– А может, это Старый Ник готовил для тебя именно такое будущее?

Парень наморщил лоб, затем покачал головой:

– Ну, не знаю. Возможно, он хотел, чтобы я унаследовал его место в… организации. А возможно, его устраивало, что я иду своим путем. Остается только гадать. На прощание он сказал: «Хочу тебе кое-что подарить. Чем бы ты в жизни ни занимался, она обязательно пригодится».

– Книга?

Ник кивнул:

– Книга, мистер Хаммер. Прямо там, в больничной палате, я и получил книгу его тайн.

Я сел прямо.

– И в ней все то, чем жил твой отец? Аферы, рэкет, коррупционные схемы, посягательства на все писаные и неписаные законы?

– Что-то вроде этого.

– Парень, – сказал я, качая головой, – даже для того, кто решил идти по прямой дорожке, эта книга может быть очень ценной.

– Верно, она ценная, – кивнул Ник. – Но для меня, мистер Хаммер, не представляет ни малейшего интереса.

– И как же ты намерен ею распорядиться?

– Отдать вам. – Ник пожал плечами. – Делайте с ней, что хотите. Попрошу взамен только одного.

– Я весь внимание.

– Позаботьтесь о моей матери. Чтобы ей не угрожала никакая опасность. Меня тоже прикройте, если можно. Но главное – мама… Она для меня столько сделала… Все отдала, что у нее было. Я хочу, чтобы ей жилось спокойно.

– Думаю, мне эта задачка по силам.

Ник протянул руку, и я ее пожал.

Он встал и направился к окну, за которым мигала неоном улица. Под этим окном была дощато-бетонная полка; среди беспорядочно наваленных книг парень нашел старинную на вид, в переплете из овечьей кожи.

И тут дверь с грохотом распахнулась от мощного пинка, полетели щепки.

Вы уже в курсе, что бандиты ходят парами. Это касается и тех, которые работают на парней вроде Сонни Джиральди.

Первым в комнату ворвался Флавио, все в том же голубом костюме и желтой рубашке с остроугольным воротником. Имени его спутника, детины с вялым подбородком и неандертальским лбом, я в прошлый раз не услышал.

Каждый держал в лапе здоровенную дуру, годную под патрон магнум 0,357. В этой части города стрельба – явление обыденное, нет смысла брать на дело двадцать второй калибр с глушаком.

Второй гангстер так живописно нарисовался в дверном проеме, что хоть пиши с него картину в ист-виллиджском стиле. А Флавио проделал от порога два шага и взял на мушку нас с молодым Ником, стоявших вплотную друг к другу.

– Это она? – зазвучал комичный писк. – Чертова книга? Давай ее сюда.

Ник поморщился от омерзения, но страха я на его лице не заметил.

– Бери. – Он шагнул вперед, протягивая толстый том, – и на миг заслонил меня от гангстеров.

Я воспользовался этим мигом, чтобы выхватить из кобуры пистолет, повалить Ника на пол и открыть огонь.

Магнум 0,357 – это, конечно, серьезный козырь. Но его с легкостью побивает сорок пятый калибр, особенно если стреляет первым, притом в голову, прекращая всякую телесную моторику. Уж до чего жалкие были мозги у подонка, да и те разлетелись заодно с брызгами крови и обломками кости, и этот душ окатил его приятеля. Тому будто хеллоуинским «кровавым» пирогом в физиономию залепили, и он среагировал, как положено неандертальцу, то есть дал мне полсекунды, чтобы расколоть пулей его скошенный лоб и покрыть кирпичную стену лестничной площадки абстрактным узором, достойным любой ист-виллиджской арт-галереи.

В такой кровавой бойне, разразившейся у Ника на пороге, он, конечно же, сохранить выдержку не мог при всей его смелости.

– О господи! Что вы теперь будете делать?

– Позвоню копу. Телефон у тебя найдется?

– Да! Да! Звоните копам! Телефон вон там!

Я подобрал с пола книгу в переплете из овечьей кожи.

– Нет, не копам. Копу.

И я позвонил Пэту Чемберсу.

А с Сонни Джиральди связался уже в три ночи, когда добрался до своего офиса. Хотел довезти туда книгу в целости и сохранности.

Наследник мафиозного трона притворялся, будто я его разбудил, но он, конечно же, с нетерпением дожидался весточки от своих парней. Либо кто-то из карманных копов уже сообщил ему о неудавшемся налете на квартиру в Ист-Виллидже, а подобные новости не располагают к крепкому здоровому сну. Так или иначе, а на звонок по приватному номеру, им же самим мне и предоставленному, Сонни ответил.

– Известно ли тебе, – спросил я бодро, – что твой мальчик Флавио и его дубинноголовый приятель выиграли бесплатную поездку в окружной морг?

– Чего?

– Того. Я их туда отправил. Точно так же, как ты отправил их на дом к юному Берроузу. Они проследили за мной. Вельда их заметила, а я нет. Видать, и впрямь старею.

Если раньше Сонни говорил четким голосом радиодиктора, то теперь слова мешались в кучу.

– Хаммер, я их не посылал, правда! Они, может, на кого-то из моих соперников работали, что-нибудь вроде того. Я с тобой честно играл, абсолютно честно, Богом клянусь!

– Да какое там «честно»… Ты хотел, чтобы я привел тебя к книге и чтобы умер тот, у кого она находилась, ведь он знал, что в ней. Заодно и я должен был отдать концы, чтобы ты спрятал их в воду. Логично рассуждаю? Кто будет слезы лить по вышедшему в тираж частному сыщику?

– Хаммер, поверь, я не…

– Не могу я тебе поверить, Сонни. Зато ты можешь поверить мне.

То, что я произнес далее, было наглой ложью, но он не имел никакой возможности ее разоблачить.

– Книга отправится в далекий банк, в надежную ячейку, и пролежит там до моей смерти. Если эта смерть будет мирной и безболезненной, кое-кто выполнит мой наказ и сожжет ее. Но если прощальная вечеринка меня не обрадует, книга попадет к федералам. Усек?

– Усек…

– А женщина по фамилии Берроуз и ее сынишка тут не при делах. Малейший вред любому из них – и книжка из ящика с нафталином перемещается в ФБР. Capeesh?[65]

– Capeesh, – мрачно подтвердил Сонни.

– Переходим к вопросу о моем гонораре.

– Гонорар? Какого черта?!

– Сонни, ты просил найти книгу, я ее нашел. Ты мне должен сто кусков.

Его голос сделался тонким, противным:

– Много плохого я о тебе слышал, Хаммер, но никто не называл тебя гребаным шантажистом.

– Человек каждый день чему-то учится, был бы интерес к учебе. Эту сотню тысяч ты пожертвуешь на благотворительность, счета тебе укажет отец Мандано. Хорошая репутация, Сонни, дорогого стоит, и ты обязательно ее приобретешь, продолжая добрые дела твоего покойного дяди в Маленькой Италии.

На этом я закончил разговор.

Общеизвестно, что копы всегда ходят парами. Но утром, явившись в мой кабинет, Хэнсон оставил закадычного дружка в приемной листать старые журналы. Вельда должна была прийти с минуты на минуту.

– Присаживайтесь, инспектор, – предложил я.

Коричневый томик с обшарпанным корешком лежал на моем столе под небрежным углом. Я специально его так поместил, ожидая этот визит.

У полицейского полезли на лоб глаза.

– Та самая книга!

– Та самая книга. И она ваша. За десять тысяч баксов.

– Можно? – Он протянул руку.

– Не стесняйтесь.

Большим пальцем он откинул переднюю обложку. На его лице радость уступила место смятению, затем потрясению.

– Ничего себе… – пролепетал Хэнсон.

– Книга и впрямь очень ценная. Но я не специалист – подозреваю, что вы можете переплатить. Если угодно, просто возьмите ее на время.

– Черт бы вас побрал! – выругался Хэнсон, переворачивая страницы.

– Книга и впрямь содержит все, что Старый Ник знал о грязных схемах и двойной бухгалтерии, насчет этого слухи оказались верны. Жулики, копы, сенаторы и даже президенты – все они могут почерпнуть здесь полезные для себя сведения.

Хэнсон качал головой, не отрывая глаз от книги.

– Но мы заблуждались, считая ее леджером. Скорее это учебное пособие от другого итальянского гангстера. Там указана дата первого издания на английском языке – тысяча шестьсот сороковой год.