Никто не дрогнул ни на миг, ни на одно мгновение,

Весь люд тулузский ощущал подъем и вдохновение,

Стремясь быстрее завершить постройку укрепления.

Меж тем враги вели обстрел. Со всех сторон камения

5 На землю сыпались дождем, ломая ограждения,

Свистели стрелы там и тут, но, против ожидания,

Никто не ранен, не убит, хотя дома и здания

Вмиг были все испещрены от крыш до основания.

Готов был каждый из людей к увечью и страданию,

10 Но Бог тулузцев защитил, укрыв своею дланию.

Монфор, смертельным для себя считая промедление,

Построил замок штурмовой, бойцов и снаряжение

Укрыв решеткою стальной. Сие сооружение

В народе «кошкою»^[691] зовут, взяв то в соображение,

15 Что «кошка» — первый враг «мышей», попавших в окружение.

Вот «кошка» двинулась вперед, верша ко рвам движение,

Однако недруг, что хотел осуществить вторжение,

Не знал, сколь есть у горожан баллист^[692] в распоряжении,

Не знал и то, что точно в срок пришло к ним донесение.

20 Стрелки, веревки натянув до звона при касании,

Валун вложили в требюше^[693] и ждали приказания.

Вот «кошка» бег свой прервала, дрожа от потрясения:

То полетели валуны, круша без снисхождения

Стальные своды и бока, опоры и крепления.

25 Весь бывший в «кошке» гарнизон бежал быстрее лани — и

Всяк из тулузцев ощутил восторг и ликование.

Монфор чуть наземь не упал, то видя отступление.

«О Боже, в чем я виноват?» — вскричал он в исступлении.

И так он рыцарям сказал в тревоге и смятении:

30 «Вы сами видите, друзья, какое злоключение

Мне уготовила судьба. Такое бед стечение

Бывает лишь при колдовстве. Где Божье попечение?

Ни толпы пастырей святых, их знанье, их учение,

Ни Церковь с воинством своим, чье велико значение, —

35 Ничто не в силах мне помочь, сняв боль и огорчение.

Все добродетели мои, ум, щедрость паче чаянья,

И без упрека доброта, и храбрость до отчаянья

Теперь не стоят ни гроша. Я потерпел крушение,

Не знаю, как и поступить в подобном положении».

40 «Ищите, — графу рек Фолькет, — иное приложение

Своим усилиям, сеньор! В стенаньях прилежание

Успеха вам не принесет, скажу не в назидание.

К чему о башне штурмовой столь проявлять радение,

Когда вся стоимость ее игральной кости менее?»

45 «Сеньор Фолькет, — ответил граф, — теперь мое спасение

В том, что неделя не пройдет, не минет воскресение,

А я Тулузу захвачу иль претерплю мучение».

«Надейтесь, — так сказал Ласи, — на Божье Провидение!»

Меж тем в Тулузе в эту ночь не прекращалось бдение,

50 Ведь там на воинский совет сошлось все население,

Дабы о ходе общих дел сказать свое суждение.

Все говорили, что вот-вот — и возвестит решение

Фортуна, взвесив на весах успех и поражение!

Средь них законник был один, снискавший уважение,

55 Бернаром звался грамотей, чье столь весомо мнение,

И так он рыцарям сказал, склонив чело в смирении:

«Сеньоры, рыцари и знать, почтенное собрание,

Всем нам тулузский магистрат готов и в состоянии

Любую помощь оказать^[694] во имя процветания

60 Тулузы. Коль меж нами есть взаимопонимание,

Прошу вас выслушать меня, собрав свое внимание.

Мы служим делу одному, явив свое умение,

И, к сердцу вашему воззвав, к уму и разумению,

Я вам преданье расскажу о неком наваждении.

65 Однажды, нехристей гоня, которых нет надменнее,

Дошли отряды христиан до Акры^[695], тем не менее

Едва к беде не привело благое побуждение.

Уж голод в войске начался^[696], как то гласит предание,

Но Бог, который справедлив, скажу не в оправдание,

70 Не отдал рыцарей Креста на смерть и поругание.

Сперва с французским королем, пред кем в благоговении

Чело склоняют короли, пришло к ним подкрепление^[697] —

И каждый воин к небесам вознес благодарение.

В ту ночь от множества свечей, как не бывало ранее,

75 Такой распространился свет, такое шло сияние,

Что царь неверных Саладин^[698], дивясь иль опасение

Имея, искренне спросил: “В чем смысл сего явления?”

Когда ж сказали толмачи, что прибыл тот, чье звание

И сан всей рати христиан внушают упование,

80 Не испугался Саладин, но, словно в упоении,

В трех лье свой стан расположил^[699] глупцам на удивление.

Когда ж всей Англии король в своем благом стремлении

Единоверцев поддержать, неся им избавление,

Вдруг кинул клич по всей земле и всяк явил желание

85 Сам встать под стяги королей^[700], то конский храп и ржание

Вмиг напугали басурман; отнюдь не в отдалении

Расположился Саладин, врагу не в поощрение.

Две рати на полет стрелы сошлись в то утро раннее,