— Ну, что Гриша, как тебе наши кандидаты? — Поинтересовался у Быкова Корнеев, когда офицеры его группы вышли и они остались в комнате одни.

— Пока вроде нормально, с гирями справились, но по остальному ходу поглядим, — пожал плечами Быков — Сам знаешь, как тут у нас человек проверяется.

— Эти парни прошли уже столько проверок, что я в каждом из них как в себе уверен — усмехнулся Коренеев.

— Так то ты, Родион. Ты сними уже знаком и видел, как они себя ведут в разных ситуациях. — Покачал головой Быков — А мне, если с ними в бой идти, самому в них уверенным надо быть.

— Тут не только в бой, тут у нас задумка посерьезней есть. Пока извини, не могу раскрыть тебе суть операции, но в ней и мои парни и твои, очень нужны будут. Мне нужно моих ребят у тебя пару месяцев обкатать, по горам поводить, и на ту сторону сходить с ними нужно будет, чтобы они здесь себя чувствовали как у себя дома.

— Заинтриговал Родион. Заинтриговал, — покачал головой Быков — Вы там у себя наверху большие планы строите, а у нас, на месте все проще, приземленнее, так сказать. Два месяца срок небольшой, чтобы твои парни втянулись в работу. Тут, минимум, полгода нужно.

— Нет у нас полугода. Весной уже надо начинать операцию. Они у меня способные. Опытные офицеры, службу знают, да и готовили их на совесть.

— А пацан этот, Отморозок. Он тоже опытный офицер? — Недоверчиво прищурился командир отряда.

— С ним сложнее. Его с самого верха к нам поставили, и знаешь, пока он ни в чем остальным не уступает, а в чем-то даже и превосходит. Я сам поначалу к нему отнесся настороженно, но посмотрел на него в деле и понял, парень очень сильный и надежный.

— Ну, посмотрим, — с сомнением почесал небритый подбородок Быков — Ты мои методы знаешь. Миндальничать я ни с кем не стану.

— Так и не нужно. — Соглашаясь, кивнул Корнеев — Твой отряд, твои методы. Я не вмешиваюсь, и вообще собираюсь оставить парней целиком на тебя и вернуться в Союз.

— Даже так? — Удивился Быков.

— Да, есть еще дела, — кивнул Корнеев, — Собираюсь со следующим конвоем обратно. Вернусь уже вместе с высоким начальством через пару месяцев.

— Ох не люблю я высокое начальство, потому и в эти места забрался, что оно сюда не добирается.— вздохнул Быков.

— Ничего не поделаешь, — развел руками Корнеев.— Дело государственной важности.

Мы уже неделю находимся на острове. Корнеев три дня назад уехал обратно, пообещав вернуться не раньше чем через пару месяцев. Теперь группа в полном подчинении у командира отряда Быкова. Для проживания нам выделена отдельная палатка с буржуйкой, в которой мы проводим только часы сна. Все остальное время, так же как и на базе в Чирчике, посвящено учебе и занятиям. Ни в засады, ни в рейды пока не выходим. Еще не прошел процесс адаптации, и нам с острова хода нет. Но и без выходов в рейды тут никому не дают соскучиться. Группа с ходу влилась в учебный процесс, который проводит лично Быков, а это, по интенсивности, не идет ни какое сравнение с тем, что было у нас до сих пор. Здесь сейчас просто горный ад.

— Хороший разведчик как волк, он должен уметь отмотать по горам с полной боевой загрузкой 20 километров за ночь, а на следующий день быть способным сделать еще столько же. И это никакой не подвиг, а наша нормальная работа. — Говорит Быков, прохаживаясь мимо строя спецназовцев стоящих в полной экипировке и с добавочным мешком песка на плечах. — За вас никто боеприпасы в горы не потащит. Сколько взял с собой, столько у тебя и будет. А там наверху, если «духи» зажмут, то каждый патрон и каждая граната на вес золота будет. Всем понятно?

— Так точно, товарищ майор, — дружно горланим, преданно смотря на командира.

— А раз понятно, нале-во! На горный полигон бегом марш! — командует Быков.

Строй поворачивается налево, и мы неспешной трусцой бежим на специальный полигон для отработки передвижения в горах оборудованный здесь же на острове. Сейчас общий дополнительный вес у каждого из нас около 50 килограммов. И бежим мы не по ровной грунтовке, а по специально оборудованной тропе, с подъемами и спусками, на которой, в разной последовательности, разбросаны большие и малые валуны и бревна. Тут нужно глядеть в оба, чтобы не налететь на камень или не запнуться о бревно, а то так не долго и ногу сломать.

Гуп-гуп-гуп-гуп, ботинки мерно бьют в скалистый пыльный грунт. Тяжелый мешок давит плечи вниз, струйки пота стекают по лбу и затекают в глаза, а смахнуть их не получится, иначе можно потерять этот чертов мешок, и тогда мне точно конец. Ноги сейчас несут общий вес примерно в 130 килограмм, и чувствую себя никаким не спецназовцем, а навьюченным до отказа горным ишаком. Да каким там ишаком, даже к скотине хозяева относятся лучше, чем сейчас Быков относится к нам. Ишаков вовремя кормят, им дают отдохнуть и в них никто не швыряет камнями. А мы часто едим сухпай прямо на ходу, спим урывками, и в любой момент тебе может прилететь в спину камень, если командиру покажется, что ты пытаешься схалявить. Если бы не броник и не амуниция, навьюченная на каждом из нас, таким камнем можно было бы и ребро сломать. Но и так хорошего мало. Зато никто не сачкует.

— Тише, что вы топочете как стадо слонов! — Слышится злой окрик майора. — Вас же слышно за несколько километров. Не надо стараться идти очень быстро. Надо идти тихо и мягко, чтобы свалиться на «духов» как снег на голову.

Мы послушно стараемся не топать, а двигаться более плавно и мягко не производя шума. Попробуйте-ка это сделать с таким то добавочным весом. Темп передвижения падает, зато и такого топота уже нет. Мне даже кажется, что я двигаюсь бешумно как тень, но Быков все равно недоволен и напоминает.

— Шумно! Еще тише. Стопу ставим мягче. Скользим с носочка. Идем тихо, как ползем, и даже бежим, как ползем, никаких посторонних звуков. Постоянно слушаем обстановку, смотрим на все 360 градусов и двигаемся, двигаемся.

Дневные и ночные передвижения по «горной тропе», чередуются с работой на стрельбище и минно-взрывной подготовкой. Стреляем очень много, даже больше чем на базе в Азадбаше. Учимся стрелять навскидку без подготовки во внезапно возникающую мишень. Много работаем по ночам, обучаясь стрелять на вспышку, на звук, двигаясь в лабиринте по специально оборудованному полигону, для корректировки стрельбы используем трассеры. Во время передвижения по каменному лабиринту, над головой свистят пули, и хоть ты знаешь, что угол пулемета настроен так чтобы они пролетали поверх, но все равно это очень бодрит. Особое внимание уделяем стрельбе из автоматического гранатомета «АГС-17 — Пламя» и пулеметов ПКМ и «Утес», каждый спецназовец должен овладеть этим оружием в совершенстве.

Налететь внезапно, ошеломить и подавить противника плотностью огня — это основа тактики Быкова. Поэтому в рейды обязательно берутся тяжелые пулеметы, автоматические гранатометы, РПГ, «Мухи» и ПТУР «Конкурс». Все это нужно тянуть на себе по горам и мгновенно разворачивать для стрельбы. Именно поэтому, особое внимание при подготовке уделяется силовой выносливости. Спецназовец в горах — это прежде всего вьючное животное, а уже потом все остальное.

Есть еще один момент, который не обойти — это психологическая подготовка. Строй спецназовцев стоит на стрельбище. В руках у Быкова граната «РГД-5», он медленно прохаживается вдоль строя, подбрасывая гранату в руке. Потом, выдергивает кольцо и бросает ее метров на тридцать. Мы пытаемся было кинуться на землю.

— Стоять! — Бешено орет майор, выпучив глаза. — Головы наклонить, пах прикрыть!

Как будто получив удар током, замираем на месте, боясь сейчас своего командира больше чем гранаты, которая вот-вот рванет. Раздается взрыв, а мы все так же стоим, наклонив головы, так чтобы возможные осколки увязли в головных уборах, и прикрыв пах сумкой с противогазом.

— Запомните, убойная сила осколков гранаты не превышает семи — десяти метров, хотя лететь они могут до двухсот, но дальше пятнадцати метров осколки остановит даже шинель. На том расстоянии, на которое, я бросил гранату, она для вас совершенно безопасна. — Внушительно глядя на строй, говорит командир. — Сейчас каждый из вас по очереди бросит гранату на пятьдесят метров и сразу же пойдет в атаку. Задача, в момент взрыва оказаться на расстоянии около двадцати метров от места падения гранаты прикрыв тело и голову. Такая тактика позволит максимально сблизиться с противником, чтобы зачистить тех, кто остался в живых.