— Никогда не думал, что увижу тебя такой сентиментальной, Мария, — поддразнил я с улыбкой.

Она гордо вздернула подбородок. — У меня бывают свои моменты! — ответила она, удобно обвивая руками шею Зака и устраиваясь поудобнее.

— Все в порядке, — рассмеялась Наталья, тепло заверяя их. — И нам, вероятно, все равно придется сыграть еще одну свадьбу. А как же близнецы?

— У них дела с папой, — сказала Кармен, слегка пожав плечами, затем просияла. — Но им не терпится увидеть тебя, когда они вернутся в Нью-Йорк.

Именно тогда Ким немного выпрямилась, ее глаза заблестели. — Подожди, у тебя будет еще одна свадьба?

Тревор лениво пожал плечами. — Да, — сказал он низким голосом с ноткой гордости. — С обеими семьями и всем прочим.

Я почувствовал изменение энергии, когда взгляд Ким снова обратился к Наталье. — Так ты пригласишь папу?

С губ Натальи слетел вздох, она сложила руки на коленях. — Уф, — пробормотала она. — Я еще не думала об этом.

— Я слышала, ты уже помирилась с одним мудаком, нет? — Спросила Ким, указывая на Джованни. — Что тебе ещё один?

Это заставило Джио рассмеяться. — Отвали.

— Кстати о свадьбах... — Франческа сменила тему разговора. — О каких цветочных композициях ты думаешь, Джио?

Кармен удивленно повернулась к нему. — Ты женишься?

У Джио сжались челюсти. Он не ответил.

Тревор, развалившийся с притворно-серьезной улыбкой и наклонился вперед. — Да, Джио. Когда ты женишься?

— Отвали.

— Еще лучше... — Тревор усмехнулся. — На ком?

Лицо Джио потемнело от раздражения. Он дернулся, протянув руку к плечу Тревора, но тот быстро увернулся и схватил его за запястье, чтобы удержать. Джованни почти схватил его за голову, прежде чем Тревор вывернулся, и Джио оттолкнул его.

Франческа фыркнула. — Вы двое так странно ладите.

Брови Кали приподнялись в удивленном недоверии. — Очень странно, — повторила она.

Джио выпрямился, его голос был низким и строгим: — Мы не ладим.

Тревор запрокинул голову, смех грохотал в нем, когда он откинулся на шезлонг. Один за другим мы все присоединились к нему, и даже Джованни раскололся – появилась первая неохотная ухмылка, превратившаяся в смешок.

Раньше Джио всегда действовал на нервы Тревору. Теперь, похоже, они поменялись ролями.

Когда все погрузились в свои разговоры, я заметил, что Ким подошла к парням.

Она села рядом с Тони, чья поза была напряженной, челюсть сжата, глаза намеренно отведены в сторону.

— Привет, — осторожно поздоровалась Ким, что было на нее не похоже, хотя на самом деле я ее не знал. — Как ты себя чувствуешь?

— Прекрасно. — Тони не смотрел на нее.

— Шрам бледнеет. Это хорошо, правда? — Она имела в виду шрам у него на боку – тот, что остался после праздничного инцидента, когда он встал перед ней и получил пулю, предназначавшуюся ей.

Тони на мгновение замолчал. Затем, все еще стиснув зубы, сказал: — Да.

Голос Ким звучал мягко. — Ты уверен, что с тобой все в порядке?

— Я сказал, что я черт возьми в порядке, Ким. — И с этими словами он встал, весь напряженный, с подавленным гневом, и ушел, даже не взглянув.

Никто не заметил этого обмена репликами, пока Тони уже не уходил.

Зак в замешательстве крикнул ему вслед: — Эй, ты куда, чувак?

Но Тони так и не обернулся.

Я нахмурился и встретился взглядом с Кали через веранду — она тоже это увидела. Выражение ее лица было зеркальным отражением моего: напряженное от беспокойства. Мы оба смотрели, как Тони удаляется, Ким снова легла на полотенце, опустив глаза, а остальная часть группы перешла к непринужденной беседе.

Кали заметила, что Ким все еще немного растеряна, поэтому, когда она предложила девочкам пойти в бассейн, все, кроме Франчески, согласились.

Франческа со вздохом раскинула руки. — Для меня слишком много солнца. Я остаюсь здесь. — Она откинулась назад, довольная своим решением.

Девушки растаяли, как волна, уносимая приливом, затем оставшиеся мужчины заняли свои места: развалились на диванах, выпивали и играли в карты. Минуты прошли в ленивой беседе, смехе и рассказах о церемонии.

Маттео вылез из бассейна и с улыбкой уселся у ног Франчески. — Привет, красавица, — проворковал он ровным и уверенным голосом. — Тебе было больно, когда ты падала с небес? Потому что...

Франческе даже не нужно было смотреть на него. Ее голос был ровным, деловым: — Закончишь это предложение и я вырву твой язык и завяжу его бантиком, чтобы ты больше никогда меня не беспокоил.

Она встала и прошла мимо Маттео, ее платиновые волосы хлестнули его по лицу, когда она присоединилась к девушкам у бассейна. Маттео ухмыльнулся ей вслед, его глаза потеплели от восхищения.

— Какого хрена, чувак?

Маттео пожал плечами, стряхивая воду с рук. — Твоя сестра горячая штучка.

Глаза Джованни сузились. — Ты хочешь, чтобы я тебя убил?

Маттео тихо рассмеялся, продолжая ухмыляться вслед Франческе. — Думаю, я только что влюбился.

— Ты не бросишь её, как всех тех других девушек, которые за тобой бегают.

Маттео поднял руки в притворной капитуляции. — Я никого не обманываю.

Мужчины замолчали, когда взгляд Маттео скользнул по группе и остановился на мне. Я едва заметно, но решительно покачал головой. Сейчас было не время.

Его челюсть сжалась, и через мгновение он махнул рукой. — Хорошо. Как скажешь.

Мои глаза снова встретились с глазами Кали, и мы оба улыбнулись, когда она заметила, что я закатываю глаза.

Солнце было идеальной золотой монетой, отчеканенной на фоне ясного гавайского неба, такое яркое, что окрашивало каждую рябь на поверхности бассейна в жидкий алмаз. Я сидела на краю, свесив ноги в воду, тепло ласкало мои плечи и руки, когда я откинулась назад, опираясь на ладони. Плитка подо мной излучала тепло, заземляя меня в этом моменте.

Кармен и Ким лениво плавали в нескольких футах от меня, смеясь над тем, что говорила Франческа – или, скорее, разглагольствуя о том, что Маттео сказал ранее, и это заставило Ким смеяться так сильно, что она чуть не захлебнулась водой из бассейна.

Наталья исчезла несколько минут назад, чтобы укрыться в тени. Я заметила ее в домике рядом с моим братом, с фруктовым напитком в руке, его рука нежно покоилась у нее на животе.

Мария тоже исчезла, но мне не нужно было гадать, куда именно. Мой взгляд метнулся в затененный угол домика, где она сидела на коленях у Зака, его руки лениво наносили масло для загара на ее спину, прежде чем их медленные движения переросли в поцелуй, который, казалось, не закончится в ближайшее время. Ее нога была перекинута через его ногу, пальцы запутались в его волосах, и жар между ними соперничал с тропическим солнцем.

Я прикусила нижнюю губу. Боже, как бы я хотела сделать это с Зейном.

— Ты что делаешь, неудачница? Залезай! — Крикнул Тревор из затененного домика.

Наталья, прислонившаяся к его плечу с полупустым бокалом, легонько шлепнула его, чтобы он замолчал, но Тревор только ухмыльнулся и не дрогнул.

— Отвали! — Крикнула я в ответ.

Ухмылка Тревора стала шире. — Только не говори мне, что ты не умеешь плавать.

Мои кулаки сжались. Я отказалась отступать. Пауза молчания, когда я открыла рот, чтобы возразить.

Но слова замерли у меня на языке.

Потому что у меня появилась идея получше...

— Не знаю, — конечно я умею, — Но Зейн может научить меня.

Зейн поднял бровь и обменялся взглядом с моим братом.

Тревор откинулся назад. — Можешь попробовать. Если, конечно, сможешь что-то донести до этой упрямой головы.

Миссия выполнена.

Зейн встал — чёрные плавки, татуировки и мускулы, плавно и сильно перекатывающиеся. Добравшись до меня, он присел на край рядом со мной, наши бедра слегка соприкоснулись.

— Не умеешь плавать, да? — поддразнил он, как всегда ровным голосом.