Когда дело дошло до приготовления ужина, а заодно и еды на несколько дней вперед, за окнами кухни уже разливались лучи закатного солнца. Лина одновременно варила кастрюлю постного борща и жарила большую сковороду котлет, а Мисти старательно вертелась под ногами, как бы напоминая, что хозяйка обещала котлетку и ей. Поскольку давать кошке горячую еду было определенно плохой идеей, Лина перешагивала через питомицу и следила, чтоб та не добралась до сковороды.

На обеденном столе уже стояла приготовленная тарелка, лежал нарезанный лепестками зубок чеснока и толстая горбушка купленного накануне у тети Аши хлеба. А сбоку – тоненькая книжка. Лину всегда ругали за чтение за едой, да и сама она понимала, что это неправильно, но сейчас хотелось бунтовать даже в таких вопросах.

Она как раз выключила газ и потянулась за половником, когда тишину квартиры нарушил настойчивый звонок в дверь, заставляя удивленно замереть на месте. Кто мог прийти к ней в такое время? Кто вообще мог к ней прийти, если никто не собирался?

Решив, что это кто-то из соседей или вовсе ошиблись адресом, Лина пошла в прихожую. Мисти побежала туда первой и как раз встала на полотно двери передними лапами, когда звонок, словно подгоняя, повторился.

– Да иду я, иду! – пробормотала Лина себе под нос, не задумываясь щелкнула замком и потянула дверь на себя, даже не спросив, кто там.

Правда, ей все равно никто не ответил бы, ведь на этаже никого не оказалось. Что было особенно странно, поскольку после второго звонка прошло от силы три секунды. Лина высунулась из квартиры, чтобы лучше видеть пролеты лестницы, но даже там никого не обнаружила, словно человек буквально испарился.

Или скрылся за дверью соседней квартиры. Но если так, то что это за странные шутки?

Она уже хотела закрыть дверь, но Мисти вдруг повела себя очень странно: выскочила на площадку, испуганно вздыбила шерсть и, не отреагировав на оклик, стрелой метнулась вниз по ступенькам. Лина встревоженно кинулась следом.

– Мисти! Мисти!

На зов никто не откликался, но на площадке между вторым и третьим этажами Лина заметила черное пятно за оставленным кем-то напольным горшком с почти погибшим фикусом.

– Мисти, девочка, не бойся! Это же я… Пойдем домой.

– Мяу…

Кошка прыгнула ей на руки, и Лина прижала ее к себе. Хорошо, что она не убежала на улицу, там найти было бы сложнее.

Квартира встретила их распахнутой дверью. Лина даже обрадовалась этому, поскольку выскочила без ключей и телефона, в домашних тапочках, и, если бы дверь захлопнулась, пришлось бы туго.

Все еще держа дрожащую кошку на руках, Лина вошла в гостиную и сразу испуганно замерла на пороге, обнаружив, что в квартире они уже не одни.

На фоне подсвеченного закатом окна вырисовывался мужской силуэт. Высокий худощавый темноволосый мужчина спокойно стоял, не прячась и не скрываясь, как будто находился здесь на законных основаниях. Лина инстинктивно сильнее прижала к себе кошку, то ли защищая ее, то ли защищаясь сама. Она открыла рот, чтобы спросить у незнакомца, кто он и что здесь делает, но из горла вырвался только невнятный хрип.

«Беги, дура! Чего ты стоишь и смотришь на него?» – пронеслось в голове, но тело словно парализовало, и единственное, что она могла, – это стоять и смотреть на мужчину, который в свою очередь смотрел на нее.

Трудно было сказать, как долго длилась эта немая сцена: чувство времени вдруг отказало. Возможно, Лина и незнакомец так и стояли бы дальше, если бы Мисти вдруг не вырвалась из рук и не юркнула куда-то в глубину квартиры, позорно оставляя хозяйку самостоятельно разбираться с пришельцем.

Зато это движение прогнало оцепенение, и мозг снова заработал. Из-за бьющего в глаза света Лина все никак не могла рассмотреть лицо вторгшегося в ее квартиру мужчины, но строгий и даже какой-то старомодный костюм как бы намекал, что это не какой-то вор, бандит или маньяк… Хотя насчет последнего нельзя было быть уверенной. Мало ли как эти ребята наряжаются, когда выходят на охоту за очередной жертвой…

– Вы кто? – наконец смогла выдавить Лина.

– Мне нужна справка.

Говорил мужчина тихо, но голос его казался довольно звучным. Густым, тягучим. Приятным. Однако ответ своей неожиданностью снова вогнал ее в ступор. А еще показалось, будто тонкие губы незнакомца даже не шевельнулись, когда прозвучал голос. Бред какой-то… Может, она задремала и видит сон?

– Какая еще справка?!

– Справка о перенумерации дома номер восемь по улице Морской.

За неделю работы Лина, конечно, не выучила все виды предоставляемых архивом справок, но одну справку о перенумерации строения ей все же довелось сделать. Граждане и организации свободно могли запросить такую информацию, но получить подобный запрос в субботу вечером в собственной квартире она абсолютно не ожидала.

– Такие справки предоставляет городской архив…

– Так вы ведь там и работаете. Разве нет? Поэтому я и пришел за справкой к вам.

Ситуация все еще выглядела бредово, но, по крайней мере, теперь можно было надеяться, что это то ли невероятное хамство, то ли просто какое-то недоразумение.

– Для получения справки о перенумерации вам необходимо обратиться в архив в приемные часы, – окрепшим голосом объявила Лина. – Это вторник и четверг, с восьми утра до пяти вечера. Вам нужно будет заполнить заявление и предъявить паспорт, и тогда мы выдадим вам справку в установленном порядке.

– Это долго, я не могу столько ждать. Мне нужна справка о перенумерации дома номер восемь по улице Морской. Прямо сейчас.

– Ничем не могу помочь! – Лина вдруг почувствовала, как страх сменяется раздражением и злостью. – Я не выдаю такие справки дома!

– Но мне очень нужно. Дом номер восемь. Морская улица.

Должно быть, это не хамство и не недоразумение, а она просто имеет дело с сумасшедшим. От этого предположения снова стало страшно. Получается, он выследил ее после работы, иначе откуда знает, где она работает… А теперь пришел сюда… Чтобы что? Требовать справку? Или это только предлог?

– Если вы немедленно не уйдете, я вызову полицию! – нервно выпалила Лина.

Ее взгляд блуждал по ярко подсвеченной мужской фигуре, цепляясь за отдельные детали, но они не складывались в единую картину. Единственное, что утешало, – это то, что мужчина не вел себя агрессивно. Стоял на одном месте, не пытался приблизиться, даже голос не повышал. В ответ на ее угрозу полицией он лишь голову набок склонил и, как ей показалось, едва заметно улыбнулся. Во всяком случае, Лина уловила движение приподнявшихся уголков тонких губ.

– Все, я звоню им!

Она ринулась в кухню, где остался ее смартфон, но, оказавшись там, в первую очередь схватила большой кухонный нож, которым нарезала овощи для борща. Только потом взялась за смартфон. Вот только звонить никуда не хотелось, как и объясняться с полицией.

В квартире было тихо. Лина не слышала шагов или щелчка замка, не говоря уже о хлопке двери. Неужели этот странный мужик так и стоит в ее гостиной у окна? Угроза полицией совсем на него не подействовала?

Лина осторожно выглянула из кухни, а потом прошла до гостиной и с опаской заглянула внутрь, все еще сжимая в одной руке нож, а в другой смартфон. Однако ни то, ни другое ей не пригодилось: комната уже была пуста, а окно потемнело, поскольку солнечный свет окончательно ушел.

Лина для верности осмотрела все помещения, в том числе расхламленную кладовую. Никого не обнаружив, быстро заперла входную дверь на оба замка, а ключи сунула в карман домашних брюк. Так показалось надежнее.

На кухне сидящая на стуле Мисти как ни в чем не бывало поедала глазами остывающую сковородку с котлетами. Сервированный стол ждал вместе с книжкой, вот только есть совсем расхотелось. Лина положила обещанную котлету в кошачью миску, и Мисти сразу же ею занялась, демонстрируя потрясающее равнодушие ко всему случившемуся.

Может, и не было ничего? Может, это правда просто приснилось? Но если она перестала отличать сон от реальности, то это очень и очень тревожный звоночек.