– Городским стражам тоже довелось участвовать в сражении? – стряпчий сокрушенно покачал головой.

– Да! Ведь демон вселился и в моего человека! – ответил господин Карус. – Пришлось убить беднягу Гарита, демона-то маг изгнать не осилил…

Да что такое творится в этом мире? Выходит, демоны не просто нападают, но и вселяются в людей? Их надо изгонять?

«Все верно, – прокомментировал Криспи. – Демоны могут управлять телами людей. Так демон получает все воспоминания человека. Тут у многих есть амулеты, чтобы вычислить таких вселенцев, так что их изгоняют. Если успевают, конечно».

«Час от часу не легче. А если не успевают, то человек умирает?»

«Не обязательно. У магов демоны забирают Силу, а у обычных людей здоровье. Но существует закон убивать человека, если демона не удается изгнать. У дознавателя, видишь, на груди висит амулет – когда рядом отказывается демон, амулет сияет желтым светом».

Слушая Криспи, я еще раз просмотрела документы, и быстро вписала имя мужа – Райт арт Донграт. Только после этого отстраненно отметила, что умею не только читать, но и писать на местном языке, который, конечно же, не был русским. Наверное, моторная память тела передалась.

– Леди арт Донграт, вы готовы отправить письмо? – напомнил о себе дознаватель.

– Полагаю, да. Но мне нужен конверт.

Конверт, как и воск, чтобы его запечатать, нашелся у писаря. Я была рада, когда парень сам сделал это, и мне осталось лишь написать сверху имя получателя.

Конечно, и стряпчий, писарь, сложат два и два и поймут, с кем именно я собираюсь развестись, но, слава клятве о неразглашении, болтать об этом не станут.

Мне ни к чему лишняя огласка.

Дознаватель, увидев запечатанный конверт, ощутимо расслабился и тут же водрузил на стол свой ящик. Я с любопытством смотрела, как он открывает его, оттуда льется желтый свет, и в этот свет господин Карус бросает письмо.

Между тем дверь в комнату снова отворилась. У них тут что, стучать в принципе не принято?!

– Что надо? – дознаватель захлопнул свой ящик и грозно посмотрел на шагнувшего в комнату мужчину в кожаном доспехе.

За его спиной маячили еще двое, и оба с мечами наголо.

– Да так. Зашли на огонек, – усмехнулся вошедший. Он окинул взглядом комнату, и его глаза, горящие ярким пламенем, остановились на мне.

– Демоны! – севшим голосом прохрипел дознаватель, обнажая меч.

На его груди, как маленькое солнце, засиял желтым светом амулет.

«Любина, беги! – от мысленного вопля Криспи я мгновенно оказалась на ногах. – Тебе нельзя попадать к демонам!»

Бежать, конечно, правильно, но куда? В окно, что ли? Дверь-то перегородили полностью: трое мужчин с горящими ярким огнем глазами как раз обнажали оружие.

Дознаватель уже скрестил свой клинок с мечом первого демона.

А ко мне направились еще двое.

И, как будто мало мне этого, ожил ящик для писем на столе, где его оставил господин Карус. Крышка сама по себе откинулась, оттуда полился свет, и вылетело письмо.

Опустилось оно, понятное дело, мне в руки.

– Девчонку взять живой, остальных в расход! – рявкнул демон, идя ко мне.

Глядя на высокого мужчину с горящими глазами, я отступала. Он был одет так же, как и дознаватель: в кожаные латы, усиленные металлическими вставками, на плечах – эмблемы в виде распахнувшего крылья дракона. Вот только помимо глаз у него начало светиться еще и оружие, да и двигались все трое демонов не в пример быстрее людей.

Дознаватель едва успевал парировать стремительные, смазанные от скорости движения горящего огнем меча своего противника, а передо мной еще один демон возник как по волшебству. Раздался надсадный хрип господина Каруса, я краем глаза увидела, что он не сумел отразить очередной выпад, и тут объятый пламенем клинок оказался перед моим лицом.

– Что вам нужно? – выкрикнула я, отшатнувшись. Неловко взмахнула руками – в одной из них я так и сжимала письмо, а демон передо мной нехорошо усмехнулся.

– Ты, дорогая, – ответил он. – Точнее, твой муженек. Как думаешь, на что он пойдет, чтобы спасти тебя?

Ответить я не успела.

На демона сзади налетела Далия, целясь в шею длинным кинжалом. Краем глаза я успела увидеть, как еще один демон вонзает меч в писаря, тот страшно кричит, затем одержимый поворачивается к стряпчему…

Нет! Надо это остановить! Любой ценой! Не хочу, чтобы кто-то погиб из-за меня!

По моему телу сама собой прошла волна дрожи, письмо в руке вспыхнуло почему-то голубым светом, и, откуда ни возьмись, подул сильный ветер (при закрытых-то окнах!).

В комнате начался самый настоящий ураган.

Я оказалась в эпицентре воздушного вихря, демонов и людей раскидало в разные стороны, и меня сбила с ног Далия и навалилась, закрывая собой.

Ветер тут же стих.

Зато ожило письмо: в ореоле голубого огня из воздуха соткалась фигура Райта арт Донграта, и под аккомпанемент стонов окружающих меня людей дракон выдал:

– Любина! Я получил твое письмо. Как это понимать?.. – Тут он прервался, нахмурился, разглядывая меня, словно вдруг увидел. Продолжил явно не так, как собирался: – Ты ранена? Откуда на тебе кровь?!

В ухо застонала Далия, и я приподнялась, поддерживая ее. До меня дошло, что девушка не закрывала меня собой, а ранена.

Из глубокого пореза на щеке и плече Далии шла кровь. Как ей помочь? Отбросив письмо, я осторожно прижала рану, пытаясь понять, задета ли артерия. Вроде бы нет, но откуда столько крови?!

Смятый лист бумаги, тем не менее, сам собой поднялся в воздух и полетел ко мне, пылая голубым магическим огнем. Я краем глаза отметила, что трое демонов лежат без движения, писарь истекает кровью, а стряпчий пытается прижать рану у него на груди. Дознаватель и вовсе замер в неестественной позе возле стены – куда его отбросила моя магия.

Магия.

Если тут магический мир, может, я и лечить могу при помощи какой-нибудь Силы?! В поле зрения влетело письмо, и от него ко мне тянулись голубые нити. Я отмахнулась свободной рукой – не до него сейчас.

Я всеми силами желала помочь Далии, да и остальным тоже. Внезапно от моих рук само собой полился золотой свет – он окутал рану девушки сияющей дымкой, на время скрыв ее от взгляда. Спустя несколько секунд сияние развеялось, и стало видно целую, здоровую кожу!

– Ты как себя чувствуешь? – спросила я Далию, изумленно ощупывая место ранения.

– Хорошо, – не менее ошарашенно ответила она. – Ты… исцелила меня?

– Похоже на то, – мне пришлось поверить своим глазам. Раны и впрямь больше не было!

«Ты воспользовалась силами мужа-дракона, – сообщил в голове голос Криспи. – Вы связаны, и ты можешь брать его магию».

Я облегченно выдохнула. Хоть какая-то польза от муженька! А то не понравилось ему мое письмо, надо же! Но надо поторопиться. По логике, если он подпишет документы на развод, наша связь должна прерваться. Тогда и магия наверняка пропадет.

Стараясь не думать о том, что делаю, я быстро поднялась и направилась к дознавателю. Он привалился к стене в полусидячем положении, с закрытыми глазами, стараясь прикрыть грудь и живот! Я нащупала пульс, и с облегчением выдохнула: жив! К счастью, ранение оказалось не очень серьезным – клинок, насколько я сумела понять, прошел по касательной, разрезав плотную кожу и даже металлическую вставку, но сама рана была неглубока. Когда я приложила ладони к груди, господина Каруса, он пришел в себя.

– Что вы делаете, леди? – он с изумлением смотрел, как его рана затягивается.

Но я, почувствовав внезапное головокружение и приступ тошноты, не сумела ответить. На слова не было сил. С трудом поднявшись, подошла к писарю и стряпчему. Вездесущее письмо летело за мной, и я отстраненно отметила, что нити, которые тянутся от него, все бледнее.

Опустившись на колени возле несчастного писаря, я покачала головой. Он был ранен в грудь, и едва дышал. Последнее, что я помню – как от моих ладоней льется потоком золотой свет, парень кричит, а письмо осыпается черным пеплом, опадая на пол…