Женщина резко замолчала. И Мила, тщательно отслеживавшая каждое ее слово, поторопила:

– Только – что?

Но Зинаида спрятала лицо в ладонях и всхлипнула. Плечи женщины затряслись.

Мила растерялась. И не нашла ничего лучше, чем дать Зинаиде выплакаться. К счастью, истерика длилась не больше пары минут. Успокоившись, женщина вытащила из кармана халата платок, вытерла лицо и высморкалась.

– Извините.

– Ничего. Так что вы хотели мне сказать? – напомнила Ардо.

Зинаида оглянулась на дверной проем, удостоверилась, что их никто не слушает и, подавшись вперед, прошептала:

– Только это не моя дочь, – и для убедительности помотала головой.

Признание прозвучало как гром среди ясного неба. Миле даже показалось, что она ослышалась.

Тоже подавшись вперед, Ардо также шепотом спросила:

– С чего вы взяли?

– Вы мать? – задала вопрос Зинаида. Ардо качнула головой. – А я мать, и мое материнское сердце подсказывает, что это не моя дочь. – Зинаида снова полезла в карман халата и достала оттуда свой телефон. Что-то понажимала в нем, а затем протянула Ардо: – Вот, послушайте.

Мила взяла телефон и нажала на воспроизведение.

Сначала отчетливо слышались шаги, затем тяжелое дыхание, а после – быстрый шепот. Будто кто-то очень тихо читает скороговорку на иностранном языке. Звучало зловеще и вызывало мурашки по коже.

– Что это? – спросила Мила, отодвигая от себя телефон, когда аудиозапись закончилась. И вспомнила, что Георгий Иванович говорил про какой-то шепот.

– Я не знаю, что это. Но оно меня до ужаса пугает, – Зинаида прикрыла на мгновение глаза и судорожно сглотнула. – В тот вечер, когда Свету привезли из больницы домой, я долго не могла уснуть. Но все же задремала. А разбудил меня страх. Я проснулась резко, вся в поту, сердце стучало как бешеное, руки и ноги дрожали. Еле с кровати поднялась. С трудом до окна дошла, чтобы открыть его, вдохнуть свежего воздуха. Отдышавшись, пошла на кухню попить воды. И до утра так и не сомкнула глаз. – Женщина обняла себя за плечи. Мила различила в ее взгляде панику. – Это повторялось несколько раз: я просыпалась от страха, шла на кухню. А в одну из таких ночей, проходя мимо комнаты дочери, я услышала шепот. Сперва подумала, что почудилось, но когда возвращалась с кухни, шепот повторился. Я решила: наверное, Света не спит, что-то читает вслух. Открыла дверь, зашла. Дочь спала, а шепот исчез. Первый раз я списала все на недосып из-за кошмаров. Но все повторилось на следующую ночь и на следующую. Я рассказала Гоше, но он отмахнулся: мол, я из-за возвращения дочери на нервах, вот и начались галлюцинации. Сказал – со временем пройдет, – Зинаида наклонилась к Миле и призналась: – Но это не проходит. Я спрашивала у Светы, не слышит ли она в своей комнате странные звуки. – Зинаида рвано выдохнула. – А она тогда на меня так посмотрела… Вы видели ее глаза? Они же как… как…

– Стеклянные, – тихо произнесла Мила.

– Да. – По щекам Зинаиды снова заструились слезы, но она быстро их смахнула. – Мне страшно. Очень страшно. Днем еще ничего, но ночью… – женщина тряхнула головой, словно не соглашаясь с доводами разума. – Я к двери своей спальни щеколду прикрутила. Теперь на ночь запираюсь и вдобавок на всякий случай ручку стулом блокирую. Но этот шепот… Он проходит сквозь стены.

От этого рассказа Ардо и самой стало не по себе. Она не представляла, как успокоить Зинаиду. Пообещать, что все наладится? Но какие гарантии? Даже Громов не знал, с чем они столкнулись, а тот был мастером в сверхъестественном.

– Зинаида, вы можете мне переслать эту аудиозапись?

– Да, конечно.

Мила продиктовала свой номер телефона, и женщина прислала аудиозапись в мессенджер.

– А что за больница, в которой лежала ваша дочь?

– Какая-то частная, – отстраненно пожала плечами Зинаида.

– Частная? – удивилась Мила. – А кто порекомендовал туда обратиться? И зачем?

– Света же все эти годы числилась в пропавших. И когда она вернулась, в этот же день приехал следователь и посоветовал мне проверить здоровье дочери. Вдруг это аномалия, а мы в детстве у Светы не заметили. Он сказал, что у него есть знакомый в хорошей клинике, позвонил в тот же вечер главврачу, а буквально через час приехала бригада скорой помощи и забрала Свету. Я на следующий день понесла в больницу вещи для Светы, но меня не пустили. Я ни разу не видела дочь, пока она там лежала. Приходила, забирала грязные вещи, передавала чистую одежду и продукты охраннику и уходила. А через две недели мне сообщили, что с дочерью все в порядке и я могу забрать ее домой.

Мила нахмурилась.

– У вас остались контакты лечащего врача и адрес больницы?

– Только адрес, – покачала головой Зинаида. – Я не знаю лечащего врача. Из персонала я видела лишь медсестру. Она выходила ко мне, когда я пришла в первый раз.

– Но вы разговаривали по телефону с врачом?

– Ну да, – как-то нерешительно ответила женщина. – Он звонил со скрытого номера, представился лечащим врачом Светы, просил не волноваться.

– И у вас не возникло вопросов, почему такая конспирация?

– Мила Васильевна, поверьте, я в тот момент была в таком состоянии, что в моей голове не возникало ни одного вопроса или подозрения. Тем более следователь уверил, что это хорошая больница и они помогут.

– Кстати, о следователе. А его контакты у вас есть?

– Это пожалуйста.

– Спасибо. И еще вопрос: когда пропала ваша дочь? В какое время года?

Зинаида посмотрела на Ардо как на полоумную. Озадаченно моргнула.

– Зимой. Двадцать девятого декабря.

– И вернулась она в то же число? Двадцать девятого декабря? – уточнила Ардо. Подумав, Зинаида кивнула. – И одежда на ней была та же? Ничего не пропало и не прибавилось?

После очередной заминки женщина опять кивнула.

– Интересно. – Мила побарабанила пальцами по столу.

Послышались шаги, и в кухню вошел Георгий Иванович. В руках мужчина держал кружку из-под какао и тарелку из-под печенья.

Тут Мила вспомнила о Давиде.

– Вы не знаете, где мой напарник? – спросила она у участкового.

– Ушел. Сказал, что вы здесь и сами справитесь, а ему нужно куда-то срочно отлучиться, – сообщил Георгий Иванович.

– Интересно, – снова пробормотала Мила, вставая со стула. Ей требовалось побыть одной и хорошенько обдумать то, что она сегодня узнала. – Зинаида, если почувствуете какую-то опасность или что-то случится, даже если это покажется совсем неважным, звоните мне. Номер у вас сохранился. Думаю, мы с Давидом несколько дней еще пробудем в городе.

– Спасибо, – женщина благодарно улыбнулась.

– Георгий Иванович, не подбросите меня до отеля? – вопросительно посмотрела на участкового Ардо.

– Конечно-конечно, – закивал мужчина.

Перед тем как уйти, Мила заглянула к Свете и попрощалась с девочкой. Та сидела на кровати и читала книгу. На Ардо она лишь бросила взгляд и вернулась к чтению.

Прежде чем войти в свой номер, Мила постучалась к Давиду, но ей никто не открыл. Тогда она ему позвонила. После десяти гудков включился металлический голос робота: «Абонент находится вне зоны действия сети».

Ардо нажала на отбой и вошла в свой номер. Сняла верхнюю одежду, кашемировые перчатки и села на кровать. По телу разливалась усталость, но Миле еще предстояло поработать. Поэтому, посидев немного и послушав тишину, она достала из сумки ноутбук.

Пока система загружалась, Ардо набрала номер Мареева. Федор ответил сразу же. Голос бывшего мужа звучал громко и бодро. На заднем плане слышалась музыка.

– Привет работникам дальнего фронта!

– Привет. Как дела? Ты где?

– Еду на вызов. А как вы добрались? Без приключений?

– Все хорошо. Вот только в номер зашла, – Мила устало вздохнула. – Общалась с девочкой и ее мамой.

– И как?

Мила снова вздохнула. Заметив, что ноутбук загрузился, открыла браузер.

– Да пока ничего не понятно. Но абсолютно точно в этой истории что-то нечисто.