— Потому что нужно внимательно следить.

— Вот в этом-то и суть проблемы.

— В чём суть? — Он вопросительно наклонил голову.

— Именно в этом.

— Ты хоть значение понимаешь? — Он рассмеялся, увидев, как она нахмурилась.

— Это означает, знаете ли, суть проблемы, её средоточие. Я не знаю… Это просто слово, — взволнованно сказала она.

Алекс с ухмылкой смотрел на проезжающие машины. Ему нравилось дразнить её — это было так легко.

— Мы подъезжаем к выезду. Я собираюсь заправиться. Хочешь чего-нибудь перекусить или сходить в туалет?

— Да. Я умираю с голоду.

Он включил поворотник и съехал с шоссе.

Вернувшись на дорогу с полным баком, пустым мочевым пузырём и горячей едой, Кэти с удовольствием уплетала бургер и пачку чипсов. Алекс пытался одновременно вести машину и переложить свой чизбургер.

— Тебе помочь? — предложила она, продолжая есть бургер.

— Я могу его достать. — Он смотрел на дорогу, затем снова на бургер, лежащий поверх пакета.

— Что ты пытаешься сделать? — Она наблюдала, как он ковыряется в своём бургере.

— Я пытаюсь положить туда два луковых кольца, а сверху булочку.

— Давай я помогу. — Она протянула руку, добавила второе луковое кольцо и закрыла булочку.

— Спасибо. — Он взял огромный бургер и откусил.

— Я никогда не видела, чтобы кто-то добовлял луковые кольца в бургер.

— Попробуй обязательно. Это офигенно вкусно, — сказал он, жуя.

— Как-то нужно будет попробовать.

— Попробуй сейчас. Тут много. Угощайся. — Он указал рукой с бургером на коробку с кольцами.

— Хорошо. — Она положила луковое кольцо и вернула булочку на место.

— Нет, нужно добавить два — для максимального хруста.

Она покачала головой и добавила ещё одно, затем сжала булочку и откусила.

— Ну как?

Она кивнула, продолжая жевать, потом прикрыла рот рукой.

— Вкусно.

— Видишь? Будь рядом со мной — и много нового узнаешь.

«Если бы только…» — пронеслось у неё в голове.

Она и представить себе не могла, каково это — проводить время с Алексом, таким популярным, шикарным парнем.

Они ели в уютной тишине, если не считать того, что Алекс включил радиостанцию с кантри-музыкой. Жирная пища была вкусной, но она мечтала о домашних маминых блюдах. Или, может быть, о стряпне Тома? От этой мысли у неё неприятно свело желудок.

— Как тебе Мэдисон? — спросил Алекс.

— Мне нравится. Я не очень люблю подниматься на Баском-Хилл, чтобы добраться до занятий, но в остальном здесь здорово.

— Этот холм — просто убийственный.

У Кэти зазвонил телефон. Она вытерла пальцы салфеткой, посмотрела на дисплей и ответила:

— Что случилось?

— Привет, солнышко. Просто хочу узнать, когда ты приедешь.

— Мам, ты звонишь, чтобы убедиться, что мы не застряли где-нибудь в канаве или не врезались в телефонный столб. — Она посмотрела на Алекса и закатила глаза.

— Я бы не стал выражаться так драматично, но да, я хотел убедиться, что ты в безопасности и с тобой всё в порядке.

— Да, ещё раз да, — отрезала она чуть более резко, чем хотела.

— Хорошо. Где ты сейчас?

— Алекс, моя мама хотела бы знать наше точное местоположение в данный момент.

— Кэти, тебе не обязательно говорить ему, о чём я спрашивала, — заметила мать.

Алекс усмехнулся:

— Мы только что проехали Уосо. Думаю, через пару часов приедем.

— Ты слышала? — спросила Кэти маму.

— Спасибо. Вам следует знать, что здесь уже идёт снег, и его достаточно много. Том говорит, что скоро вы попадёте в снегопад, так что будьте предельно осторожны.

— Да, мама. — Кэти очень хотелось сказать Тому, что он может сделать со своим снегом.

— Кэти, я серьёзно.

Она повернулась на сиденье:

— Алекс, мама хочет, чтобы ты знал: на севере идёт снег, и Том говорит, что скоро мы попадём под снегопад. Тебе нужно ехать очень осторожно. Она не шутит.

— Понял, — ответил он с улыбкой.

— Очевидно, ты не готова говорить со мной разумно, — в голосе матери послышалось раздражение, но Кэти решила его игнорировать.

— Хорошо, звучит заманчиво. Скоро увидимся. — Она бодрым, радостным голосом закончила разговор и быстро повесила трубку.

Кэти знала, что должна бы чувствовать себя виноватой, но мать сама была виновата — скрывала от неё расставание с отцом. Мама хотела разговаривать только тогда, когда речь не касалась их семейной катастрофы. Почему этот странный парень так важен, что Кэти пришлось ехать сквозь снежную бурю, чтобы отмечать с ним Рождество?

Она засунула телефон на дно сумочки, чтобы больше не слышать звонков.

— Итак, кто такой Том? — спросил Алекс.

— Это долгая история.

— У нас нет ничего, кроме широкого шоссе. — По радио заиграла сентиментальная кантри-песня о парне и его собаке.

— Я честно не знаю. Моя мама говорит, что она с ним не встречается, но заставляет нас тащиться в Кристал-Ривер, чтобы провести с ним Рождество, а мы даже никогда не встречались.

— Я так понимаю, ты не хочешь с ним встречаться.

— Нет… не знаю.

— Значит, твои родители разведены?

— Отличный вопрос. Не думаю, но всё меняется так быстро — кто знает? — Никто из родителей не хотел говорить об этом. Они продолжали нести ей чушь о том, что всё ещё любят детей, что им просто нужны перемены, глоток свежего воздуха, или ещё какая-то ерунда.

— Дай угадаю. Это твоё первое Рождество после расставания родителей.

— Угадал.

— Отстойно, — нахмурился Алекс.

— Слабо сказано.

Они ехали в приятном молчании, слушая кантри-музыку. Через полчаса начался снегопад, и через несколько минут мелкий снег превратился в крупные тяжёлые хлопья, проносившиеся мимо стекла.

— Вот и снегопад. — Алекс поставил стакан с газировкой обратно в подстаканник и выпрямился, стараясь сосредоточиться в условиях ухудшающейся видимости.

Кэти поджала ноги и смотрела на летящий снег, радуясь, что дороги всё ещё расчищены.

— Давно у нас не было снежного Рождества. — В обильном снегопаде было что-то захватывающее. Последние годы сильные снегопады случались редко. Но сейчас ветер гнал снег пластами и волнами, как воду в бушующем море.

— Мой брат Джейсон, наверное, в восторге. Он уже подготовил снегоуборочную машину и готов к работе. Он как маленький ребёнок, когда речь заходит о снеге, — сказал Алекс.

— Он тоже водит грузовик?

Алекс наклонил голову, уголок губ приподнялся. Его глаза заблестели, и он улыбнулся — улыбкой, которую можно было назвать по-настоящему сексуальной.

— На севере все водят грузовики.

Кэти нравился лёгкий характер Алекса. Раньше он казался вежливым, но напряжённым — особенно после её телефонного разговора.

— Джейсону не терпится выехать на место, чтобы расчистить дорогу и вытащить машины из кюветов. Это лучший рождественский подарок для него.

Кэти показалось, что Алекс любит снег так же сильно, как и его брат.

— А что ты хочешь на Рождество?

Он взглянул на неё, потом снова на дорогу. Снег начал скапливаться. Он фыркнул:

— Я? Я хочу новую жизнь. — Он провёл рукой по волосам и уставился на кружащуюся белую мглу.

«Неужели он имел в виду, что не может дождаться свадьбы?..» — подумала Кэти.

Он выглядел погружённым в свои мысли, пока ехал дальше.

Возможно, он действительно хотел новой жизни. Но Кэти больше всего на свете хотела вернуть свою старую. Новая жизнь оказалась не такой уж привлекательной. Она мечтала провести праздники и зимние каникулы в старом доме, с родителями и младшей сестрой Николь. Никто бы не навязывал ей общение с незнакомцами.

Радиостанция затрещала. Алекс взглянул на неё:

— Хочешь найти новую станцию?

— Конечно. — Она потянулась к его куртке и рюкзаку, чтобы отрегулировать настройки. Она заметила, как приятно от него пахло — лосьоном после бритья или, может быть, действительно хорошим дезодорантом.

— Так далеко на севере ты мало что найдёшь. Ты могла бы поймать радиостанцию из Миноккуа или Парк-Фолс.