— А я для своего удовольствия танцую! — говорит девушка. — Сегодня вообще не мой день по расписанию. Я просто так пришла, отдохнуть.
У нас с Волошиным глаза на лоб лезут. А что тут еще сделаешь, кроме глазного массажа лобных долей? Моя страшная гипотеза начинает сбываться. Хватаясь за остатки романтических стереотипов юности («брошенная подлецом-мужиком… одна с тремя детьми… бедная девочка вынуждена… за кусок хлеба… побои и унижения… кругом хламидии и монады…») — я спрашиваю с последней надеждой на старый анекдот:
— Вы случайно не филолог?
— Да за кого вы меня принимаете! — дергает ногой плеченогая блондинка. — Я экономист!
В утешение доктор Волошин рассказывает мне секретную технологию получения хороших улыбок на фотографиях: при съемке надо произносить не «сыр», а «секс». Но и это не помогает. Ведь история с экономическим стриптизом имеет гораздо более глубокий смысл, связанный с моей новой работой.
# # #
Работа нашлась на кубке «Яндекса» по поиску. Сам кубок я тоже выиграл, кстати. Но в официальных результатах вы этого не найдете. Да и зачем там искать? Официальные результаты касались вот какого поиска: десяток больных на голову граждан скрючиваются над мониторами и, быстро-быстро перебирая лапками, ищут ответ на бессмысленный вопрос типа «Как назывался район к западу от того района, где жил Карлсон». Да любому астриду понятно, что Карлсон жил на крыше, а не в районе! Но они все равно сидят и ищут — сначала паспорт Карлсона, потом в паспорте — регистрацию, потом пробивают по милицейской базе Стокгольма… Маньяки.
Я поступил хитрее. На кубке «Яндекса» я первым нашел спрятанный столик, где стояло пиво «Хайнекен». И успел вылакать аж три бутылки к тому моменту, как до столика добрались Саша Плющев, Рубен Макаров и другие настоящие участники кубка по поиску.
Среди них была и Наташа Хайтина, бывший замглавред бывшего мужского журнала «Мир Internet». Она тоже по-своему выиграла кубок. Потому что у столика она нашла меня и, пользуясь моим победным состоянием, предложила стать замглавредом «Нетоскопа».
Неужто еще один женский журнал, гармонично сочетающий эротику с хайтеком? Вот здорово!
Теперь и не вспомнить, что ввело меня в заблуждение — то ли пиво, то ли ностальгия по предыдущему женскому журналу… Да и сам «Нетоскоп» неплохо маскировался под формат. Застрявшая в заднице мобила, захват домена Sex.com маленькими геями, виртуальные издевательства женщин над мужчинами под видом домашних животных — все лучшие новости года поставлял нам именно «Нетоскоп». А их офис находился в местной Силиконовой долине, то есть на Васильевском острове. Если высунуть из окна ногу, можно дотянуться до офиса Житинского, а если руку — то до Пьянченкова. Тут же рядом обитает известный деятель сетевого андеграуда Сумерк Богов. А буквально в соседний дом регулярно заезжает к маме Путин — о его грядущих визитах всегда можно узнать по вымытому с шампунем тротуару и ментам в каждой подворотне…
Да, все-таки виноват Питер. Летний Питер с его обманчивой северной эротикой, карикатурой южных рождественских открыток.
Копулятивная этика
Слово «e-business» я впервые встретил в журнале «Мир Internet» в 97-м. И сразу отметил, что они боятся писать его по-русски. Тогда же родилось и определение, которое использовалось в романе «Паутина»:
«ВИРТУАЛЬНЫЙ СЕКС — способ общения посредством Сети. К настоящему сексу не имеет никакого отношения. Вероятно, столь странное название возникло потому, что многие термины электронной культуры образовывались путем присоединения приставки „Е“ к обычным словам, так что новые слова часто путали с терминами из сексологии. В результате этого термины электронной культуры, которые вначале использовались лишь в сугубо деловой речи (ЕБИЗНЕС), стали применяться и для выражения самых разнообразных эмоций — как отрицательных (ругательство „ЕБИЗНЕС ВСЕ КОНЕМ!“), так и положительных (тост „ЗА ЕБИЗНЕС!“)».
Но это и вправду оказалось новой формой секса! Практически весь Рунет 90-х был сделан на голом (в хорошем смысле) энтузиазме. А с началом нового века пришли новые люди с труднозапоминаемыми фамилиями, которые занялись активной перепродажей всего нарощенного и награбленного за первую рунетовскую пятилетку. Сами они не очень любили слово «ебизнес», звучание выдавало истинный смысл их деятельности — то есть мозгоеблю. Им срочно требовались благозвучные термины. Lenta.Ru, освещая в марте 2000-го ежегодный Российский Интернет-Форум, прямо так и писала:
«Как видно из программы, большая часть докладов РИФа посвящена электронной коммерции и смежным вопросам. Так, тема одного из круглых столов называется „E-business: как это по-русски?“. Напомним, что „e-business“ звучит не очень прилично для русского уха, а хороший отечественный аналог этому термину пока не найден».
Лично я предлагал в качестве синонима понятие «факоммерция». Соответственно, специалисты в данной области могли бы называться «факоммеры». Легко запомнить — они факом меряются. Но это было все еще слишком откровенно, поэтому гораздо чаще использовался термин «интернет-маркетинг». Отец рунецкого садо-мазо Кирилл Готовцев описывал эту схему так:
— Сначала ты говоришь «бла-бла-бла Интернет». Клиент открывает рот. Потом ты говоришь «бла-бла-бла маркетинг». У клиента вылезают глаза. А потом ты делаешь руками вот так и произносишь «интернет-маркетинг». Все, клиент готов.
Постепенно в языке бывалых интернетчиков таких слов становится все больше. Вместо скучного технического сленга они употребляют выражения «прямой оральный маркетинг», «реальный Бабицкий по ночному тарифу», «работаем по схеме B2B (Бивис-ту-Батхед)». Обсуждаются «вертикальные порталы с горизонтальным расслоением» и другие странные композиции, не снившиеся даже знатокам Камасутры.
Организация сексуальных отношений в этой извращенной форме сама по себе становится индустрией. В 2000-м году по первым вторникам каждого месяца в московском ресторане «Планета Голливуд» проводятся встречи потенциальных инвесторов с представителями интернет-проектов. Намерения присутствующих определяются тем же способом, который когда-то применяли в публичных домах: инвесторам выдают бэджи красного цвета, интернетчикам — зеленого. Ебизнес коромыслом!
Если сравнение с борделем кажется слишком резким, то замечу, что многие компании в это время и сами не стеснялись признать, чем занимаются:
«Computerra: Во время совместного с Verysell и OCS брифинга глава представительства Sun Microsystems в СНГ Сергей Тарасов исполнил свою презентацию, посвященную преимуществу полигамии на ИТ-рынках, в стиле, пограничном между жесткой эротикой и мягкой порнографией.
Как время холостячества при многочисленных домогательствах описал докладчик деятельность Sun до июля 1998 года, когда компания работала в России с клиентами напрямую (картинка фривольная, но в пределах приличий).
Подписание CDP-соглашения с компанией CHS — Merisel (ныне — Verysell) летом 1998 года было представлено как „взятие в дом первой жены“ (следует картинка „на грани“) и начало практикования работы с локальными и региональными партнерами по двухуровневой партнерской системе.
И вот теперь Sun объявляет о „втором браке“ (на экране — полная групповуха), то есть заключении еще одного дистрибуторского соглашения на рынке СНГ. Второй „женой“ стала компания OCS со штаб-квартирой в Питере».
Но такая открытость в вопросах ебизнеса имеет свои негативные стороны. Одна только смелая аналогия с многоженством может вызвать противоречивые чувства у правоверных российских клиентов. А что, если чья-то аналитическая проницательность пойдет дальше, вплоть до сцены в духе сурового садо-мазо, под заголовком «Акционеры имеют „Sun“ в глубоком виду»?
Поэтому сразу после первых успешных сделок в российском ебизнесе возникает то, что в обычном человеческом соебществе называется «этикой». Сильно оголенные органы спешно прикрываются пиджаками высоких намерений.
