Разогрел сковороду с минимальным количеством масла. Выложил оладьи столовой ложкой, обжарил с двух сторон до золотистой корочки.

— Пахнет вкусно, — протянул Гриша, который маячил рядом в ожидании обеда. — Скоро там?

— Сейчас уже будут готовы, — улыбнулся я.

К оладьям снова сделал лёгкий салат из капусты, огурцов и помидоров. Вскоре мы принялись за обед.

— Как твои поиски работы? — пробуя оладью, поинтересовался я. Вышло очень неплохо, продолжаю прокачивать свои кулинарные навыки.

Гриша скривился.

— Так себе, — протянул он. — Ходил по городу, спрашивал, смотрел. В банке у вас есть вакансия, но там зарплата смешная. Двадцать пять тысяч рублей, представляешь? За такие деньги хотят, чтобы я с утра и до вечера работал!

— Двадцать пять тысяч для Аткарска — это нормально, — вздохнул я. — У меня зарплата тридцать, и я врач.

— Ты бюджетник, — хмыкнул друг. — А банк — это коммерческая организация. Там должны больше платить.

— Это Аткарск, — напомнил я ему. — Не Саратов. Здесь другие нормы, и двадцать пять тысяч здесь — очень даже неплохо.

Гриша снова поморщился и ничего не ответил.

— Где ещё был? — продолжил допытывать его я.

— На птицефабрике, — ковыряя вилкой оладью, ответил он. — Там вообще треш. Зарплата восемнадцать тысяч, график ненормированный, вонь жуткая, перья. Туда я ни за что не пойду.

Я тяжело вздохнул. Всё-таки сходство с Гришей из моего мира действительно только внешнее.

— Гриш, у тебя долг в двести тысяч, — напомнил я. — И срок два месяца. Может, тебе кажется, что это много, но это не так. Если ты будешь так привередничать, то ничего себе не найдёшь и долг отдать не сможешь.

— Я ищу что-то достойное, — тут же возразил он. — У меня высшее образование, я не для того учился, чтобы на птицефабрике курей щипать!

— Высшее образование много у кого есть, — заметил я. — Но в таком маленьком городе оно не значит, что ты найдёшь себе работу по специальности.

Гриша обиделся и смешно надул губы. Как ребёнок, честное слово.

— Ты меня поддерживать должен, — пробурчал он. — Нотации мне и родители читать могли.

— Я тебя поддерживаю, — развёл руками. — Но говорю правду. Твои поиски идеальной работы ни к чему не приведут. Для начала просто отдай долг, поднакопи себе денег. А там можно и по душе что-то искать.

Друг немного помолчал, обдумывая мои слова.

— Слушай, — протянул он. — А может, мне бизнес новый открыть?

Я чуть оладьей не подавился.

— Какой ещё бизнес? — с опаской спросил я.

— Ну я же ошибки учёл! — он заметно оживился. — Кофейня не пошла, потому что конкуренция большая была. А здесь, в Аткарске — поле не паханное! Можно магазин необычный открыть, или тоже кофейню, или… аквапарк!

Второй раз я чуть не подавился оладьей. Аквапарк в Аткарске, гениально.

— Гриша, у тебя денег нет, — медленно сказал я. — Совсем. На что ты собрался открывать бизнес?

— Можно кредит взять, — неуверенно ответил он.

— У тебя уже есть кредит! — воскликнул я. — Который ты вернуть не можешь. И ты хочешь взять ещё один?

— Если говорить таким тоном, то конечно, это будет звучать глупо, — пробурчал он.

— Это так и есть, — я потёр виски. — Так, пока никаких бизнесов. Идёшь на работу, отдаёшь кредит. Копишь деньги. Только так ты решишь свои проблемы. Понял?

— Понял, — буркнул он.

Остаток обеда мы провели в тишине. Гриша всё обижался на мои слова, но по-другому тут было никак. Иначе мой друг таких дел наворотит, что сбегать уже в глухую деревню придётся.

После обеда я помыл посуду, а Гриша уткнулся в телефон.

— Двое интересуются процессором, — объявил он. — Завтра отправлю, ещё денег получим. Около тридцати выторгую, думаю.

— Отлично, — кивнул я. — Спасибо, что помогаешь с этим. И не обижайся на мои слова.

— Не обижаюсь я, — явно всё ещё обижаясь, отозвался он.

До вечера оставалось несколько часов, и я решил вздремнуть, чтобы работать ночью с новыми силами. Гриша остался сидеть в телефоне.

В голове вихрем пронеслись мысли о прошедших событиях дня. Сон не шёл.

Внезапно пришло новое воспоминание из прошлой жизни.

В Академии Целителей с самого первого дня обучения нас учили медитировать. Это была основа основ, фундамент обучения. Без умения медитировать было невозможно развивать прану, невозможно стать Хранителем.

Хорошо помню нашего наставника, Николая. «Прана — это жизненная сила, которая пронизывает весь мир. Она есть в воздухе, в воде, в земле, в каждом живом существе. Чтобы понять её и впитать её — нужна тишина разума. А добиться такой тишины можно лишь при помощи медитации».

Я вспомнил, как проходили такие тренировки. Мы, первокурсники, садились в зале для медитаций. Скрестив ноги, устраивались на специальных подушках и медленно начинали делать вдохи и выдохи.

Нужно было наблюдать за мыслями, не пытаясь их остановить. Как за облаками на небе. Мысли приходили и уходили, а нам надо было просто наблюдать за этим процессом.

И первые разы это было мучительно сложно. В четырнадцать лет хочется чего угодно, только не сидеть в неудобной позе часами. Спина болела, ноги затекали, а мысли скакали, как бешеные. Хотелось всё бросить.

Но наш наставник не разрешал нам этого делать. Он учил нас терпению и говорил, что разум подобен дикому жеребцу. Он не привык к узде, но со временем он успокоится.

Постепенно у нас начало получаться. И тогда мы перешли к следующему этапу. Мы стали чувствовать что-то во время медитаций. Это и была прана.

«Когда разум успокаивается — вы можете впитать прану», — пояснил тогда наставник Николай.

И мы начали учиться копить прану. Нужно было представлять, как она входит в тело. Как с каждым вдохом энергия наполняет всё тело, а с выдохом выходит наружу всё ненужное.

С каждым разом получалось всё лучше. С каждой медитацией накапливалось всё больше.

Думаю, именно благодаря этим практикам я и обрёл силу воли и духа. И пусть в этом теле сила воли была слаба, только благодаря перенесённому сознанию мне удавалось бороться с искушениями. Даже с тем же сладким.

Хоть и вспомнил всё это только сейчас, подсознательно я явно применял такие же практики.

И сейчас подумал: если в моём теле живёт искра праны, получится ли снова впитать прану из окружающего мира? Медитация должна мне помочь.

Сел на диване, скрестил ноги как смог. Всё-таки в этом теле в полноценную позу лотоса сесть сложно. Выпрямил спину, устроил руки на коленях. Закрыл глаза и начал ровно дышать.

Мне удалось успокоить разум, но опять-таки, только благодаря опыту из прошлой жизни. И я сфокусировался на поиске праны. Сосредоточился…

И ничего не произошло. Никакого тепла, никакого покалывания. Совершенно никаких крох праны. Её не было в окружающем воздухе.

Что ж, этого следовало ожидать. В этом мире магии нет, про прану здесь ничего никому не известно. И в воздухе её нет, иначе кто-то бы уже давно открыл её.

Значит, придётся искать другие пути накопления праны и возвращения былой мощи. Как именно — пока неясно.

Однако польза от медитации всё равно была: я смог полностью очистить разум от посторонних мыслей и избавиться от накопившегося стресса. Так что всё-таки лёг и провалился в сон.

Проснулся я в половине седьмого вечера. Гриша точно так же сидел с телефоном — мне кажется, даже позу не сменил.

— Что, уже проснулся? — встрепенулся он.

— Ну да, уже два часа прошло, — усмехнулся я. — Ты, я вижу, вообще счёт времени потерял.

— Да я тут просто… — он не договорил фразу и вновь уткнулся в телефон.

Мне было некогда выяснять, что у него там за дела такие. Я встал, умылся холодной водой и принялся собираться на дежурство. На вечер прихватил с собой кефир из холодильника, для быстрого ужина самое то.

Так, ингалятор тоже надо не забыть. Уже заканчивается, нужно будет самому себе новый выписать. Да и вообще скорректировать лечение собственной бронхиальной астмы. Радует, что за эту неделю сильных приступов больше не было.