Мне было немного неловко от таких публичных ласк, но все окружающие реагировали на это как на нечто обыденное и совершенно нормальное.

А когда Патрик принёс мне серого голубоглазого котёнка – такого хорошенького и пушистого, – я и вовсе расплылась счастливым блинчиком.

Зверёк доверчиво тыкался носиком мне в ладошку и даже мило затарахтел.

– Я так долго его нёс, потому что сначала покормил, – объяснил Патрик. – Иначе он бы начал орать не переставая.

– Как настоящий большой кот, – хохотнул Азамат, не отрываясь от заполнения бумаг.

Когда он закончил с документами на каждого невольника, то заполнил ещё три листа: один на котёнка, второй – на мебель – двадцать восемь столов, и третий – с перечнем всех предметов, которые переходят в мою собственность – начиная с торта и заканчивая музыкальным артефактом.

– А теперь прошу Нормана составить документ, что госпожа Игнатова принимает от меня щедрые дары, совершенно на меня не сердится и не имеет ко мне никаких претензий, – посмотрел торговец сначала на меня, потом на юриста.

Дождавшись моего согласного кивка, худощавый брюнет с энтузиазмом включился в работу.

Через пять минут документ был готов и даже подписан обеими сторонами – мной и торговцем.

– Можно вопрос, господин Лауден? – внезапно спросил задумчивый Майкл. Я заметила, что этот бывший маркиз то и дело кидал озадаченные взгляды то на меня, то на Ренни, который смотрел на меня с обожанием.

– Спрашивай, Ридуан, – позволил Азамат.

– Почему вы попросили у госпожи Натали поцелуй именно за Ренни? Чем я хуже? – насупленно поинтересовался мой новый телохранитель.

– Выключи гордыньку, иначе присоединишься к той парочке, – кивнул Дениз на часовщика и мельника.

А Азамат аж замахал на него руками:

– Это была лишь шутка, Ридуан! Неудачная шутка, понял?

– Понял, – хмуро отозвался Майкл, хотя так и не получил ответа.

Шумно выдохнув, торговец пояснил:

– Ситуация с Ренни глубоко тронула госпожу Натали. Он даже на колени перед ней падал. А ты – гордый, заносчивый, влюблённый в свою королеву. Разницу чувствуешь? Я видел в её глазах острое сочувствие и желание помочь Ренни. И решил сыграть на этом, чтобы сорвать с её губ сладкий поцелуй. Озвучил свою прихоть, и тут же пожалел о такой глупости. Надеюсь, что на этом мы закроем такую щекотливую тему.

– Ясно, – уже уверенно кивнул Майкл.

– Могу ли я надеяться, что вы посетите меня когда-нибудь снова? – подошёл ко мне Азамат и вручил все документы, кроме того листка, что оставался у него.

– Почему для вас это так важно? – удивилась я.

Микаэль быстро надел на меня туфли, и я поднялась с лавки. Все невольники тоже моментально вскочили, кроме парочки вдалеке ото всех.

– Я торгую людьми, но я не садист и не зверь, – покачал головой «араб». – Глядя на вас, я понимаю, что вы позаботитесь обо всех этих мужчинах, будете хорошо их кормить, не станете пытать или издеваться. Им повезло, что они попали именно в ваши нежные руки. Так что я могу быть за них спокоен. И буду рад, если вы купите у меня кого-нибудь ещё. О цене договоримся. Партии обновляются раз в две недели. Можете даже озвучить заказ заранее: я смогу подыскать для вас на аукционах любого специалиста, который вам нужен.

– Спасибо, Азамат, я непременно воспользуюсь вашим предложением! – ответила я и загадочно улыбнулась: – Но у меня к вам будет встречная просьба.

– Какая? – торговец был заинтригован.

– Вы найдёте время – примерно несколько часов, – чтобы я нарисовала ваш портрет, – заявила я.

– Вы? Мой портрет? – остолбенел «араб». Его глаза округлились, а лицо вытянулось от изумления.

– Госпожа Натали – переселенка, она попала на Аншайн всего месяц назад. И она очень талантливая художница. Ей дали титул гранд-дамы в том числе за её вклад в искусство и культуру нашего мира, – с гордостью просветил его Ирнел.

Челюсть Азамата отвисла ещё больше. Как и у всех моих новых невольников, особенно у художника Патрика. Тот посмотрел на меня так, словно осознал, что находится рядом с признанным гением.

Мельник часто заморгал – видимо, именно в этот момент он пришёл в себя и попытался понять, что вообще происходит. А часовщик глянул исподлобья с неприкрытой злобой. Но на этих двоих никто не обращал внимания.

– Так вы согласны? – мягко уточнила я, поскольку шокированная тишина уже затянулась.

– Очень да! – рвано выдохнул «араб». – Сочту за величайшую честь, прекрасная леди Натали! Только скажите – где и когда!

– Хорошо, договорились, – улыбнулась я.

Передав котёнка Микаэлю, а документы Ирнелу, я подошла к взволнованному мужчине. Встав на цыпочки, обхватила его рукой за шею, вынуждая немного наклониться вперёд, и накрыла его мягкие губы своими.

Я не собиралась углублять поцелуй: хотела, чтобы он был чисто символическим, но всё пошло не по плану…

Натали

*

Сильные руки Азамата скользнули по моей спине, мягко заключая в плен, а его губы и язык моментально перехватили инициативу, обрушивая на меня упоительно-чувственную, огненно-карамельную ласку, которая отпечатывалась в моём дыхании нотками цитруса и восточных пряностей.

Правда, продлилось это недолго.

– Руки убрал! – рявкнул на «араба» Микаэль так, что стоявшие рядом невольники аж присели.

Он ринулся на Азамата с намерением свернуть наглецу шею, но его вовремя перехватил Дениз.

А Брендон тем временем проявил чудеса ловкости, аккуратно и молниеносно вырывая меня из объятий торговца.

Тем не менее Микаэль всё же добрался до соперника, сбил его с ног и с большим удовольствием впечатал лицом в сундук.

– Мик! – в шоке воскликнула я.

– Всё, всё, отпусти! – беззлобно отмахивался от него «араб», причём ушибленное об крышку сундука лицо у него было чрезвычайно довольным. – Впрочем, добивай: я умру счастливым!

– Сейчас устрою! – прорычал полуэльф, но Дениз снова его скрутил, благодаря чему Азамат смог подняться на ноги.

Он смотрел на меня с таким восторгом и обожанием, что я была в смятении.

Но главное – он совершенно не злился на причинённый ему физический ущерб от моего невольника. И вообще пребывал в эйфории.

А вот часовщик явно перевозбудился, наблюдая всю эту сцену.

– Раб ударил свободного! – взвизгнул это противный тип, вскакивая и задирая острый нос. – За такое только одно наказание: гильотина!

У меня в душе всё похолодело.

Но Азамат гаркнул на него:

– Сядь и заткнись!

И добавил оплеуху, от которой часовщик отлетел к дальней стене и затих на полу, испепеляя всех ненавидящим взглядом.

– Никакого удара не было, просто телохранитель этой прекрасной гранд-дамы выполнял свою работу, – заявил Азамат, лаская меня взглядом. – Простите, что я немного увлёкся, драгоценная Натали.

– Пусть это будет залогом нашей дальнейшей дружбы, – попыталась улыбнуться я, глядя ему в глаза.

– Я ваш покорный слуга отныне и навеки! – ударил себя кулаком в грудь торговец. – А память о вашем поцелуе будет согревать мою душу до конца моих дней. Вы можете рассчитывать на меня в любой ситуации! Я с огромным удовольствием подберу для вас любого специалиста, какого только скажете. И в моём павильоне для вас всегда будет огромная скидка!

– Спасибо, Азамат! – искренне поблагодарила я его.

– Могу я узнать, в какое поместье вы направляетесь? – спросил он.

– В Ривас, – не стала я ничего скрывать.

– Заброшенная территория рядом с Ареной? – оторопел торговец.

– Верно, – кивнула я. – Там, конечно, сейчас царит разруха, но со временем я наведу там порядок.

– Ни капли в этом не сомневаюсь! – горячо воскликнул «араб». – Что ж, буду с нетерпением ждать, когда вы порадуете меня своим новым визитом. И буду безмерно счастлив позировать вам для ваших картин!

– Договорились! – улыбнулась я ему.

Мужчина отвесил мне поклон на прощание, не переставая сиять от счастья.