– Не стоило. Я и так поверил вам: он мертв.

Шейркросс прошелся по библиотеке, разглядывая верхние полки шкафов, уставленные предметами искусства.

– Мы сперва подумали, – заметил Докерти, – что одна из этих штуковин могла упасть ему на башку. Но на полу ничего не было, да и угол, под которым был нанесен удар, свидетельствует о том, что Фистера стукнули сзади. Предметом, достаточно тяжелым, чтобы проломить череп. Орудие убийства неизвестный унес с собой.

– Я искал совсем не орудие убийства.

– Тогда что же?

Владелец книжного магазина вернулся к телу и встал так, что его ботинки оказались на одной линии со ступнями покойника.

– Он стоял здесь, в нескольких ярдах от двери. Либо убийца поджидал его, притаившись за дверью, либо это был человек, которого Ллойд знал и которому доверял. По крайней мере, он не ожидал нападения. Удар нанесли сзади, и бедняга упал на пол ничком. Поправьте меня, если считаете, что я ошибаюсь. Боюсь, я уже немного не в форме.

«Да уж, не в форме, как победитель чемпионата мира в тяжелом весе», – подумал начальник полиции, а вслух произнес:

– По мне, все было именно так. Очень надеюсь, что верным окажется первый вариант. Что это случайный грабитель. Не хочется думать, что убийца живет здесь, рядом с нами.

– Ну, все люди должны где-то жить, – заметил Шейркросс и продолжил: – А это что такое?

Докерти посмотрел туда, куда указывал бывший детектив, но увидел только книжную полку футах в девяти от пола.

– Между двумя книгами есть пустое место, – сказал он.

– Там везде пустые места. Полагаю, он просто не хотел переставлять всю свою библиотеку, когда нужно было поставить новую книжку. Разрази меня гром, если я представляю его систему, но система определенно была. Фистер любил порядок во всем.

– Ллойд расставлял тома по времени создания, начиная с трудов ранних испанских исследователей и заканчивая сборниками последних поправок в законы штатов. Но, как легко заметить, он оставлял достаточно большие промежутки, чтобы можно было поставить сразу несколько книг. А этот рассчитан на две обычные книги или одну толстую. И он один такой во всей библиотеке. Похоже, здесь стояла книга, а потом исчезла.

– Может, это одна из тех, что лежат на столе?

– Нет-нет, я рассмотрел их. Сплошь справочные издания: обычное дело для библиофила. Я тоже ими пользуюсь. Нужны часто и должны всегда быть под рукой. Никто не будет лазать за ними по лестнице, а тем более подниматься на такую высоту. Уверен, вы понимаете, к чему я клоню.

– Ну что ж, ограбление – это понятный для меня мотив. И вы считаете, что Фистер спугнул воришку, когда тот пытался умыкнуть книжку с полки?

– Да. Возможно, все было так: Ллойд неожиданно возвращается в библиотеку, и вор прячется за дверью, а затем, улучив момент, наносит Ллойду удар. Но это мог оказаться и человек, которого Ллойд знал. Едва Ллойд повернулся спиной, как негодяй ударил его, а потом украл книгу.

– Мне больше по душе первая версия. И не только потому, что не хочется видеть убийцей одного из горожан. Просто в этом случае мы имеем дело со случайным порывом, а не с преднамеренным убийством. Может, он хотел оглушить Фистера и сбежать, только и всего.

Шейркросс снял очки и принялся протирать их платком. В отличие от большинства близоруких людей, без очков он, казалось, глядел зорче. Сейчас он походил на старого, матерого орла.

– Единственное, что противоречит этой версии, – отсутствие орудия убийства. Куда оно подевалось? Это не была вещь из библиотеки. Если преступник ударил Ллойда и обрел путь к бегству, да к тому же заполучил желаемое, вряд ли он унес бы этот предмет. А если он принес его с собой, мы имеем дело с заранее спланированным преступлением.

– Но отпечатки пальцев?

– Меня учили ставить себя на место преступника. Я скорее стер бы их, чем пошел на риск быть замеченным на улице с бронзовой вазой или мраморным бюстом в руках.

– А анализ ДНК?

– Возможно. Я же говорил, что далек от современных методов расследования. – Он водрузил очки на нос. – А у Ллойда в последнее время не брали интервью для телевидения?

– Да, недавно приезжал кто-то. Снимали реалити-шоу вроде «Барахольщиков», только более навороченное, про богатых коллекционеров. Это был пилотный выпуск, но потом они надеются запустить сериал.

– В общем-то, одни недалеко ушли от других. Часто вся разница между состоятельным книгоманьяком и тетушкой, чья квартира завалена старыми газетами и жестянками из-под пива, заключается лишь в стоимости добра.

– Вроде шизиков из «Богатых и знаменитых».

Шейркросс помрачнел.

– Я бы не стал отзываться так о Ллойде. И вообще, я заговорил об этом, потому что…

– На этот раз мы мыслим одинаково. Попробую раздобыть эту запись, и мы сравним ее с картиной места преступления. Если нам повезет, станет ясно, что именно находилось на пустом месте. Если, конечно, Фистер за это время не передвинул тут вообще все.

– Маловероятно. Все выглядит так же, как во время моего последнего прихода. Тогда он сказал, что не планирует никаких серьезных перестановок, – невесело произнес Шейркросс.

– Не падайте духом, Эвери. Однажды утром вы проснетесь и вскочите на ноги, горя желанием провести старую добрую генеральную уборку.

– Я уже лет тридцать твержу себе это.

– Никак не могу поверить. Мне не уснуть. Все время думаю о том, что меня могут зарезать в моей собственной постели.

– Не надо так переживать, Берди, – сказал дядя Нед. – Далеко не все жители города, знающие вас, мечтают об этом.

Карл Лэтроп ударил по столу своим председательским молотком.

– Довольно, Нед. Слово предоставляется мисс Флэтт.

– Ей нужно тщательнее следить за словами, а то выходит так же непонятно, как у Билли Фреда Мастера с его жевательной резинкой.

Билли Фред, сидевший в заднем ряду и жевавший свою неизменную жвачку, решительно замотал головой:

– Старый хрен! Завидуешь, что не можешь жевать резинку вставными челюстями?

– Замолчите оба! – воскликнула Берди и потуже затянула корсет. – Мы жили в прелестном городке и могли спокойно растить своих детей. А за одну только прошлую неделю количество убийств возросло на сто процентов.

– Это потому, что за неделю до того количество убийств равнялось нулю, – заметил начальник полиции. Он стоял около двери, засунув большие пальцы под форменный ремень. Над ремнем нависал внушительный живот.

Лэтроп указал на него своим молотком:

– Если вам хочется поговорить, Докерти, может быть, вы поделитесь с участниками нашего заседания новостями о ходе своего расследования?

– Ну, мы с мистером Шейркроссом…

– «Ну» – это слово-паразит, – вставил Нил Бонн, директор начальной школы и подменный преподаватель английского языка.

– Хорошо, мистер Бонн. Не знал, что вы тут посовещались в мое отсутствие, – ухмыльнулся Докерти. – Так вот, мы с мистером Шейркроссом сегодня ожидаем срочной бандероли из головного офиса телекомпании Зет-би-си в Нью-Йорке. Режиссер пилотного выпуска реалити-шоу отправил нам диск с записью, сделанной в марте в библиотеке Фистера. Если повезет, мы увидим, какую книгу украли.

– И для чего все это, хотела бы я спросить? – заявила Берди. – Зачем привлекать к расследованию хозяина книжного магазина? У моего племянника Роя – высший бойскаутский ранг. – Она гордо оглядела присутствующих, оценивая произведенное впечатление, и продолжила: – А еще значок следопыта. По-моему, он гораздо лучше подходит для этого дела, которое явно не по зубам нашей доблестной полиции, хотя мы исправно платим налоги на ее содержание.

Докерти вынул правый палец из-под ремня и решительно помахал рукой, так, словно собирался вышибить Берди Флэтт из ее парика.

– Даже если не брать в расчет его прошлый опыт, о котором все, похоже, забывают, мистер Шейркросс хорошо разбирается в книгах. Когда мы установим, из-за какой книги убили Фистера, он поможет сузить круг подозреваемых до коллекционеров, которые специализируются в этой области. Даже если убийца не из их числа, он все равно обратится к ним, чтобы продать украденное. Я поговорю с каждым из них.