А что, если предупредить полицию? Сказать им, что готовится ограбление банка?

Нет. Они не примчатся сюда с воем сирен – они подкрадутся и будут ждать, когда мы начнём действовать, чтобы схватить нас.

Я что-нибудь придумаю. Я что-нибудь придумаю.

Четверть шестого. Пять двадцать пять.

Что, если я разыграю сердечный приступ? Нет, остальные всё равно пойдут на дело, а я не могу допустить, чтобы меня на машине скорой помощи отвезли в приёмный покой больницы, где поинтересуются моей личностью и документами.

Полшестого.

Я что-нибудь придумаю.

Подъехал фургон мастера по ремонту пишущих машинок. Фургон блистал новизной, а в остальном был такой же, как прежний – красный «Форд-эконолайн». Видимо, я как следует поработал над старым фургоном.

Я и теперь могу как следует поработать. Я что-нибудь придумаю буквально через секунду.

Джо вылез из фургона, подошёл к задней двери и открыл её.

Может, начнётся Третья мировая война. Или к нам прибудут гости из глубокого космоса.

Джо достал пишущую машинку и принёс её к двери «Доверительного федерального траста». Эдди в пальто, накинутом поверх формы охранника, тоже покинул фургон и приблизился к Джо.

– Даже не верится, – пробормотал Фил. Я увидел на его лице благоговейное выражение, словно ему явилась Дева Мария и поведала, как достичь мира во всём мире.

Дверь банка открылась. Джо и Эдди вошли внутрь.

– Пошли, – скомандовал Фил.

«Я что-нибудь придумаю», – подумал я.

Я поднялся на ноги, вместе с остальными вышел из закусочной и пересёк улицу.

Я что-нибудь придумаю. Секундочку.

Эдди Тройн открыл нам дверь. Он был без пальто, в форме охранника и, должен признать, в этой роли он выглядел безупречно.

– Всё в порядке, – заверил он нас, и я сразу же понял, что произнёс он это именно таким тоном, как сказал бы настоящий охранник банка: спокойно, негромко, слегка устало.

Было что-то особенное в том, как Эдди носил униформу. Каждый раз, надевая её, он словно преображался в соответствующую личность.

«Я что-нибудь придумаю», – повторил я про себя.

Мы вчетвером вошли в банк, и Эдди запер за нами дверь. Справа от меня Джо Маслоки поставил на пол пишущую машинку, достал пистолет – один из тех автоматических «кольтов», что мы с Эдди похитили на базе Кваттатунк – и направил его на настоящего охранника, застывшего, как соляной столп.

«Слишком поздно», – подумал я. Я не мог поверить в то, что происходит. Мы грабим банк – вот что происходит.

Я стоял, нацелив пистолет на женщину в твидовой юбке и мужчину с красным галстуком, пока другой мужчина, с бакенбардами, звонил жене. Фил присматривал за мужчиной с бакенбардами, а Джо держал на мушке банковского охранника, у которого отобрали пистолет – теперь он лежал у Джерри в кармане. Эдди играл роль охранника, стоя возле входной двери; я готов был поспорить, что в этот момент он сам чувствует себя охранником, и оставалось только надеяться, что он нас не заложит. Джерри и Билли, задачей которых было работать с лазером – Джо принёс его из фургона – ожидали, пока все закончат телефонные разговоры, чтобы можно было приступить к делу.

После того, как мужчина с бакенбардами закончил втирать жене про внезапную внеплановую проверку, из-за которой он может застрять в банке на всю ночь – ему пришлось неоднократно заверять жену, что его самого не подозревают в растрате – он отошёл от телефона, поменявшись местами с женщиной в твидовой юбке. То есть он стал одним из двоих, кого я держал под прицелом, а за женщиной теперь наблюдал Фил. В ходе её звонка мужу с объяснением, мол, наступила внезапная проверка, на другом конце провода, похоже, возникли подозрения, не имеющие отношения к растрате.

– Ты можешь перезвонить мне прямо сюда, в банк, в любое время, – сказала она с некоторым раздражением. – Хоть посреди ночи.

Она всё ещё кипятилась, когда повесила трубку и вновь вернулась под прицел моего пистолета, а мужчина с красным галстуком занял её место у телефона.

По большому счёту, никто из сотрудников банка не казался сильно испуганным или взволнованным нашим появлением. Охранник поначалу остолбенел от страха, но, когда его обезоружили, успокоился. Время от времени он вздрагивал, облизывал губы и нервно оглядывался, будто высматривал – кого бы ещё успокоить.

Как только мы проникли в банк и зашли за перегородку в служебную зону, где находились кабинеты и хранилище, мы нацепили чёрные маски из магазина, где продавалась всякая мелочёвка за пять или десять центов. Филу купил их ещё в декабре; это были обычные маски-домино, как у Одинокого Рейнджера.[55] Не знаю, как я, а остальные в своей одежде и масках больше напоминали злодеев из комиксов тридцатых годов, чем Одинокого Рейнджера. Только то, что мы были чисто выбриты, а над головами у нас не висели пузыри с текстом, спасало нас от ощущения безнадёжной старомодности.

Мужчина с красным галстуком, разговаривая по телефону с женой, вынужденно дополнил рассказ о внезапной проверке явно не впервой звучащим оправданием своего выбора профессии:

– Ты знала, что я работаю в банке, когда выходила за меня замуж, – заявил он в напряжённый момент разговора.

Судя по всему, на этот вечер был запланирован званый ужин с участием родителей его жены, и она теперь считала, что он выдумал проверку как оправдание отсутствия. Мужчина последовательно отрицал все обвинения, под конец довольно резко, но, когда он закончил разговор и снова встал передо мной, я заметил появившуюся на его губах лёгкую довольную улыбку.

Наконец наступила очередь охранника – полноватого пожилого мужчины с красными жировыми складками на загривке. Джо подвёл его к телефону, и охранник принялся набирать номер под прицелом пистолетов двух громил в масках. Мне это показалось чрезмерной предосторожностью.

Охраннику пришлось сделать несколько звонков. Сперва он позвонил жене и предупредил, чтобы она не ждала его к ужину из-за банковской проверки и всё такое. Затем он позвонил невестке и сказал, что не сможет этим вечером посидеть с её детьми, потому что проверка и всё такое. Потом ему приспичило позвонить какому-то Джиму и предупредить, чтобы тот не приходил этим вечером играть в шашки в дом невестки охранника, поскольку его, охранника, там не будет и всё такое. Оказалось, у этого пожилого человека весьма насыщенная общественная жизнь.

В конце концов, все планы охранника на вечер оказались должным образом пересмотрены, он отошёл от телефона и уселся рядом с женщиной в твидовой юбке, мужчиной с красным галстуком и мужчиной с бакенбардами – всех их держали под прицелом мы с Джо, пока Фил на всякий случай сидел у телефона. Эдди продолжал изображать охранника у входа, а Джерри и Билли отнесли лазер в хранилище, готовясь приступить к работе.

Вот всё, что происходило вокруг меня. А внутри меня раздавалось: А-А-А-А-А!!!

Тем, кто никогда не пробовал, сразу скажу: ограбление банка – крайне скучное занятие. Настолько скучное, что к половине седьмого, всего лишь через час работы, я полностью избавился от страха, моральных терзаний и беззаконных страданий, погрузившись в состояние вялого безразличия. Ну да, мы грабим банк – что тут особенного?

Телефонные звонки и прочие приготовления заняли около получаса, так что Билли и Джерри приступили к работе с лазером вскоре после шести. Фил остался сидеть за столом у телефона, с пистолетом, лежащим под рукой. Мы с Джо расположились во вращающихся креслах, положив руки с пистолетами на колени и наблюдая за четырьмя нашими пленниками, сидящими на полу у боковой стены. Эдди нёс дежурство у входа, расхаживая взад и вперёд, как обычный банковский охранник.