Судя по тому, как иронично он смотрит, никакие доводы его не убедят, что это была не я.
Ну и чёрт с ним!
— Слушай, отстань уже от меня, — произношу я, после чего угрожающе добавляю. — Если и дальше будешь приставать с этим бредом, вызову нашего участкового, чтобы он вставил тебе мозги на место, раз у тебя у самого это сделать не получается. Понял⁈ — припечатываю напоследок и, взмахнув хвостом, гордо удаляюсь с поля боя.
Надеюсь, мной выиграно не только сражение, но и вся война.
И теперь, побоявшись появления представителя полиции, он отстанет от меня насовсем.
Глава 5
Ничего себя заявочки.
Она, значит, подкатывает ко мне, а выставляет крайним меня. Да ещё и грозит участковым.
Я, офигевший в край, смотрю за её уходом.
Взгляд невольно сползает на виляющую задницу в довольно скромных шортах и… залипает на ней.
И хрен поймешь, специально это делает, зараза такая, или всё-таки природное женское срабатывает. Скорее всего, второе. Я же за ней весь день наблюдал. Передвигалась по своему участку как пава. Лёгкие скользящие движения, от которых я в соляной столб превращался, зависая и прекращая делать то, что в тот момент делал.
Тяжёло это признавать, но эта женщина меня зацепила.
Поначалу, когда только увидел, заценил и красивую мордашку, и пышные формы, и особенно третий размер груди. Но, услышав, кто ко мне пожаловал, резко вспомнил свой первоначальный план — испугать, чтобы они не совались ко мне.
Кстати, с той малолетней девчонкой днём мне пришлось пообщаться подольше. Приставучая оказалась, мама не горюй. Даже восхитился её упрямством наладить со мной контакт. И сам не заметил, как через час уже довольно спокойно отвечал на её вопросы, которыми она меня закидывала.
В общем, свой план претворил в жизнь. Вот только не ожидал, что соседка решит охмурить меня, несмотря на мой «ласковый» прием.
Я, когда вчера увидел овощи на крыльце, удивился. Но особо не придал этому значения. Может, Алиска принесла, фиг знает, что в голове у ребёнка.
А может, соседские бабульки притащили, только побоялись на прямой контакт выйти со мной. Ведь вчера, когда я вышел на улицу, чтобы в машине окна закрыть, пятеро сидящих на лавке неподалеку махом рассосались по своим домам, кинувшись врассыпную. Так что, возможно, кто из них решил наладить соседские отношения таким образом.
Но сегодня версия про бабулек отпала.
Ведь когда увидел на крыльце пироги с капустой, на автомате посмотрел на соседский двор и словил взгляд Кати, которая поспешно отвернулась.
Вот тогда-то и появились подозрения, кто меня подкармливает. И для чего.
Видимо, с холостыми мужиками тут в деревне совсем беда. А тут я так удачно появился. Вот, видимо, она и решила меня охмурить, вспомнив, через какой орган лежит путь к сердцу мужика.
Последней каплей стали яблоки, лежащие на том же самом месте, что и в предыдущих случаях.
Алиску я к этому моменту совсем исключил. Девчонка на протяжении всего дня держалась от забора как можно дальше. Даже особо и не смотрела в мою сторону. Походу, мой план сработал. Ну, в том месте, где ей запретили со мной общаться. Кто же знал, что «пообщаться» захочет старшая сестрёнка, подкидывая мне на крыльцо еду.
Вот только я был категорически против «общения».
Мы, мужики, любим сами охотиться. А когда понимаешь, что ты выступаешь в роли дичи… ну, так себе ощущения.
Досадно и немного даже обидно.
Не начни Катя полномасштабное наступление, я, может быть, и сам бы начал закидывать удочку в её сторону. Уж больно хороша, зараза. С виду девочка-припевочка, а характер ух какой. Такие огни полыхают в глазищах, там, на дне, такие черти беснуются.
Чёрт, я бы с огромным удовольствием с ними своих чертеняк познакомил. Они бы устроили такой пожар…
От этих мыслей и вида виляющей попки в штанах стало совсем дискомфортно.
Психанув на соседку, на себя за то, что поддаюсь её чарам, ухожу домой.
Встав утром, принимаю твёрдое решение о том, что не буду вестись на провокации Кати. Полный игнор в её сторону, чтобы она ни сделала.
Но то, что она сделала спустя три часа, заставило меня положить большой и толстый на свои же слова.
Глава 6
Я выкорчевывал старый пень от вишни, согнувшись чуть ли не пополам, когда мне что-то прилетело в пятую точку.
В первый момент даже не сообразил, какого чёрта у меня так задница загорелась. Ощущения, словно веткой крапивы обожгло.
Зарычав от боли, выпрямляюсь и быстро оборачиваюсь, начиная натирать правую ягодицу.
Взбешённый взгляд сканирует землю вокруг меня. Далеко смотреть и не нужно, как оказалось. Недалеко от меня лежит красное яблоко, такое же, как мне подкидывала Катерина.
Я поднимаю взгляд и вижу эту заразу недалеко от забора. Кроме неё во дворе у них больше никого.
Она копошится в своих грядках и типа даже не смотрит в мою сторону.
Сама невинность, мать вашу!
Озверевший, я хватаю яблоко, какого-то хрена кладу его в карман и устремляюсь к забору.
— Ты совсем с ума сошла⁈ — рычу, с силой сжимая деревянные доски. — Ты совсем кукухой поехала, творя такую дичь⁈
— Что на этот раз? — у неё хватает наглости не просто задать мне этот вопрос, а произнести его язвительно.
— Что… Что на этот раз⁈ — чуть ли не давлюсь.
И всё. Меня окончательно накрывает.
— Ты нафига в меня яблоками кидаешь⁈ — ору я на полную мощь своих лёгких и голоса.
— Тебе это приснилось, что ли?
Значит, не хотим по-хорошему.
— А это что? — достаю из кармана яблоко и тычу им в её сторону. — Вот оно! Доказательство! ТВОЁ яблоко, которое прилетело минуту назад прямо в меня!
— Я НЕ кидала в тебя никаких яблок! Ни своих. Ни чужих, — настаивает Катя на своей невиновности, даже и не думая извиняться.
— Ага, оно само прилетело мне в задницу, — цежу сквозь зубы и понижаю голос, так как краем глаза засекаю за её спиной какое-то движение.
Из дома выходит Алиска, так что приходится растянуть губы в улыбке, чтобы не напугать девчонку ещё больше. Она, поди, итак сюда выбежала, услышав мой рёв.
И тут я замечаю, как меняется выражение глаз Кати. Эмоции настолько быстро сменяются на её лице, что еле-еле успеваю их отслеживать.
Растерянность. Смущение. Гнев. И…
Барабанная дробь.
Вина!
На её лице чётко прослеживается вина, мать вашу!
Понижаю голос на самый минимум, чтобы, не дай бог, не услышала Алиска. Зачем ей знать, что её сестра с придурью.
— Женщины, которые таким образом пытаются привлечь мужика, ничего, кроме отвращения, у меня не вызывают, — выцеживаю со злобой.
Она, покачнувшись, сдавленно охает и бледнеет на глазах.
— Найди в себе хоть какие-то зачатки гордости и не лезь ко мне больше. Хочешь мужика, вперёд на трассу. Тебе даже заплатят за это, — жёстко произношу я, после чего разворачиваюсь и ухожу.
До самого позднего вечера не выхожу на улицу. Переделываю дела, которые требовали моего внимания именно внутри дома и которые я откладывал до лучших времен.
Выполз на улицу, когда звёзды уже вовсю светили. Ополоснувшись в уличном душе, сделанным отцом в прошлом году возле сарая, медленно иду назад.
На душе как-то совсем хреново.
Покоя не дают слова, которые я кинул в лицо Кате.
Её поступок, конечно, за гранью моего понимания, но…
Какого чёрта я-то до её уровня опустился. Да, бывает, могу что-то грубое сказать представительнице слабого пола. Но чтобы оскорблять её, да ещё так низко…
Маман мне бы точно язык отрезала, услышав.
Да я сам, если честно, готов себе язык отрезать.
Ладно, Гром. Завтра прямо с утра пойдёшь к ней и извинишься. Ну и…
Мысли резко обрываются, когда слух улавливает какие-то странные звуки.
Замерев на месте и не дойдя до крыльца какие-то пять метров, пытаюсь понять, откуда и, главное, что или кого я слышу.
