К моему удивлению и радости, Лизун не стал сопротивляться. Приглашая меня за собой, он растворился в стене.

Знаешь, ощущение не из приятных, когда приходится проделывать такое в первый раз. Непонятно, чем это может закончиться.

– Знаю, Уин. Попробовал.

– Бросившись лбом на стену я, как ни странно, не ушибся, а обнаружил себя в комнате астронавта. Он спал.

Ох, и попотел же я, пока смог его разбудить. Он даже не шелохнулся, когда я тормошил его что есть силы. Будто его тело вдруг стало эфемерным. Мои руки проходили через него, как сквозь воздух.

– Это ты, Уинстон, был эфемерный, – поправил его Энди, уже имевший опыт путешествий во времени. – Когда за тобой пришел Лизун, ты покинул тело того бедняги и ушел. Утром следующего дня его, как и тело, взятое напрокат Питом, найдут бездыханным.

– К-хы... – поморщился Уин, представив, что он уже где-то умер, причем целых сто лет назад. – Ладно, – продолжил он, – теперь я, по крайней мере, соображаю, почему старик, в конце концов очнувшись и встав, остался одновременно лежать. То есть их оказалось двое. Причем второй, то есть тот, который встал, даже не посмотрел на первого. Он чувствовал себя, как и я, единственно настоящим.

Старину Эдвина не надо было долго уговаривать биться головой в стену. Только он. пожалел о том, что не надо надевать скафандр, чтобы лететь в ракете через время.

Короче, уходили мы оттуда вместе. И вот я сижу здесь, а Эдвина как не было в этом веке, так, кажется, и нет. Жаль. Я к’ нему привык.

– Ребята, – откинулся на спинку кресла Энди, – а куда, вы полагаете, он мог сюда явиться? Я знаю одно: если ему не стало жалко в последний момент своей дряхлой одежонки, то он сейчас, именно сейчас где-то в больнице Нью-Йорка творит чудеса по вытягиванию человека с того света. В паспорте у него будет другое имя. Сразу вы его не признаете. Там его завтра похоронят, здесь, кроме вас, он никому не нужен. Терпение, друзья!

– Вот это да-а-а! – расширил глаза Уинстон Замаяна. – Что ж, посмотрим, прав ли ты, Энди.

– Уин, Энди – профи. Он знает, что говорит, – вступился за друга Питер.

– Да, я верю. Но не отправиться ли нам в наши койки, в родных стенах родного дома, с настоящими окнами?

– А у меня чувство, что все это было галлюцинацией, – вдруг признался доктор Вейтман. – Трудно поверить, что мы были кем-то, где-то, в то время как тут к моменту нашего так называемого возвращения стрелки продвинулись только на одну минуту.

– Хочешь – верь, Пит, хочешь – нет. Это твое право. Но знания, нужные вам, вы получили, – вступился за свою службу оператор кабины Времени.

– Да, Энди прав, босс. Мы получили знания. А сон это или нет, мы узнаем, когда в офисе объявится некто незнакомый и объявит, что он – Эдвин Олдвин.

– Дело говоришь. Пошли спать.

На обратном пути Энди, Пит и Уинстон проделали те же операции, что и по дороге к машине времени, только в обратном порядке. Все закончилось благополучно.

И Питер Вейтман, и Уинстон Замаяна давно забыли, когда ныряли под одеяло с таким наслаждением и спали так спокойно и крепко.

Всех охотников за привидениями разбудило солнечное апрельское утро. Полные боевого духа, друзья просто влетали в офис, горя от нетерпения заняться, наконец, конкретными действиями. Задерживалась только мисс Хэлен Кэмамил. Джанин объяснила, что ее тетя ушла куда-то сразу после того, как разбудила племянницу. Мисс Хэлен велела передать, чтобы ребята за нее не волновались и не ждали ни к кофе, ни к ланчу. У нее был какой-то особый план, не терпящий отлагательства и тем более вмешательства лишних людей.

Доктор Вейтман пригласил коллег усесться поудобнее, налить себе кофе и внимательно выслушать то, что он и Уинстон собирались рассказать.

Охотники слушали отчет о командировке с восторгом и завистью. Иногда они смеялись, иногда озадаченно и удивленно качали головами.

В итоге всем стало понятно, что догадка Уинстона была гениальной по своей сути. Конечно же, черная нечисть, которая ненавидит человечество, живет на Марсе, впрочем, как и вторая половина людского рода, отслужившая земную службу. Они создали там два лагеря на разных полушариях планеты. Охотникам предстоит пробираться на черную сторону, чтобы уничтожить базу, центр этих гнусных духов.

– Когда едем? – не вытерпел Игон.

– Постой, – прервал его шеф, – мы еще не знаем, как это лучше сделать. Я пока не вижу целостной картины. Чего-то не хватает, а чего – не знаю.

– Может, Пит, надо узнать, как эти духи и призраки с Марса умудряются воздействовать на землян и как они вообще сюда попадают? – не унимался Игон. – Вы начали путешествие во времени из Института и вернулись туда же. Может, покопаться в этих духах, может, поискать их ходы и проникнуть через них?

– А в этом есть резон, – поддержал Игона Замаяна.

– Да, – включилась Джанин, – но, боюсь, без тетушки Хэлен нам не покопаться в духах. Придется ждать ее.

– Игон, – обратился к Спенглеру Вейтман, – я заметил, что ты рвешься в бой. Будь другом, подними еще раз литературу про призраков, конспекты про наши старые дела. Может, что-то мы забыли? Всякое случается.

– Так Уинстон все увез, когда готовился поступать.

– Поезжай с ним да привезите все обратно. Думаю, Замаяне эта литература в таком количестве не скоро понадобится.

«Это, конечно, хорошо, – рассуждала мисс Кэмамил, – что Уинстон пришел к такому остроумному выводу по поводу расположения античеловеческого войска. Идея похожа на правильную. Но очень плохо, что эти мальчишки забыли про профессиональное терпение ученого, последовательно проводящего исследования. Они забыли про то, что лежит у них под носом и, возможно, как раз и сможет указать путь на Марс. Они забыли про Школу аномалий.

Я, конечно, стара для того, чтобы идти куда-то учиться. Да и вступительный отбор, к счастью, закончился. Я придумаю другой способ, чтобы выяснить всю правду об этих странных людях.»

Мисс Хэлен Кэмамил сидела в то солнечное утро в парке напротив круглого озера. Она вышла из дому ни свет ни заря, потому что почувствовала острую необходимость провести самостоятельные аналитические поиски.

«Эти мальчишки, охотники за привидениями, чистейшие практики. Они, как дети, хотят схватить бластеры в руки, раскинуть ловушки и палить налево и направо, без оглядки. Неэкономно. Заряд надо беречь. К тому же из-за своей неосмотрительности они понабивают себе шишек и зря потратят время в поисках правильного пути. А к этим заразам, с которыми мы собираемся сразиться, надо знать точный подход.

Вообще врага всегда лучше изучить досконально. Информация – вот главное. Если ты владеешь всей информацией, ты и богат, и победитель.»

– О! Вы совершенно правы, мэм! – попадая в ход ее мыслей, прозвучал рядом незнакомый мужской голос.

Мисс Кэмамил повернула голову. На скамейке рядом пристроился приятной внешности немолодой мужчина. Всем своим видом он демонстрировал, что обращался именно к мисс Хэлен.

Та окинула его внимательным и недоверчивым взглядом:

– Я, мистер, к вам не обращалась.

– Уважаемая леди, мне самому это кажется странным, но я, похоже, подслушиваю ваши мысли.

– Да как вы смеете, наглый... наглый... Хулиган! – возмутилась мисс Кэмамил, встала со скамейки и, гордо выпрямив спину, пошла прочь от случайного соседа.

– Умоляю вас, постойте! Вы не представляете, как вы мне нужны!

– Вот еще! – бросила мисс Кэмамил через плечо не останавливаясь.

– Правда, уважаемая! Выслушайте, прошу! Я чувствую, что только вы можете мне помочь. Я, видите ли, еще вчера был жителем двадцатого века. По моей просьбе двое молодых людей из этого века перетащили меня сюда. Вы можете мне поверить? – семенил за мисс Кэмамил незнакомец. – Я не хотел оставаться там, там никто не верил в мои открытия на Марсе. Поэтому я и хотел уйти. Мадам! Только не говорите, что я сумасшедший!..

Слово «Марс» произвело на мисс Кэмамил неизгладимое впечатление. Она остолбенела и уставилась на незнакомца.