Опровергая собственные слова про безразличие, лицо мужчины исказилось в совсем уж злобной гримасе. Он поднял руку, с которой немедленно сорвался сгусток голубого огня.

Огонь полетел прямо в меня.

Я резко отбросила злополучное письмо, зажмурилась и машинально вскинула руки, пытаясь защититься. Меня сейчас обожжет? Или я вовсе сгорю?

Удивительно, но по коже только теплый ветерок прошелся, словно кто-то включил фен на малой мощности. Я решилась открыть глаза.

Зря, наверное.

Мужика, точнее, как я понимаю, муженька Любины, больше не было видно, но его огонь не пропал. Его даже стало больше. Вокруг меня полыхало кольцо голубого пламени – как из газовой конфорки. Вот только оно, кажется, было лишь иллюзией, ведь жара я совсем не чувствовала.

– Огонь вполне настоящий, – сообщил Криспи. Крылатик выглядел очень довольным. – Но он не сожжет ничего, пока ты пожелаешь этого.

– А как его убрать? – Пламя нервировало. На самом деле, мне нужно было время, чтобы просто осознать то, что происходит.

Неужели у меня и впрямь есть магия?

– Есть! – подтвердил Криспи. – Видишь, как хорошо, что ты прочитала письмо!

– Хорошо? – переспросила я, пытаясь рассмотреть, куда упал листок. На мое удивление, пламя тут же опало, а потом и вовсе исчезло. Письмо обнаружилось на полу, среди грязной соломы.

– Да! – подтвердил Криспи. – Теперь мы точно знаем, что ты способна управлять огнем дракона. У Любины этого дара не было. Впрочем, как и дара вовсе.

– За это, как понимаю, муж ее и презирал, – припомнила я строчки мерзкого послания. Покачала головой. Какими бы ни были отношения супругов, никто не заслуживает того, что пришлось выслушать от муженька Любине.

Так, стоп. Теперь-то я на ее месте. И все ее проблемы стали моими проблемами.

Но как так вообще получилось?

– Криспи, – я опустилась на мешок, и посмотрела на крылатика. – Давай ты мне расскажешь, почему я оказалась в теле Любины, и что вокруг происходит? Самый, пожалуй, важный вопрос – это муж ее убил? Он попытается снова? Мне прямо сейчас что-то угрожает?

– Я расскажу, что знаю, – с готовностью закивал бурундучок. – Правда, о жизни Любины арт Донграт мне известно немногое. Я ведь магический помощник, а у нее магического дара не было. Но муж ее не убивал. Она попросила богов дать ей другую жизнь. И вот – на ее место прислали тебя.

– А что, у вас тут так можно? – изумилась я. – Не нравится одна жизнь, просишь богов – и тебе дают другую?

– Вообще-то нет, – Криспи оскалил острые белые зубки, и я не сразу поняла, что это он так улыбается. – Но Любина – последняя из древнего рода, и когда она помолилась, боги ее услышали. Сразу скажу – у тебя так не получится. Ты должна прожить эту жизнь именно в этом теле. Какие бы трудности не выпали на долю Любины, тебе придется иметь с ними дело.

– Трудности меня не пугают. – Я поднялась, согнула-разогнула руки, повертела головой. Как приятно, когда ничего не хрустит! Для проверки несколько раз присела, потянулась, покрутилась на месте. Тело слушалось как родное – причем тело явно молодое, полное сил и здоровья! Это было прекрасно, но и в то же время грустно, ведь: – Скажи, Криспи, есть ли у меня шанс попасть как-нибудь в мой мир? К детям и внукам?

По родным я очень скучала. Да, у дочек счастливые семьи, но как они без меня? Мы с моим покойным мужем, да и я сама после его смерти, очень много времени посвящала им, я забирала мальчишек из садика, возила на дачу… Слезы сами собой закапали из глаз.

– Сожалею, но это вряд ли возможно, – покачал пушистой головой Криспи. – Твой мир – безмагический, туда, насколько я знаю, не ведут порталы.

– Порталы? – уточнила я, припомнив парочку книг по фэнтези. – Это через них можно путешествовать с места на место? И раз у меня есть магия – я могу создавать их?

Читать я любила. Правда, в последнее время приходилось слушать книги – зрение уже давно не то, после долгого чтения начинала болеть голова и слезиться глаза. А вот аудиокниги стали настоящим спасением – можно готовить, заниматься работой по дому, на даче, и слушать интересную книгу.

– Нет, что ты! – попрал мои надежды на сказку наяву Криспи. – Порталы умеют открывать только самые сильные Высшие. Я даже не знаю, есть ли такие в этом мире.

– Жаль, – кивнула я. – А что за Высшие?

– Это некоторые драконы, эльфы и демоны, – ответил крылатик. Он резко взлетел и устремился к двери. Повернулся ко мне с выпученными глазами и выпалил: – Сюда идут! Много людей, с оружием! Наше время вышло!

– Почему? – только и успела выдохнуть я.

– Магия без лицензии запрещена! Наверняка те люди, которых ты выдворила, пожаловались страже! Боюсь, тебя пришли арестовывать!

– А раньше ты не мог этого сказать?!! – возмутилась я.

А потом в дверь забарабанили и закричали басом:

– Эй, магичка, отворяй! Сопротивляться бесполезно, у нас антимагические амулеты! Лучше сама сдайся, по-хорошему!

Я только и успела, что наклониться и подобрать письмо, как дверь резко, как от пинка распахнулась, с шумом хрястнув о косяк.

В комнату, с мечами наголо, а еще с какими-то палками, навершия которых светились красным, ступили двое мужиков, затянутых в кожаные латы с металлическими вставками.

Как назло, в этот момент дурацкое письмо снова ожило:

– Здравствуй, Любина! Ты знаешь, как для меня важна сила, магия и… – провозгласила голограмма муженька-дракона, соткавшись из воздуха.

Ближайший мужик дернулся, и с его палки сорвался сгусток красного цвета, полетевший прямо в меня.

Это было последнее, что я увидела прежде, чем потерять сознание.

Очнулась я от боли во всем теле, а еще – от невнятного гула голосов. Лежать было жестко, и совсем не хотелось открывать глаза.

По мне словно каток проехал. От прежнего ощущения молодого здорового тела ничего не осталось. Мне все приснилось?

– Ты уверен, что видел именно его? – вскричал кто-то неподалеку грозным голосом. – Это точно был лорд арт Донграт?

– Да, господин дознаватель! Совсем как на снимке в газете!

– И он, говоришь, обращался к ней по имени?!

– Как есть верно! Сказал: Любина, здравствуй! А потом что-то про силу и магию.

– А дальше? – раздраженно выплюнул грозный голос.

– А дальше все! – ответили ему. – Гарит в девку выстрелил, вокруг ней магия голубая полыхнула, и она того. Упала, как и положено. Мы её в наручники антимагические, и сюда. В камеру, значица. Магичка же без лицензии, да и воровка. Господин Бриз же с жалобой обратился!

– При ней были какие-то амулеты? Иные ценности?!

– Никак нет, господин дознаватель! Ничего не было, кроме бумаги ентой! Да и там пусто.

– Это магическое послание, его прочесть может только тот, кому адресовано! – прорычал тот, кого называли дознавателем. – Выходит, это письмо от самого лорда-карателя! А вы с ней поступили, как с обычной воровкой! Ты понимаешь, дурья твоя башка, что это значит?!

– Ну, девка-то смазливая, может, любовница лорда-то? – зачастил собеседник дознавателя. – Но что тогда в подвале том забыла? Таким-то кареты положены, да наряды. И драгоценности!

– А при ней только и было, что серебра чуток! – вступил новый голос – тонкий и жалобный. – Даже два золотых, что господин Бриз сказал, она у него украла, и тех не нашли!

– Серебро? Ты же сказал, у нее только письмо было?! – рыкнул дознаватель.

– Так золотых-то нема! А-а-а! – раздался крик, полный боли. – Не бейте, господин дознаватель, я все верну!

– Вернешь? Конечно! Я тебя премии лишу! – послышались глухие звуки ударов. – Если девку послал лорд-каратель, а вы ее в камеру, нам всем таких премий надают, что как бы головы на месте остались! Дурни! И как только вас в стражи-то приняли!

– Ай! Простите, господин дознаватель!

Пока я слушала этот занимательный диалог, даже боль немного отступила. Осторожно приоткрыв глаза, я смогла рассмотреть небольшую камеру с двумя койками, одна стена которой была забрана решеткой. Свет проникал из-за приоткрытой двери, куда эта самая решетка выходила.