый глаз.

Паук дёрнулся, потерял направление, пролетел мимо меня на полметра. Я почувствовал вонь гнили и тухлого мяса. Развернулся и вогнал нож ему в брюхо, провернул. Огонь хлынул в рану, паук заверещал, лапы заскребли по камням в предсмертной агонии.

Убит Паук-гнилорыл ( D) . Уровень 32.

Получено опыта: 40000.

Доступно поглощение Тёмной Эссенции.

Поглотить?

ДА/НЕТ

ДА! Тёмный сгусток втянулся в грудь холодной волной. Пять из семи. Недостаточно!

Режиссёр бился с целой ордой насекомых разом. Воздушный барьер перед ним трещал под непрерывными ударами — богомол ухитрялся найти время для атаки на рысь. Жуки пытались обойти с флангов. Брат кружился на месте, уплотняя воздух то слева, то справа, то спереди — щиты вспыхивали и гасли, принимая удары.

Слишком много, вожак! Не успеваю!

Я почувствовал, как он выдыхается. Слишком много врагов, слишком долгий бой.

СТАРИК! — заорал я ментально. — ТЫ НАМ НУЖЕН!

НАШ УГОВОР БЫЛ СДЕРЖИВАТЬ ТЬМУ, ДВУНОГИЙ. ЭТО НЕ МОЯ БИТВА! Я ОСТАНУСЬ ДОМА!

Ну ты!.. Нет времени.

Карц! Актриса! К Режиссёру!

Лис оторвался от скорпиона. Тварь тут же попыталась его догнать, но Карц был быстрее и метнулся к Альфе. Они встретились в центре улицы, посреди разбитых камней и луж крови, и Карц выдохнул огонь прямо в воздушный вихрь Актрисы. Пламя уплотнилось и превратилось в огненный смерч — столб пламени, крутящийся с бешеной скоростью.

БАБААААААХ!

Смерч врезался в толпу тварей. Несколько жуков отлетело на десять метров, врезалось в стену дома — хитин оплавился до черноты.

Монах атаковал снова.

Копьё свистнуло у моего уха так близко, что рассекло волосы. Я отшатнулся, лезвие ножа скользнуло по древку, высекая искры.

Фонтанчики огня брызнули в темноту.

Раннер поднялся. Я не видел как монах опрокинул парня на землю, но он встал! Колено было выбито в хлам, нога почти не держала, но он рубанул монаха со спины. Из-за боли движение вышло неуклюжим, но точным. Клинок рассёк балахон, чиркнул по коже, кровь выступила тёмным пятном на ткани.

Первая кровь.

Монах плавно развернулся — древко ударило Раннера в грудь. Глухо, с хрустом рёбер. Тот охнул, взлетел назад и врезался в мёртвого паука, перекатившись через тушу. Хитин треснул под его весом. Я использовал момент — Режиссёр толкнул меня вперёд, нож полоснул по руке монаха.

Убийца дёрнулся, молниеносно перехватил копьё одной рукой и ткнул меня остриём в плечо. Боль прошила до кости.

— АААА! — я заорал, отпрыгнул, чувствуя, как горячая кровь потекла по руке. Она стекала с пальцев, капая на камни.

Слева что-то взорвалось — Инферно загнал группу пауков в проём между домами и обрушил на них карниз горящего здания. Каменные блоки и пылающие балки рухнули с треском, погребая тварей под собой. Пыль взвилась столбом и заволокла половину улицы. Вокруг метались тени, кто-то визжал, кто-то рычал, кто-то скрёб когтями по камню.

Слышались крики ближайших жителей — они со всех ног бежали подальше.

Сквозь пыль и дым я видел силуэты Раннера и монаха — они нашли друг друга в этом хаосе и кружили друг вокруг друга, обменивались ударами. Раннер хромал всё сильнее, но не отступал — держал убийцу на себе, давая нам время.

Отовсюду слышались испуганные крики жителей.

Многоножка доползла до Инферно по стене и прыгнула ему на спину. Хитиновые кольца обвились вокруг льва, сжимая рёбра. С брюха твари капала кислота, прожигая шерсть. Инферно взревел, закрутился волчком, пытаясь сбросить наездницу, грива полыхнула, но многоножка держалась мёртвой хваткой.

— Инферно! — голос Раннера, хриплый от боли и отчаяния.

Лев рухнул на спину, придавливая многоножку своим весом. Хитин затрещал под тонной мышц, хватка ослабла — Инферно вскочил, развернулся и вцепился огненными клыками в голову твари. Белое пламя прожгло хитин насквозь, многоножка дёрнулась и обмякла, как перерезанная верёвка.

Но на боку льва дымились глубокие борозды от кислоты. Инферно захромал, из ран сочилась кровь, смешанная с расплавленной шерстью.

Раннер бросился вперёд, приволакивая выбитую ногу, и подставился под удар монаха. Копьё вошло ему в бедро — он заорал, но вцепился в древко обеими руками, не давая выдернуть. Здоровой ногой ударил монаха в колено, и я услышал хруст — не перелом, но что-то там точно треснуло.

Убийца пошатнулся.

— ЯДОЗУ-У-У-У-УБ! — заорал он, глядя на меня налитыми кровью глазами. Лицо искажено болью, но взгляд ясный. — БЕЙ!

Времени было — лишь мгновение. Поэтому я ударил туда, куда точно достал бы.

Нож едва вошёл монаху в бок — между рёбер, в самое мягкое место — огонь хлынул в рану. Убийца резко дёрнулся, как от электрического разряда, выпустил копьё, и ушёл в сторону. Раннер отлетел с древком в руках, покатился по камням, оставляя за собой кровавый след.

Безоружный монах оказался ещё опаснее!

Его кулак врезался мне в висок быстрее, чем я успел среагировать.

Невероятная скорость…

Нечеловеческая! Даже на своём этапе развития, мне очень тяжело противостоять!

Мир взорвался белой вспышкой, потом чёрной пустотой. Уши заложило, в глазах поплыли круги. Я рухнул на колени, перекатился по грязным камням. Нож чудом остался в руке — пальцы сжались на рукояти рефлекторно, как у мертвеца.

Монах шагнул ко мне, занося ногу для удара в голову — Карц врезался ему в спину столбом огня. Балахон разом вспыхнул, пламя лизнуло плечи.

— ТВАРЬ! — монах отшатнулся, сбивая огонь руками. Карц закружил вокруг него.

Режиссёр сдерживал богомола и контролировал всё поле боя. Воздушные лезвия свистели, рассекая воздух на полосы, но богомол отбивал их собственными клинками — костяные лезвия твари были достаточно быстры, чтобы парировать ветер. Брат вовремя толкал союзников, уклонялся от атак, защищал друзей плотностью ветра, рычал, ревел и контролировал Актрису. Невероятная концентрация Альфы, который следил сразу за всем!

Стёпа дрался с тремя пауками одновременно. Копьё мелькало, как молния — удар в глаз, разворот, удар в лапу, уход от ответной атаки — он двигался быстрее, чем глаз успевал следить.

Один паук лежал с пробитой головой, мозги растеклись по камням. Второй хромал на трёх лапах, волоча четвёртую. Третий пытался зайти со спины, челюсти щёлкали в предвкушении.

Лана появилась из тени прямо за третьим пауком и вцепилась ему в загривок. Тот заверещал и закрутился на месте, пытаясь сбросить наездницу. Стёпа использовал момент и пробил копьём брюхо второй твари. Металл вошёл с хлюпом, зелёная жижа брызнула на древко.