Такие связи настолько тесно переплетаются с тонкоматериальными каналами, по которым циркулирует жизненная энергия, что точную грань провести между ними практически невозможно. Именно через нее происходит переход к системе циркуляции жизненной энергии, которая пронизывает все наше тело и мозг. Можно сказать, что и мотивация, и жизненная энергия на самом деле — различные проявления одного и того же фактора. Соответствие между ними легко понять, используя электрические аналогии в описании мотивации (энергетическая модель мотивации). Тогда силе желания соответствует потенциал (напряжение), а запасу жизненных сил — заряд (рис. 3).

Рис. 3. Гидравлическая аналогия, иллюстрирующая свойства мотивации и ее связь с жизненной энергией (праной)

Итак, как говорилось ранее, в доминировании тех или иных поведенческих стереотипов центральную роль играют сила мотивации и тесно связанная с ней концентрация жизненной энергии (праны). Каким же образом мотивация формируется и концентрируется в той или иной поведенческой программе?

Обычно источник желания мотивации связывают с необходимостью достижения определенного результата. Ну, например, чтобы удовлетворить жажду, надо найти и выпить воду. Понятно, что подобного рода желаний, как первичных, так и вторичных, направленных на обеспечение условий для реализации первичных, может быть великое множество. Например, чтобы удовлетворить чувство голода, надо купить пищу, но для этого нужны деньги. Возникает вторичное желание — достать деньги. Для этого надо найти и выполнить работу. Возникает третичное желание и т. д.

Более того, каждое из опосредованных (вторичных, третичных и т. д.) желаний может приобрести независимость и стать самодостаточным. Скажем, то же самое опосредованное желание достать деньги может превратиться в самоцель, т. е. просто накопление денег, а не приобретение товаров на них, начинает доставлять удовольствие — возникает алчность.

Однако, несмотря на огромное множество таких первичных, вторичных и т. д. источников желания, сам процесс возникновения неудовлетворенности и ее разрешения имеет достаточно универсальный характер, независимо от конкретной природы желания.

С этой точки зрения можно рассматривать внешние мотивы поведения, связанные с достижением определенных результатов, и внутренние, связанные со снятием неудовлетворенности вообще, независимо от ее источника. Скажем, чувство голода можно удовлетворить с помощью пищи, а можно снять, проделав определенные дыхательные упражнения, или цигун, т. е. работа с внутренними мотивами направлена на первичный источник желания, а не на его конкретные проявления в поведении. Именно в этом направлении работает большинство эзотерических практик Востока.

Однако и взаимная обусловленность желаний, проявляемая во внешних мотивах поведения, также очень важна. Особое внимание уделяется ей в буддийской традиции, где рассматриваются корневые пагубные желания и их многочисленные следствия, приводящие к бесконечным кармическим перевоплощениям.

Поэтому мы рассмотрим и тот, и другой вопрос, однако сначала остановимся на концепции внешних мотивов. В ее основе лежит предположение о жесткой взаимообусловленности элементов поведения. Позже мы увидим, что такая взаимобусловленность существует далеко не всегда, однако на время забудем об этом и рассмотрим, какие следствия возникают из этого предположения. В буддизме на этой основе построена очень цельная картина кармических перевоплощений, наиболее наглядно выраженных в колесе сансары (Бхавачакры).

На фото (см. рис. 4 на второй стороне обложки) показано одно из тибетских изображений Бхавачакры. В нем мир богов и асуров (рай) объединены вместе, поэтому вы видите 5 миров (названия миров, соответствующие данной мандале, даны на рис. 5).

Рис. 4. Традиционное тибетское изображение колеса сансары (Бхавачакры)

_{На фото показано одно из тибетских изображений Бхавачакры. В нем мир богов (рай) и мир асуров объединены вместе, поэтому вы видите 5 миров (названия миров, соответствующих данной мандале, даны на рисунке справа). В центре показаны 3 основные причины (хету) кармических перерождений, изображенные в виде 3-х животных. Вокруг центра виден туннель, показывающий пути души после смерти. В зависимости от кармы душа поднимается вверх в мир богов и асуров (рай) или спускается вниз в один из 3-х миров (животные, ад, прета).}

Рис. 5. Расположение 5 миров в Бхавачакре

В центре показаны 3 основные причины (хету) кармических перерождений, изображенные в виде 3 животных. Вокруг центра виден туннель, показывающий пути души после смерти. В зависимости от кармы душа поднимается вверх в мир богов и асуров (рай) или спускается вниз в один из 3 миров (животные, ад, прета).

По представлениям буддистов, причины страданий и повторных кармических перевоплощений связаны с пагубными страстями — стереотипами поведения и восприятия мира, затемняющими, искажающими истинное видение мира и вовлекающими живые существа в бесконечную погоню за удовольствиями. Такое омраченное неведением существование подобно наркотическому кайфу, дающему краткий миг наслаждения и держащему наркомана в постоянном напряжении из-за страха и необходимости доставания все новых и новых доз наркотика. А результатом такой наркотической гонки является прогрессирующая духовная деградация, усиление животного начала, разрушение организма и смерть.

Буддийская традиция выделяет три основных мотива, или коренные причины (хету), приводящие к непросветленному существованию. Это — алчность, страстное желание, привязанность, символизируемые красным петухом. Ненависть, зависть, отвращение — символ которых зеленая змея. И невежество, темнота, иллюзорность ego (лат.), порождающие слепую погоню за выживанием, стремление к все новым и новым воплощениям. Этот мотив символизируется черной свиньей.

Важно понять, что три коренные причины являются архетипическими мотивами, т. е. образами многомерной реальности, невыразимыми однозначно в виде четких определений в нашем трехмерном мире. Поэтому для их передачи используется множество синонимов и аналогий, различных символов и историй. Но при этом надо помнить, что каждое из таких описаний — всего лишь одна из проекций многомерного объекта в нашу реальность, никогда не исчерпывающая полностью его содержания. Это все равно что попытка передать вид сложного здания с помощью плоских фотоснимков. Надо сфотографировать его с разных сторон, каждую комнату изнутри, и все равно толстая пачка фотографий никогда не заменит непосредственного впечатления от путешествия по дому, изучения его через свой чувственный опыт. Аналогично и архетипический образ, объект можно более-менее полно ощутить лишь в измененных состояниях сознания через собственный внутренний опыт.

Еще одним важным свойством архетипов является отсутствие между ними четкой границы, они скорее похожи на волны, плавно перетекающие одна в другую. Именно поэтому трех животных, кусающих друг друга за хвосты и символизирующих коренные причины, изображают в виде круга.

Понятно, что все это делает весьма сложным передачу архетипических образов средствами обычного языка и рождает множество логических противоречий. Именно поэтому европейские ученые долго не могли понять, а большинство не понимает и сейчас фундаментальные образы эзотерических религий, которые всегда имеют архетипическую природу. Это не только буддизм: вспомним также понятие троичности из христианской традиции.

В тибетском буддизме более полное раскрытие смысла архетипических образов трех коренных причин происходит через описание 5 ядов, т. е. пяти порождаемых ими стереотипов поведения, мотиваций, их развертывания в шести мирах сансары и в описании 12 фаз процесса кармических перевоплощений.