Еще в осаде был Лавор^[228], когда в один из дней

Вассалы графа де Фуа взнуздали лошадей.

В большой поход отважный граф повел своих людей.

Он даже чернь вооружил для важной цели сей.

5 Стремясь участием в войне прославить Крест Святой,

Пять тысяч рыцарей в броне пустились на Монджой,

Спеша туда из разных мест Германии^[229] большой.

Бароны ехали верхом вдоль рощицы одной,

В одном порядке войсковом, держа военный строй.

10 Но де Фуа, который храбр, ручаюсь головой,

В переговоры не вступив, повел дружину в бой:

На немцев воины его напали всей толпой.

Бедняги бились что есть сил в той схватке боевой,

Но вскоре бросились бежать, конец почуяв свой,

15 Едва из тысячи один сумел уйти живой.

Но знают все: в конце концов разрушен был Монджой!^[230]

Крестьяне из окрестных мест при помощи ножей

Добили рыцарей Креста, насев толпою всей.

И да простит мне Бог мой грех по бедности моей,

20 Но вскоре жителей тех мест убили, как зверей,

На их же собственных дверях повесив бунтарей.

И рад я, что бунтовщиков и весь мятежный край

Карают и казнят!

Лесса 70

Когда привел граф де Фуа к Монджою свой отряд,

То помощь графу оказать был каждый житель рад.

Немало выгод получить предполагал народ,

Но прежде, чем Монфор войска отсюда уведет,

5 Куда как дорого за все заплатит нищий сброд.

Один фризон остался жив, как люди говорят,

И он французам рассказал о том, кто виноват

Во всем, что там произошло. Готовя час расплат,

Весь день, вплоть до вечерних рос, пока не пал закат,

10 Французы мчались на рысях, сверкая сталью лат.

Но ускользнул граф де Фуа, свернув на старый след,

Добычи столько захватив, я не солгу вам, нет,

Что можно было бы прожить, вкусив от сих щедрот,

Три месяца пятнадцать дней и целый долгий год.

15 Французы отбыли в Лавор, закончив свой поход,

Ушли, печалясь и грустя, поникнув от забот.

Для тех, кто слушал их рассказ, скажу вам в свой черед:

Дня не было черней.

Лесса 71

Крестоносцы сжигают четыре сотни еретиков, плененных в Лаворе

Когда отважный Пьер д’Осер, Робер де Куртене

И сам Монфор, что с ними был, как то известно мне,

Устали графа де Фуа искать по всей стране,

Они отправились в Лавор, рассержены вдвойне^[231].

5 Немало рыцари Креста трудились по весне;

Они, лаворцев захватив, как зверя в западне,

Четыреста еретиков сожгли в святом огне.

Я вам, сеньоры, рассказал, какая суждена

Смерть тем, кто защищал Лавор без отдыха и сна:

10 Их удавили, как воров, которым грош цена.

А та сеньора, что была, как майский цвет, нежна,

В колодце, в каменном мешке, живьем погребена,

Хотя кричала, и звала, и плакала она.

И тут уж дрогнула душа, я знаю, не одна!

15 Других же дам один француз, в котором честь видна,

Всех приказал освободить, хоть плохи времена^[232].

И много в городе нашли стальных мечей, вина,

Коней, и рыжих, и гнедых, и хлеба, и зерна,

Одежды и знамен.

Лесса 72

Крестоносцы осаждают Монферран, оборону которого возглавляет граф Бодуэн брат Раймона VI

В Каоре жил один купец — де Сальваньяк Раймон^[233].

Был сей влиятельный сеньор, что не для зла рожден,

Богат и знатен, как никто из прочих горожан,

Ссужая деньги и кормя весь крестоносный стан.

5 Вино, отборное зерно, поскольку был резон —

В счет долга все забрал купец, взял всю добычу он.

И вновь на подвиги повел своих бойцов Симон.

В тот год лежал в крови весь край, скажу вам не в обман,

Не сдался рыцарям Креста лишь замок Монферран^[234].

10 Роландом^[235] нынешних времен был здешний сюзерен,

Тулузского сеньора брат, отважный Бодуэн.

Будь он, как прочие князья, землей не обделен,

Граф бы владения свои расширил без препон.

И будь на четверть Монферран столь грозен и силен,

15 Как звуков имени сего силен и грозен звон,

Доныне не был бы никем тот замок покорен.

Но к пораженью Бодуэн, увы, приговорен,

И смерть глядит в упор.

Лесса 73

Граф знал, что замок Монферран слабее, чем Лавор.

Вот кто был в битве рядом с ним: тот Пьер, чей мрачен взор,

Затем тулузец Рыжий Понс, большой любитель свар,

Затем отважный Юк дю Броль^[236] и рыцарь де Монклар.

5 Был пятым Санчо Эспада, отважный кавалер,

Но больше всех встревожен был один простой рутьер —