— Вашу ручку, мой милый хомячок, — вот же ж… Шарик! Фу, таким быть.

«Ну и что тут нынче за танцы-шманцы-обжиманцы?» — я суетливо оглядываю толпу танцующих, пытаясь уловить суть.

Хм, очень похоже на вальс, только драконицы еще и ручки вверх поднимают – домиком, а попы отклячивают, как утки. Этакие лебеди, прячущиеся от стервятников… ладно, вспомним детский сад и танец маленьких утят.

— С удовольствием, ваша Светлость, — оскаливаюсь, и позволяю хвостатому утащить себя во власть музыки.

Позориться, так с размахом.

Как там… сошлись, повальсировали, разошлись, поутячила и снова сошлись… ну, не сложно. Главное лапу княжескую не отдавить.

— Ой, больно, наверное, да?

— А это испытание или как? — я испытующе заглядываю с светлоликое лицо. Молчит чешуйчатый… не человек.

Целенаправленно выводит нас из круга танцующих и подводит к столу с закусками.

— Ты кушай-кушай, проголодалась, наверное? Даже щеки подсдулись, — скалит зубы Шарик.

Новость о том, что скоро мое лицо еще больше осунется, придя в норму я решаю придержать до лучших времен. Раз называют ведьмой, так я им наглядно покажу, как оно бывает, или обвиню, что это они меня довели. До ручки!

— Почему твой телефон не реагирует и показывает какой-то палец с бороздками? — ой ну стыдно не знать отпечаток пальца, товарищ.

— Так это магия вне Хогвартса.

— Что? Откуда ты знаешь Хогвартса? — шипит Амазон.

— Эм. Да это же из… — «из фильма» хочу сказать я, но не успеваю.

— Еще раз, откуда ты знаешь моего оруженосца? Отвечай, Ярина.

Шарик резко приобретает черты лица святого инквизитора и хватает меня за ладонь, больно стискивая ее. Не хватает только криков «Казнить, предательницу!».

— Брат, я настаиваю на танце с твоей спутницей, — цедит невесть откуда подошедший Язя.

Блин и не засмеёшься от абсурдности ситуации. Князья же… одному танцы подавай, другому сагу о Гарри Поттере пересказывай.

Везет, как утопленнику. Но уж если и выбирать между этими двумя, то я лучше с младшеньким потанцую.

— Я с радостью, ваша Светлость, — бормочу и, схватив опешившего Язерина, утаскиваю его в самый дальний уголок местного «танцпола». — Предупреждаю, что вашему брату я уже отдавила ноги.

Ну жалко его, спас меня, считайте, из лап дракона… блин, только ведь сам-то он тоже дракон.

— Я надеялся, что ты научилась на Шардвике и теперь-то мои ноги в безопасности, — отшучивается блондин и опускает обе ладони на мою талию.

Лопатки тут же начинает печь, а я знаю только одного хвостатого, кто может так огнедышаще смотреть. Не зря же он весь покрыт красивой чешуей…

То, как Язерин меня к себе прижимает несколько выбивается из того танца, который мы разделили с его братом, но он более всего похож на наш. Разве что мужчина слишком тесно меня к себе прижимает…

— А этот прием – это очередное испытание на манеры и умение танцевать? — да-да. Нас в окно, а мы в дверь.

— Да, одно из пятидесяти, — улыбается он, резко разворачивая меня и снова прижимая к себе.

— Из пятидесяти?! — я так громко кричу, что некоторые особо чувствительные драконихи охают и хватаются за сердце, но в этот момент мне абсолютно всё равно.

Это… это же песец – грязный и лысый!

— Тише, — смеется Язя и оттесняет нас к тому самому плющу, за которым я пряталась. — Ярина, я же пошутил. Испытаний гораздо меньше, но сколько и какие, прости – не могу сказать.

А я таращусь на него во все глаза и пытаюсь понять: «гораздо меньше» — это сколько? Сорок девять или два? К какой из здешних статуй нужно подойти, чтобы загадать желание… Да я бы даже от знаменитой собаки из московской подземки не отказалась (хоть и считаю ее крайне антисанитарной приметой), лишь бы выиграть всё и остаться сухой.

«Черт, какая ирония»… сухой и из воды…

— Натанцевалась? — недовольное рычание пронзает спину, и, нацепив самую лучшую свою улыбку, я разворачиваюсь к подошедшим: Трис и Шарик.

Крайне неприятное чувство стоять вот так, между двух огней, взирающих друг на друга, будто бы во времена адового голода у драконов, остался один кролик на двоих. И тот без ушей и пушистого хвоста.

— Ваша Светлость, — успокаивающий голос Беатрис перетягивает на себя внимание обоих братьев. — Прием просто замечательный. Не желаете ли прогуляться по саду? Мы могли бы сделать совместную фотографию на этот чудной аппарат Ярины.

Упоминание моего телефончика, перекочевавшего в наглые лапы великого и ужасного дракона с новой силой врывается в бедовую головушку, заставляя меня краснеть.

Чумовое фото выйдет. Прямо к бабке не ходи…

Бабок, как оказалось, лучше вообще десятой дорогой обходить. Из-за одной высокопоставленной – я здесь.

Шардвик Амазон

Слышу позади себя знакомые шаги и оборачиваюсь.

Морриган несколько секунд изучает мое лицо и на его губах появляется теплая отеческая улыбка. Добрый друг и умудренный опытом дракон, ставший для нас с братом вторым отцом. Он, как никто другой, может чувствовать мое настроение.

— Шардвик, мы можем начинать, ждем только тебя, — ровным голосом произносит он, и, подойдя вплотную, также, как я ранее, безошибочно отыскивает нужную троицу. — Всё в порядке, сынок?

Воздух с шумом вылетает из легких. Такое обращение и переход на «ты» Морри позволяет себе крайне редко, в основном тогда, когда чувствует, что его «сыновья» запутались и отбиваются от рук…

Ярина чему-то задорно улыбается и пока никто не видит корчит смешные гримасы с драконицей из Бьернира. Язерин же, принимая их веселье на свой счет, всё больше распаляется и пытается расположить к себе обеих девушек. Обе блондинки, обе утонченные и боевые, за словом в карман не полезут, но и открыто не хамят…

И к обеим, что меня, что очевидно и брата, как-то по-особенному тянет. До сих пор вспоминаю как трепетала Яра и наши сладкие поцелуи. Только Богиня знает, чего мне стоило остановиться тогда…

— Девушки не поранятся?

— Иномирянке ничего не угрожает, — безошибочно считывает меня распорядитель. — Разве что она не грохнется в обморок при виде испытания, — ухмыляется он, но совсем не язвительно, как это было поначалу.

— Знаю, что бесполезно втолковывать вашей Светлости порядок проведения королевского отбора, но у нас и другие невесты есть. Всё же я настоятельно прошу вас почтить вниманием и их, — Морриган отрывает глаза от окна и смотрит на меня серьезным, вышибающим дух взглядом.

Знаю, что старик прав. Заигрались мы…

Ладно, Язерин – ему не нужно управлять княжеством, а я Шардвик Амазон, наследник Амазонитовых драконов, должен в первую очередь руководствоваться делами королевства и долгом перед правящей семьей, а не желанием почудить и восхищением своеобразной красотой гостьи из другого мира. Как бы презрительно заявили друзья – бесполезной «человечки»…

— Как думаешь, Указ королевы Софии (будь он неладен) хоть кому-то из князей принес что-то получше головной боли?

— Осмелюсь предположить, что это риторический вопрос, княже, — ухмыляется распорядитель.

Еще двое девиц выбыло после проведенного вечера. Служанки не обнаружили их в своих покоях, ровно потому, что обе невестушки предавались интимной вседозволенности в оружейной и на кухне.

Пять минут назад я дал себе зарок не подходить к честной компании, а вместо этого занять положенное нам с братом место, и молча наблюдать как пройдет испытание. На деле же подойти и заглянуть в глаза (только кому из них?) становится нестерпимым и покалывает позвоночник.

— Что там говорят про истинность? — буднично интересуюсь я, когда Язерин, наконец, усаживается рядом. Тут же чувствую поток негодования, исходящий от него.

— Всё шутишь, Шардвик? — злость и нотки ревности сменяются другой тональностью, когда к огромному аквариуму подходит смелая Яра, а за ней в очередь, будто бы прикрывая, становится Беатрис.