Сколько продолжалось умирание, если это было оно, сказать невозможно, но в какой-то момент сознание покинуло Буреву. К счастью.

Первое, что почувствовала девушка, очнувшись – насколько вокруг жарко, и уже потом услышала уверенный голос, зовущий ее:

– Яна, открывай глаза. Ну же, не делай вид, что все еще спишь.

А она спала?

– Сначала был обморок, перешедший в сон, правда, в короткий.

Распахнув глаза, Бурева увидела склонившегося над ней Кащея. Миг разглядывания и моргания сменился нахлынувшим потоком облегчения, в котором было так же легко потеряться, как и огненной стихии. Главным образом она почувствовала радость от того, что жива и не сгорела в Большом Костре. Все же хорошо, когда находишься в сказке, здесь возможны любые чудеса. Скорее всего, окажись она в схожей ситуации в родном мире – наверняка бы погибла, либо лежала в больнице в тяжелейшем состоянии с ожогами, которые остались бы с ней до конца дней. Подскочив на месте, она обхватила мужчину руками за шею и уткнулась туда же носом. Яна не плакала, но накатившие воспоминания о пережитом заставили ее испытать несколько неприятных мгновений. Поэтому она старательно сопела, прижимаясь к источнику надежности и безопасности, и успокаивалась.

Кащей поглаживал ее по спине и ворчал, но как-то по-доброму:

– Эх ты, госпожа грация, умудрилась споткнуться на ровном месте. И нет чтобы на снег падать, полетела туда, куда не следовало.

– Я не специально, – пробормотала она, голос получился глухим и немного надрывным.

– Еще бы специально! – рыкнули ей в ухо. – Кабы так, с неделю сидеть не смогла бы на заднице.

Яна пофыркала, ничуть не испугавшись. Страх перед Кащеем давно растворился в новых эмоциях.

– Закончила страдать, женщина? – поинтересовались у нее через некоторое время. – Нам еще нужно найти, где можно укрыться и передохнуть. Проклятье, в худшее место нас не могло забросить! Но лучше со мной, чем если бы ты была одна.

Среагировав на слова Бессмертного, Яна посмотрела мужчине в лицо. Он хоть и продолжал обнимать ее, а жесткий взгляд цепко осматривал территорию вокруг. Очень правильно, между прочим. Кто-то же из них двоих должен думать головой, а не эмоциями и соблюдать хладнокровие в экстремальных ситуациях. У Яны пока плохо получалось брать себя в руки, зато она не истерила, как некоторые девицы в книжках, что тоже было приятно. Тоже уделив внимание окружающей реальности, она почувствовала, как внутри все похолодело, несмотря на жару, похолодело до лютого холода. Подчиняясь Кащею, она встала на ноги, но вцепилась ему в руку похлеще любого клеща.

– Что случилось? Как мы здесь оказались и что это за место?

– Большой Костер – это не совсем пламя, сжечь может только в том случае, если захотят его хозяева. Основная его функция – телепортация, но хаотичная для любого чужака, шагнувшего в него. Поэтому пользоваться им могут только Месяцы и больше никто. Костер родился вместе с ними и исчезнет в тот же миг, когда не станет их, если подобное, конечно, случится. Когда ты упала в пламя, я успел тебя поймать за руку, поэтому нас не разделило.

– Мы далеко от Зимнего Леса? – Похоже влипли они не просто в неприятности, а в грандиозные проблемы.

– Нас забросило слишком далеко, поэтому придется идти к ближайшему телепорту. В противном случае добираться до дома будем несколько лет.

– Мы не можем возвращаться так долго!

– Конечно, не можем, да и не будем, – успокоил ее Кащей. – Главное выбраться из Пекельных Болот, а там будет проще. Можешь считать, что твое испытание Огнем началось.

– После будут Вода и Медные Трубы? – вяло пошутила Бурева.

– Однозначно, как и положено в сказке.

Большой Костер телепортировал Кащея и Яну на болота, одни из самых жутких, которые девушка могла только представить. В Яснобыльщине она по лесам не особо много ездила, если только с друзьями на шашлыки или на речку. Но болотами там, понятное дело, и не пахло. Парочка незваных гостей топей застыла на небольшом участке твердой земли, вокруг них булькала сплошная черная масса, неподвижная и слишком вязкая. В некоторых участках, которые напоминали странные миниатюрные гейзеры с вырывающимся вверх пламенем, можно было рассмотреть ленивое, чудовищное движение в вечном водовороте. Попадись в такую трясину и можно попрощаться с жизнью, и даже вытянуть не получится – не будет времени и возможности успеть сделать вообще хоть что-то. Короткие вспышки огней практически не освещали пространство, зато вокруг парили и светились странные зеленовато-желтые огни, напоминающие гигантских светлячков. Их было так много, что вполне спокойно можно было видеть в этом месте, несмотря на мрак. Деревья и кусты вокруг напоминали скрюченные, искривленные древесные скелеты, опутанные многослойными нитями паутины. Уж насколько Яна была равнодушна к паукам, но даже ей стало не по себе от подобного зрелища, а уж попади сюда какой-нибудь арахнофоб, вмиг бы отдал богу душу.

При этом вокруг было неестественно тихо, даже обычных лягушек не было слышно, не говоря уж про какие-то иные шорохи и звуки. Лишь глухое редкое бульканье огненных гейзеров тревожило болотистое кладбище. Почему-то именно подобная ассоциация пришла в голову Яны. Пока она осматривалась, Кащей снял с себя верхнюю одежду и жестами показал ей сделать то же самое. Оказалось, что сумку со своими вещами, которую она несла к костру, в портале Яна не потеряла: либо повезло, либо снова постарался ее спутник. Но в любом случае это значило, что совсем уж дикарями им путешествовать не придется. У обоих имелось все необходимое, чтобы совершить приличный марш-бросок через топи, не умереть от голоду и не ночевать непонятно как. Засовывая вещи в свой походный мешок, Яна предпочла бы остаться вообще в купальнике, но здравый смысл подсказывал полную глупость данного поступка. Поэтому на ней остались штаны и свитер, а теплые валенки она все-таки поменяла на более крепкие сапоги.

– Что мне нужно знать об этих болотах? – спросила Яна.

– То, что под ними находится территория Пекла, – буднично сообщил Кащей.

– Пекла… Ада, что ли? – не сразу дошло до нее.

– Да.

– Подожди! Настоящий ад находится у нас под ногами?! Вий! Это с хозяином мы виделись в Дремучем Лесу тогда?

– Все верно; черти, грешники и все прочее живет там своей жизнью. Пекло настолько же реально, как и сама Небывальщина, имеет свои законы. Ниян, скорее всего, уже в курсе нашего прибытия. Возможно, мы еще с ним пересечемся.

Кошмар! Во всех сказках Огонь представлялся самым простым испытанием из трех возможных, и если уже сейчас ее забросило в преисподнюю, то какими же чудовищными станут Медные Трубы?!

– Это плохо или хорошо, если мы с ним встретимся?

– Смотря в каком настроении он будет.

Лишняя одежда была снята и убрана в походные сумки, сами сумки были перекинуты через грудь, чтобы не соскальзывали и не потерялись при непредвиденных обстоятельствах. Кроме этого, Кащей повязал себе и Яне на головы косынки, так лихо повязал, по-бандитски, что девушка не удержалась от смешка и окончательно избавилась от уныния. Да, первоначальный план путешествия в кругу защитников провалился, но зато и теперь она не оказалась одна. Бессмертный не бросит ее в беде, не таким он казался сказочником. Не только потому, что между ними что-то происходило. Яна догадывалась, что он желал отомстить за смерть и исчезновение Бабы Яги. Он никогда не скажет и не покажет, но уничтожение любимой женщины наверняка сильно ударило по величайшему колдуну Небывальщины. Порой Яна ловила на себе его внимательные, какие-то сосредоточенные взгляды и могла только догадываться, что он думал в эти мгновения. Сравнивал их или, наоборот, не желал видеть одну в другой? Как же все было сложно!

Кащей приблизился к бережку и присел на корточки перед тинистой водой, если вязкую субстанцию можно было так назвать. Яна сделала шаг в сторону, желая видеть, чем он собирался заниматься. Кащей прикоснулся кончиками пальцев к болотистой жидкости и пошевелил ими, а когда вытащил руку – пальцы оказались испачканы чем-то темно-зеленым, почти черным. Как если бы он сунул их в густую краску. Несколько секунд пришлось подождать, а потом вода вспучилась в трех местах у берега, и девушка увидела три высунувшиеся на поверхность головы. Макушки принадлежали особям женского пола – это можно было определить достаточно легко, и Яна даже предположила, кто предстал перед ней. Кикиморы, наверное. Или все-таки русалки? Нет, вряд ли. У русалок точно не должны были расти на головах поганки и небольшие мухоморы, а сучкообразные носы напоминали нос Буратино, только кем-то свернутый на бок. Но какие же у них были глаза! Точно болотистые омуты, без белков и радужек, способные увлечь в безвозвратную пучину на веки вечные.