Но неестественный хруст рядом с ней заставил замереть. Стало тревожно, по спине побежали мурашки, как бывало возможным за миг до чего-то страшного. Щурящимися в темноте глазами она пыталась рассмотреть источник звука и молилась, чтобы это был кто-то очень-очень безобидный, а еще лучше, чтобы ей этот звук только почудился. К сожалению, слуховыми галлюцинациями она не страдала, потому что звук повторился вновь и гораздо отчетливее, чем раньше. Мало того, слишком близко, неестественно близко от нее, словно кто-то находился всего на расстоянии вытянутой руки от путешественницы. И когда она в очередной раз поворачивала голову из стороны в сторону, то заметила смотрящее прямо из стены на нее лицо. Каменная безгубая маска с двумя щелями вместо носа и выпуклыми слепыми глазами. Как завороженная Света несколько мгновений смотрела на лицо непонятно кого, и чистая удача заставила ее инстинктивно отшатнуться в сторону, когда из стены выскользнула тонкая рука и попыталась схватить. А дальше Света больше не думала, вскочила на ноги и побежала.

Не врали, говоря, что в экстремальных ситуациях человек способен открыть в себе второе дыхание и совершить невозможное. Света забыла и о боли в теле, и об усталости, и о том, что может упасть в пропасть – вообще обо всем. Только бежала вперед, чувствуя, как каменное чудовище преследует ее, издавая неприятные стукающиеся звуки. Слишком близко. Но оборачиваться было еще страшнее. Бег длился недолго. В какой-то момент она заметила недалеко вход в пещеру, туда и рванула в надежде на спасение. Правда, не успела осознать, что вполне могла таким образом загнать себя в ловушку или, что в этой пещере мог уже иметься квартирант. Как не сразу сознание сфокусировалось на том, что внутри пещеры было слишком светло и тепло. Только когда девушка споткнулась, растянувшись на груде золота, осознала, что что-то не так. Очень медленно она подняла голову, щурясь от бликов драгоценных камней и золотых гор вокруг – мечты Дональда Дака. Взгляд медленно скользил по широкому пространству, пока не замер на громадной чешуйчатой лапе, рядом с которой Света растянулась и которую сначала приняла за странную стену.

Разглядев обладателя конечности, Света едва не завизжала, но в горле стало суше, чем в пустыне Сахара. Исполинский трехглавый дракон, покрытый переливающейся обсидиановой чешуей, смотрел на нее тремя парами темно-желтых глаз. Мощное тело возлежало на грудах золота так, словно владело всем миром.

Несколько мгновений Света ошарашенно разглядывала самое настоящее сказочное чудовище. Без единой мысли в голове.

– З-з-змей Г-г-горыныч? – выдавила она. Сказка так сказка, че уж.

– Угадала, мелочь, возьми конфетку в качестве поощрения, – все три головы посмотрели на нее, но ответила только одна. Голос оказался рокочущим, громким, но довольно приятным на слух.

Хохмач, блин!

Наверное, именно шоковое состояние заставило Коржикову задать следующий вопрос:

– Принцесс с девственницами похищаешь?

– В юности бывало, – в его голосе появилась заинтересованность.

– Отлично! Я хоть и не принцесса, но девственница. Похить меня, а? Будь другом! Вспомни молодость! – вырвалось у Светы.

– Ты ненормальная? – Судя по выражению трех пар драконьих глаз она поразила огнедышащего, чешуйчатого великана в самое сердце.

– Нет, но уж лучше Горыныч, чем толпа голодных трупов, мечтающих о моих почках и мозгах. – Света понятия не имела, кто за ней гнался, но в голове возникла стойкая ассоциация с зомби.

– А если я тоже голодный и злой? – поинтересовался тот, как-то слишком насмешливо сверкая глазами.

Ответить на провокационный вопрос не получилось, потому что в этот момент позади послышался характерный каменный стрекот. Правда, теперь он вышел каким-то осторожным и робким. Тут же девушка сообразила, что теоретически каменный монстр должен был уже давно догнать ее, но почему-то не догнал. Еще зачем-то ждал несколько минут, чтобы войти внутрь пещеры. Света обернулась и расширившимися от удивления глазами наблюдала, как практически на карачках, очень осторожно внутрь вполз ее страшный преследователь. Приседая, нервно дергаясь и издавая какие-то жалобные противные звуки, он что-то заверещал на непонятном языке, тыкая в нее слишком длинным пальцем.

Две головы Горыныча продолжали слушать существо, а третья опустилась вниз, поближе к все еще распластанной на животе девушке. Удивительно, но зловонного дыхания из пасти она не чувствовала, как обычно описывалось в сказках. Змей Горыныч чистит зубы? Света поморщилась, отмахнувшись от глупых мыслей, пришедших в голову в такой неподходящий момент. В каком же она шоке, раз ее интересуют подобные глупости, а не, скажем, жуткие клыки, внушительно виднеющиеся в пасти?

– Так ты побеспокоила скальника… Нашла с кем связываться, – фыркнули, обдав теплым дымным облачком. Но оно странно согрело, вместо того, чтобы навредить.

– Кого?

– Скальник – мелкий горный дух, раздражительный, обидчивый и вредный. Зачем помешала ему отдыхать?

– Не мешала, я сама хотела отдохнуть.

– В такую погоду? – скептически поинтересовались у нее и глянули в сторону выхода: даже отсюда было слышно, как выла там начавшаяся метель.

– А у меня был выбор? Я в горах впервые в жизни оказалась! – огрызнулась Света. Хотела, чтобы прозвучало язвительно, но вышло как-то плаксиво, на глаза навернулись непрошеные слезы.

– Не реви, не тронет он тебя. Не дам, мне девственницы сами себя еще не предлагали, – пошутил Горыныч.

В подтверждение словам Змея каменный монстр через секунду исчез из пещеры. Выглядело это так, словно обидели маленького ребенка, отказавшись купить игрушку.

– Рада, что смогла тебя осчастливить. Спасибо, – всхлипнула девушка, с усилием меняя позу из лежачей в сидячую. – Что хотел от меня скальник? Требовал извинений?

На самом деле ей было все равно, но любопытство грызло. Кто поймет женщин?

– Просил разрешения сбросить тебя со скалы, – ответили ей, а увидев ошарашенные, вмиг высохшие глаза, добили: – Или замуровать в скалах. Ему было непринципиально.

Света силилась что-то сказать, но не выходило. Пришлось срочно брать себя в руки, чтобы справиться с подступающей истерикой.

На некоторое время пещера погрузилась в тишину. Трехглавая гигантская рептилия продолжала лениво валяться на золотом лежбище, щурясь и ничуть не беспокоясь о появлении внезапной соседки. Он словно давал ей время справиться с эмоциями. Вскоре у нее получилось это сделать, правда продолжающие трястись руки она сцепила в замок, чтобы выглядело не так заметно.

– Скажите, пожалуйста, – наконец заговорила она, – где я нахожусь?

– В Небывальщине, – легко ответил Горыныч.

– Где?

Тот принюхался, во взгляде появилась заинтересованность.

– У тебя очень интересный запах, мелочь. Сразу не признал…

Света невольно шарахнулась в сторону.

– Вы ведь не собираетесь меня…

– Съесть? Нет, не собираюсь. Вкус человечины слишком преувеличен извращенцами, поверь, ваше безвкусное мясо меня не прельщает уже очень давно. Что же до твоего вопроса, то находишься ты в Небывальщине. Проще говоря, это параллельный мир, населенный сказочными созданиями, коими нас считают люди. Ты ведь из мира людей пришла?

– Я не знаю. – Света стащила с головы шапку – в какой-то момент ей стало жарко, – и растерянно взлохматила и без того запутанные сальные волосы. – Я очнулась недавно в какой-то странной хрустальной пещере, полной трупов, а до этого ехала домой в машине. Что случилось потом, тоже не помню, и ничего, совершенно ничего не понимаю. – Она коротко обрисовала, как оказалась сначала в лесу, а потом в горах. – Почему вы сказали про мой запах? С ним что-то не так?

– Да пахнешь ты одной очень колоритной личностью, которой давно в живых нет, – ответил дракон. – Запах застарелый, пропитавший тебя, словно ты с ней долгие годы жила бок о бок. Правда слухи начали ходить, что она вернулась в Небывальщину, но слухи – всего лишь ничем не подкрепленные слова. Мне же не настолько любопытно, чтобы тратить время на выяснения, правдивы они или ложны, своих дел хватает.