Проснулся я утром. В вагоне уже во всю шумели. Мои соседи, включая севшего ночью пока дрыхли без задних ног. Пока я занимался туалетом, они зашевелились, а затем и окончательно проснулись. Наступило время завтрака. Я залез в свою сумку и присвистнул от удивления. Вчера мама Мошкиной насовала мне в дорогу много чего вкусного.

Я расстелил газету и позавтракал аппетитной и видимо очень дефицитной ( если судить по взглядам которые бросали в мою сторону соседи) вырезкой. Поезд мчался по направлению к Москве, из которой я уехал в Верхневолжск два года назад.

Когда мы подъехали к столице нашей родины я уже был совсем готов. Стоял в коридоре наготове со своей сумкой и дипломатом. Как только вагон начал тормозить я не теряя ни секунды времени двинулся к тамбуру.

Выйдя на заполненный людьми перрон я быстрым шагом пошел вперед. Через несколько минут я оказался у пригородных касс, где купил билет на электричку до Калинова, которая ожидалась через час с не большим.

Когда подошла электричка я вместе с толпой народа, скопившегося на платформе вошел во внутрь и сел возле окна.

Поезд несколько раз дернулся и покатил вперед.

Я лениво рассматривал уже знакомые пейзажи близкого Подмосковья. Все давно было знакомо мне. Мне часто приходилось ездить в Москву и тогда когда я учился в институте и ранее. Все эти остановки и их названия я знал почти наизусть. Народа в вагоне все прибывало и прибывало. Он постепенно занял все сидячие места, затем забил проход между сиденьями, в конце концов я не выдержал и уступил место какому то старичку и последние час до Калинова провел стоя в проходе и держась за ручку вкрученную в спинку сиденья. Наконец через три часа, электричка стала подъезжать к Калинову.

Поезд замедляя ход подъезжал к городу из которого я призывником уехал два года назад. Оттуда меня увез «покупатель» капитан ВВС. В общем то недалеко. Мои приятели и однокурсники попали значительно дальше. Можно сказать повезло. Казахстан или Дальний Восток были бы значительно дальше.

Протискиваясь через людей я вышел в тамбур и когда поезд окончательно затормозил, а двери вагона с шипением открылись, вышел из него, на перрон, и пошел к выходу с платформы. Настроение у меня было прекрасное, хотя я несколько и устал от довольно долгой дороги. Но это была дорога домой! Что может быть прекраснее этого! Как поется в песне «Это счастье путь домой!» В моем случае все это было радость вдвойне и втройне. Я не просто вернулся домой, я вернулся в свою молодость и получил подарок которого не ожидал вовсе!,Исполнилась моя мечта, Сашенька Мошкина жива! Пусть даже мы не встретимся больше с ней! Главное, что она жива!

Стояла чудесная, ясная, летняя погода Я почувствовал прилив буйной радости и не удержавшись подпрыгнул. Шедшая рядом обвешанная сумками бабушка не одобрительно покосилась на меня.

Я подумал о том, что выполнил задуманное и реальность ни как не отомстила мне. Не выбросила меня назад в виде иссохшей тушки, как в рассказе Спрэга Де Кампа и люди не превратились в ящеров ( как фильме по рассказу Брэдбери), и правила русской орфографии не изменились (насколько я мог судить), правда насчет главы государства я был не уверен, возможно за ночь он и сменился.

Насвистывая мелодию я вышел с перрона, прошел мимо здания вокзала и остановился на троллейбусной остановке, где и встал вместе с другими людьми, в ожидании транспорта.

Через полчаса я был уже на автовокзале, а через час сидел в «Лазе», который очень вскоре доставил меня в родной поселок Знаменский, районный центр Знаменского района Калиновской области, где я изволил проживать с самого дня своего рождения.

Выйдя из автобуса я оглянулся по сторонам. Никого незнакомого не приметил. Не приметил знакомых лиц пока шел до дома. Наконец я подошел к нему, открыл железную калитку и вошел во двор. Входная дверь была открыта. Я вошел в дом и никого не нашел там. Как видно родители были на огороде, положив вещи я пошел туда.

Родителей я застал за работой над грядками. Мать увидев меня охнула и раскинув руки подбежала ко мне. Отец улыбнулся и только произнес:

-Вернулся.

Все было как и тот в первый раз. Не изменилось ровно ничего. Только дом не показался мне каким то маленьким низким ( видимо после просторной казармы) каким он показался мне сорок лет назад, наверное потому, что я был в нем всего несколько дней назад.

Не изменилось потом и ничего далее. Я немного поговорил с родителями. Немного погулял по поселку, возле школы встретил одноклассника который увидев меня спросил:

-Совсем домой пришел?

Затем прогулялся до парка, где встретил прежнего приятеля, которого буквально завтра призывали в армию ( отметил правда, что сейчас я могу свободно говорить на разные темы, а не только на армейские, как было сорок лет назад) перекинулся парой слов с одноклассницей пришедшей на танцы и пошел домой.

Назавтра с утра тоже все было без изменений. Я встал рано (что делать привычка), пробежался, сделал гимнастику, позанимался на турнике стоявшем у меня в саду ( на этот раз я не стал забрасывать физические упражнения сразу после армии, как сделал это в своей первой жизни, сорок лет назад),позавтракал и собравшись поехал в Калинов, восстанавливаться в институте.

Зайдя на факультет, первым знакомым кого я увидел был все тот же Пашка Чернопятов, который разинув рот стоял у расписания.

Я не стал ничего менять и подойдя к нему сзади все так же ткнул его в бок ( не уверен, что в тот же).

-А? Откуда ты? - спросил он.

-Из армии,- таким же озорным голосом ответил ему я и пошел в деканат.

В деканате я так же быстро разобрался со всем, написал заявление о восстановление на учебе и выйдя из здания факультета во двор, задумался о том, а что же мне делать дальше?

Насколько я помнил последовательность событий в тот раз, то выйдя из института я последовал в гости к своему одному из троюродных братьев с которым у меня давно сложились дружные и теплые отношения. А жил он в одном из поселков, являющемся пригородом Калинова.

Подумав, подумав, я махнул рукой и решил не нарушать последовательность событий. Сев на нужный автобус я поехал в гости к брату. В конце концов я очень долго не видел его. Что тогда,что сейчас.

Назавтра вернувшись днем домой я пошел на работу к матери ( она работала, в школе, учительницей русского языка и литературы)

-Все нормально, подал заявление о восстановлении, - сказал я ей, войдя в класс в котором сидела мать, занимавшаяся привычным для себя делом- проверкой тетрадей.

-Хорошо. А тебе вчера весь вечер какая то Александра названивала, из Нижнекамска, - ответила мне мать, - Кто она такая?

-Так одна знакомая,- ответил ей я и задумался. С одной стороны мне конечно было приятно, что Саша помнит обо мне, а с другой стороны... Нет, во — первых, дал обещание Виктору Ильичу о том, что не буду «кружить голову» его дочери ( вполне возможно, что насчет ее будущего у него были совсем иные планы) а во — вторых, я здорово ошибся назвав ее там в овраге по имени, и Саша явно не поверила моим отговоркам и поэтому дальнейшее общение с ней было бы не очень желательно. Ну и в- третьих, как не нравилась мне она, в моей голове все же сидело сознание человека шестидесяти лет воспринимавшего ее скорее как внучку, нежели чем, как возможную любовницу, и я ничего ( пока во всяком случае ) поделать с этим. Я вообще ожидал теперь большие проблемы с прекрасным полом. Короче говоря, эти настойчивые звонки Саши Мошкиной были совсем не кстати.

Мать попыталась расспросить меня о ней, но я скроил очень не довольную физиономию и она посмотрев на нее, вздохнула и прекратила свои расспросы.

Вернувшись к себе домой, я прошел в свою комнату, взял свежий номер «Техники Молодежи» и завалился с ним на кровать. Увы, но интернета в этом времени еще не было и предстояло коротать свободное время за чтением книг и журналов, а так же за просмотром телевизора.