Оригинальное название:  Sydney Logan — Stupid Cupid (2014)

Перевод и сверка:Solitary-angel

Редакция: Hope

Русификация обложки: Solitary-angel

Книга переведена специально для сайта: WorldSelena

Джада Морган искренне ненавидит День святого Валентина. Что особенно обидно иронично, ведь она работает в компании, которая зарабатывает на сердечках, розовых открытках и признаниях в любви. Купидон для неё — скорее вредитель, чем романтический герой.

Когда в офисе появляется Нейтан Рейнольдс — новый графический дизайнер с обезоруживающей улыбкой и таким же скептическим отношением ко всем «валентинкам», — Джада неожиданно находит союзника. Совместная работа над главной маркетинговой кампанией года превращается в остроумный обмен колкостями, поздние вечера и чувство, которое совсем не входило в планы ни одного из них.

Постепенно Джада узнаёт, что за иронией Нейтана скрывается заботливый отец-одиночка, а его маленькая дочь умудряется растопить даже самое циничное сердце. И всё идёт слишком хорошо… до тех пор, пока Джада не узнаёт, что на корпоративную вечеринку Нейтан собирается прийти вовсе не с ней.

Неужели глупый Купидон снова всё испортил? Или иногда вторые шансы приходят именно тогда, когда в любовь уже не веришь?

Трогательная, тёплая и забавная история о чувствах, семье и о том, что настоящая любовь не нуждается в открытках — она просто случается.

— Ненавижу День святого Валентина.

Аннализ, моя коллега и лучшая подруга, подняла глаза от ноутбука и ухмыльнулась мне:

— Это досадно, Джада, потому что ты работаешь в компании по производству поздравительных открыток.

Да, это очень досадно. В конце концов, я не для того потратила четыре года на получение степени по английскому языку, чтобы проводить дни, сочиняя глупые сентиментальные тексты для открыток. Однако счета по студенческим кредитам не могли ждать, пока я напишу великий американский роман, поэтому я приняла предложение о работе в «Дизайны, идущие от сердца к сердцу», где писала поздравления для рождественских открыток.

Я никогда не планировала делать здесь карьеру, но всё изменилось полгода назад, когда меня назначили ассистентом автора открыток ко Дню святого Валентина.

Или, как я люблю это называть, восьмым кругом ада.

— Я не понимаю, Джада. Оглянись вокруг, — Аннализ обвела рукой комнату. — Как можно не проникнуться духом Дня святого Валентина со всеми этими украшениями?

В этом году маркетинговая кампания называлась «Стрела Купидона», и весь офис выглядел так, будто на стенах взорвалась бутылка «Пепто-Бисмола[1]». Брызги красного и розового были повсюду, а сотни маленьких Купидонов с луками и стрелами свисали с потолка. От всего этого у любого здравомыслящего человека поехала бы крыша.

Однако Аннализ не была здравомыслящей. Она жила ради этого праздника. Конечно, у неё был замечательный муж, который всё время щедро одаривал её любовью. Свежие букеты цветов на её столе и бесконечное пиликанье электронной почты были постоянными доказательствами его любви, преданности и внимания.

«Счастливица!»

— День святого Валентина — для влюблённых или для тех, кто притворяется влюблённым, — пробормотала я, слегка застонав, когда на моём мониторе появился образ тошнотворно-сладкой парочки, нежащейся на яхте. — Как будто это реально при нынешнем экономическом кризисе. На этот один-единственный день ежегодно тратятся миллиарды долларов. Разве не следует проявлять любовь круглый год?

— Ты права, но не у всех пар так. Некоторым нужны напоминания.

Остин, мой бывший муж, всегда нуждался в напоминаниях о важных датах — днях рождения и праздниках. Было бы легко обвинить его в моём цинизме, но, по правде говоря, я всегда испытывала лёгкое отвращение ко всей этой шумихе вокруг Дня святого Валентина.

Я определённо выбрала не ту профессию.

— Знаешь, что тебе нужно, Джада? — продолжила Аннализ. — Тебе нужно, чтобы Купидон выстрелил тебе в задницу одной из своих стрел. Как давно ты с кем-то встречалась? Ходила в кафе не со мной?

— Эмм…

— Я так и думала! Сегодня пятница, Джада. Тебе нужно чем-то заняться, а не торчать дома.

— У меня есть планы.

В её глазах вспыхнул лихорадочный блеск.

— Да?

— Да. Сегодня по кабельному — марафон фильмов с Брэдом Питтом: от «Тельмы и Луизы» до «Мистера и миссис Смит».

Аннализ застонала. К счастью, её телефон зазвонил, спасая меня и позволяя снова сосредоточиться на ноутбуке.

Я наконец нашла фотографию мальчика, целующего свою маленькую подружку в щёку. Это было не очень оригинально, но достаточно мило, чтобы остановиться и записать несколько заметок:

«Первая любовь вечна!»

«День святого Валентина — как первый поцелуй…»

«Любовь вечна, независимо от возраста!»

«Помнишь, как я встретила тебя у двери в одном лишь фартуке, и ты поднял меня на столешницу…»

— Последнее стоит вычеркнуть, — сказала Аннализ, заглянув мне через плечо.

Я сморщила нос.

— Ох, не знаю. Может, нам стоит сделать серию эротических электронных открыток. Думаешь, Марио согласится?

Марио был руководителем нашего подразделения и всегда с энтузиазмом придумывал забавные креативные дизайны, которые клиенты не могли найти у крупных производителей открыток. Ему, например, очень понравились наши электронные открытки с изображением мужчин в военной форме, которые мы разработали ко Дню отца.

— Он, вероятно, согласится на любое твоё предложение.

— Я не встречаюсь с шефом, Аннализ.

Аннализ многозначительно приподняла бровь.

— А кто говорит о свиданиях?

— Я тоже не буду.

Она захихикала и вернулась к своему столу, когда Хизер, одна из наших стажёрок, вошла в комнату. Та оглядела украшения и начала бурно хлопать в ладоши.

«Пристрелите меня, пожалуйста».

Остаток дня прошёл в том же духе. Настроение в офисе было приподнятым: все с нетерпением ждали четырнадцатого февраля и праздничной вечеринки с презентацией нашей линии открыток и подарков «Стрела Купидона».

Я чувствовала себя Скруджем — и это был ещё даже не декабрь.

С тяжёлым вздохом я закрыла ноутбук.

— Если кому-то понадоблюсь, я буду в «подземелье».

Так мы ласково называли подвал нашего графического отдела. Некоторые особо преданные художники могли проводить там по нескольку дней подряд, работая над проектами. Отсутствие окон означало полное отсутствие естественного света, и там всегда было холодно.

— Ненавижу спускаться туда, — пробормотала Аннализ.

Я пожала плечами:

— Там не так уж плохо. У меня встреча с новым иллюстратором.

— Нейтан Рейнольдс, — мечтательно вздохнула она. — Высокий, тёмноволосый, красивый и холостой. Двадцать семь лет. Родом из Оклахомы. Живёт в Вест-Виллидж.

— Может, ты ещё знаешь номер его социального страхования?

— Нет, но могу узнать.

Я закатила глаза. Аннализ была слишком любопытной себе во вред.

— Интересно, что привело парня из Оклахомы в Нью-Йорк?

Похоже, я тоже была любопытной себе на беду.

Аннализ пожала плечами:

— Никто не знает. Ходят слухи, что он очень замкнутый и почти ни с кем не общается за пределами офиса. Зато говорят, что он невероятно талантлив.

— Может быть, он сможет взять тему Валентина и придумать что-то креативное. Что-то, что уменьшит моё желание ударить ближайшего Купидона его же собственной стрелой.