— А что ж вы убивать-то сразу полезли? — произнёс я. — Неужели поговорить как люди нельзя?

Я схватил Тёртого за шкварник и бухнул о кузов «Буханки». Глухо грохнуло.

— Погоди-погоди! Мы же тоже вольники! — завыл тот. — За федерала мы тебя приняли, а за мародёрку могут и стрельнуть сразу.

— Какие вы вольники? Оглоеды вы, — фыркнул я. — В тачку садимся, я сказал!

Спорить никто не стал. Все мы погрузились в «Буханку». Зарычал движок, автомобиль тронулся.

Я с любопытством осмотрел некогда до боли знакомый район. Сейчас он стал абсолютно чужим. Дома приходили в негодность, а территория вокруг дичала. Едва ли сюда однажды вернутся жители.

Я перевёл внимание на своих неожиданных извозчиков. Помимо одного амбалa, что сидел за рулём, остальные находились передо мной в салоне — чтобы легче было контролировать. Слегка посиневшие от тумаков, те опустили глаза к полу.

Дороги были завалены всяким барахлом, поэтому ехали медленно. Можно было немного поболтать.

— Что за Тунгуска? — поинтересовался я. — Вы её в разговоре упоминали.

Тут же я заметил, как в глазах молодого парня проявился горячий интерес. Я кивнул, разрешая говорить.

— Так это супер-аномалия! — произнёс он. — Говорят, там жара полная! Собирают силы со всей страны.

— Супер-аномалия? — ухватился я за это слово. — Что это?

В голове уже были догадки, и они тут же нашли подтверждение.

— Ну, она как-то увеличилась из простой, — пожал плечами Тяпа. — Выросла, так говорят.

Тема казалась ему так интересна, что он даже забыл о страхе, увлечённо рассказывая о происходящем. Я же слушал и мысленно прикидывал происходящее. Кристаллы, что раскидало по Земле во время Удара, проходили через процессы, что дестабилизировали пространство вокруг.

Похоже, Тунгуской назвали объект, где такой кристалл вообще не тронули, дав развернуться пагубному влиянию на полную катушку. Неизвестно, что там творилось сейчас, но его масштабы, видимо, стали чрезвычайно велики. Больше ничего интересного из того сумбура, что нес молодой мародер, я не выделил.

В это время мы наконец выехали из спального района на главную улицу. Здесь уже наблюдалось хоть и жидкое, но стабильное движение автомобилей. В основном это был грузовой транспорт, автобусы с людьми и военные автомобили. Только изредка попадались гражданские.

Движение было настолько вялое, что не требовались и светофоры. Заметил я и оживление на улицах вдоль дорог. Там ходили люди, причём без охраны и оружия.

«Город точно оживает, — произнёс я. — Наталья, похоже, старается».

И людей, и транспорта на дорогах было мало. Как я понял, большая часть граждан так и жила на общих базах, которые были сосредоточены в пригородах, вокруг промышленных предприятий. Центр же пустовал.

— Командир, может, как-то порешаем? — вновь подал голос Тёртый. — Ну нечего нам у федералов делать, пони… ай!

Звук салона разорвал громкий смачный шлепок.

— Заткнись, — произнёс я.

Тёртый почесал голову, по которой только что получил добавочного леща. Его вид утратил ту нагловатую ленцу и вольготность. Теперь он походил на несправедливо обиженного самаритянина. Такого я тоже навидался.

На многополоске наше передвижение ускорилось. Вскоре над крышами домов я увидел знакомую «шапку» стадиона. Именно здесь изначально базировался пункт защиты в первые, самые страшные дни Удара. Сейчас он переквалифицировался в администрацию, по сути, управляющую всей областью. Туда я и направлялся.

Уже на подъезде на перекрёстках начали появляться военизированные патрули. На этом моменте Тёртый и его подельники окончательно сникли.

— Не бойтесь, ребята, — произнёс я. — Вы живые Родине полезнее.

Я обещал им, что до «высшей меры наказания» не дойдёт, и не лгал. Легко верилось, что в такие времена военные быстро разбирались с любыми мародерами и прочей нечистью. Но найденные мной оглоеды были вполне способны принести пользу.

Наконец за поворотом впереди показались ворота. Я подметил, что те наспех сваренные металлические заграждения сделали поаккуратнее и даже зачем-то покрасили.

«Никак тут появился прапорщик старой закалки в штате?» — мысленно хмыкнул я.

Незнакомую «буханку» без номеров тут же подметили. В нашу сторону повернулись две пулемётные точки. Из ворот вышел вооружённый отряд. Нас уже ждали.

— Мужики, свои, — я выглянул из окна. — Стрелять не надо.

Среди вояк я если кого и знал, то только мельком. Был вариант написать кому-нибудь из знакомых, но это не понадобилось.

— Коготь что ли? — крикнул кто-то. — Какими судьбами?

— Коготь объявился…

Я услышал, как военные между собой говорят. Неизвестный капитан кивнул мне и замахал руками в сторону КПП. Тут же ворота начали открываться.

Как в типичной военной части, на «взлётке» за КПП и так всегда хватало праздно шатающегося народа. Сейчас они явно подтягивались к нашей «Буханке». Почти сразу я заметил знакомого.

— Коготь, дарова! — воскликнул Шрам. — Рад, что живой, чертяка!

— И тебе не хворать, — хмыкнул я.

Невольно на меня нахлынули тёплые чувства. После всех событий я оказался в окружении если и не своих друзей, то хотя бы соплеменников.

— Ни слуху ни духу. Мы уж думали, куда пропал, — Шрам крепко пожал мне руку. — Хоть бы весточку какую оставил.

— Мелочи жизни, — улыбнулся я. — У вас как дела здесь?

— Да как видишь, сидим, харчи жрём, — усмехнулся Шрам. — Вон, парни только жиреют.

Собравшиеся вокруг военные зафыркали. Видно было, что здесь никакие не штабисты. Обветренные лица и видавшая виды экипировка говорили сами за себя.

Но главное — я ощущал, что по уровню силы здесь боевики, часть из которых уже достигла ядра. Да, с одним или двумя атрибутами, без генетических модификаций и закалок, и тем не менее это были люди, которые в будущем войдут в основную силу Земли. А то, что эта сила очень нужна, теперь я знал точно.

Я ощущал на себе любопытствующие взгляды. Распознавательных конструктов никто не применял, что неудивительно. Такое поведение было неприятным, а потому воспринималось недружественным. Хватало и особого чутья на стыке интуиции, коей обладали адепты. Мою силу тут же ощутили и признали.

— Слушай, а это че за фрукты? — поинтересовался Шрам. — Странные у тебя напарники.

Он показал на «буханку», где продолжали сидеть мародёры. Вылезать они явно не желали.

— Эти парни от скуки шарятся по квартирам в спальном районе, — улыбнулся я. — Но поговорив со мной, выявили желание работать на благо Родины.

Шрам быстро понял, что к чему, стоило посмотреть на душегубные морды.

— Леха, ты говорил, с нас требуют людей на отправку, — громко произнёс он. — Тут есть кое-кто для тебя.

Банда мародёров, ставших «добровольцами», быстро привлекла внимание собравшихся военных. Под шутки и хохот напуганных разгильдяев их повели куда-то в сторону безликого бетонного здания.

Мы со Шрамом отправились к зданию стадиона, где у меня были дела. Пару минут ушло на бессмысленную болтовню. Мой товарищ рассказывал, что после моего исчезновения они легко подавили остатки тварей у озера. На этом все самое сложное осталось позади.

— Твари в леса ушли, охотимся на них по мере сил, но тут уже дело не быстрое, — рассказывал Шрам. — А в остальном город на поправку пошел. До старых времен далеко, но и люди уже не голодают.

Примерно такое я и видел на улицах.

— Слушай, а что за Тунгуска? — спросил я. — А то слухами земля полнится.

Мой вопрос вызвал удивление товарища.

— Ты откуда вылез? — уставился на меня Шрам. — Все только о супер-аномалиях и говорят сейчас.

Шрам в паре слов обрисовал происходящее. За дни, пока меня не было, на Земле произошли перемены. Появились зоны, что с чьей-то лёгкой руки назвали супер-аномалиями.

Шрам подтвердил мои догадки. Супер-аномалии появились там, где не успели вовремя уничтожить искажающие кристаллы. А теперь это уже, похоже, было и не сделать.