– Болваны! – злобно завопила Лионелла. – Идиоты! Вы не только пропустили во дворец лазутчицу, но еще и дали ей уйти!

Она снова вскинула черный посох и окатила стражников целым фонтаном желтых и красных молний. Стражники рухнули на пол и задергались в конвульсиях, но миледи Лионелла равнодушно прошла мимо них, даже не оглянувшись. Она приблизилась к двери архива и пинком распахнула ее.

Архивариус Доминик сжался за столом, помертвев от страха.

– Мерзкий старикашка! – воскликнула Лионелла. – Она приходила к тебе?

Доминик поспешно выскочил из-за стола и бухнулся на колени перед Лионеллой, ударившись лбом о каменный пол.

– О да, дражайшая миледи! – заикаясь, забормотал он. – Она ворвалась ко мне в архив и напугала меня до чертиков! Угрожала мне пытками и расправой, если я не дам ответы на ее вопросы. Я уже почти шел в ваши покои, чтобы сообщить об этом!

– Но так и не дошел? – Миледи Лионелла толкнула его посохом, и архивариус свалился на спину. – Наверняка ты с ней в сговоре!

– Нет! Я верен императору! Я уже хотел выйти из архива, как вдруг началась ваша грандиозная дуэль! – закричал Доминик. – А когда дерутся два Эсселита, нам, простым людям, лучше всего держаться подальше. Не ровен час, поджарите мою жалкую тушку, а мне еще охота пожить!

Лионелла зловеще усмехнулась, помахивая своим посохом.

– Ничто не мешает мне прямо сейчас превратить тебя в кучу тлеющих углей, жалкий старикашка, – сказала она. – Я к тебе давно присматриваюсь! Ты безвылазно сидишь в своем пыльном архиве. Кто знает, какие мысли посещают твою пустую голову? Может, строишь против нас заговоры?

– Нет, миледи! – взвыл архивариус. – Клянусь! Моя пустая голова совершенно пуста от природы!

– Так чего же хотела от тебя бывшая королевская нянька? – смилостивившись, спросила колдунья.

– Она расспрашивала меня о пророчестве, – выпалил старик.

Миледи Лионелла нахмурила изящные брови:

– О том безумном бреде, который двадцать лет назад наговорила игурейская ведьма?

– Да, миледи! Только Марта Грегуар Эсселит не считает это бредом. Она заставила меня все ей рассказать, угрожала своим жутким рунным посохом! Что мне оставалось делать? Я все ей выболтал.

Лионелла схватила старого архивариуса за грудки и рывком вздернула его на ноги.

– А почему вообще она интересовалась этим пророчеством? – глухо спросила миледи.

– Марта сказала, что в момент переворота из дворца смогли вывезти двух детей, – трясясь от страха, выдавил Доминик. – Она считает, что в пророчестве говорится об одном из них!

Брови Лионеллы изумленно поползли вверх. Слова старика потрясли ее.

– Неужели? – выдохнула она. – И где же сейчас находятся эти дети?

– Об этом она не говорила, – пожал тощими плечами Доминик. – Но в пророчестве сказано, что ребенок вырастет в казенном доме… Сейчас ему, должно быть, лет двенадцать – пятнадцать. Значит, он содержится в каком-нибудь государственном приюте или тюрьме для несовершеннолетних преступников…

– А ведь ты прав, – прошептала миледи Лионелла.

Она швырнула старика через всю комнату. Доминик брякнулся в свое кресло и тут же рухнул вместе с ним, опрокинувшись назад.

– Сиди здесь, старикашка! И пеняй на себя, если ты мне солгал… Я тебя испепелю!

Миледи Лионелла вышла из архива, а архивариус Доминик остался лежать на полу, вытаращив глаза от страха. Он все еще не верил, что его оставили в живых.

Миледи одолевали ужасные предчувствия. Давненько она не слышала об этом странном пророчестве. И если Марта Грегуар Эсселит им всерьез заинтересовалась, может, ей стоит быть начеку? Не ровен час, пророчество исполнится. Зачем это Лионелле? Лучше подстраховаться.

В обеденный зал вбежал глава дворцовой стражи Мафусаил Покотыло. Невысокого роста, толстый и неповоротливый, он зато мог похвастаться пышными усами, которые отросли практически до плеч. Увидев своих людей, валяющихся на полу без сознания, Мафусаил вытаращил глаза.

– Что здесь случилось, миледи? – писклявым голосом воскликнул он.

Лионелла ловко схватила его за усы и подтянула к себе.

– С каких это пор начальник имперских стражников обо всем узнает самым последним? – зловеще осведомилась она. – Хочешь, чтобы я пожаловалась на тебя императору? Великий Всевелдор быстро укоротит твои мочалки.

Заплывшие глазки Мафусаила едва не вылезли из орбит от ужаса.

– Не надо, миледи! – запричитал он. – Я буду расторопнее!

– Хочется в это верить! – Лионелла отпустила его усы так резко, что Мафусаил едва не упал. – А теперь слушай меня внимательно, ходячее недоразумение.

– Я весь внимание!

– Немедленно отправляйся на дворцовый телеграф и разошли телеграммы во все имперские заведения для несовершеннолетних сирот. Пусть директора и коменданты приютов, школ и тюрем приготовятся к срочной проверке. Я отправляю к ним ревизоров. Никого из детей никуда не отпускать. В госпитали не отвозить, умерших не хоронить. Понял?

– Так точно! – Мафусаил подпрыгнул и стукнул каблуком о каблук.

– Иди! – нетерпеливо бросила Лионелла. – И пришли ко мне Рашида, Гребуна и Левтину. У меня есть для них особое задание.

Глава стражи кивнул и со всех ног помчался исполнять поручение, а миледи Лионелла отправилась в свои покои.

На самом верхнем этаже самой высокой башни, в самом дальнем зале под куполообразной крышей располагалась ее алхимическая лаборатория. Это было огромное круглое помещение, пропахшее химикатами и колдовскими зельями. В центре зала на толстых цепях висел большой шар из блестящего желтого металла, под которым горел зеленоватый огонь. Внутри шара постоянно что-то булькало и двигалось, поэтому он слегка раскачивался. По всей лаборатории от него тянулись тонкие трубки и кабели, соединенные с хитроумными аппаратами, закрепленными на стенах.

Эсселиты Рашид Толедо, Гребун Вендиго и Левтина Маркус появились в лаборатории миледи несколько минут спустя. Первого и второго подняли с постели – они жили во дворце. Левтину нашли на императорском балу, поэтому она была в роскошном вечернем наряде из красного атласа.

Рашид Толедо, высокий, худой мужчина с морщинистым лицом, приблизился к миледи Лионелле и с почтением поцеловал ей руку. У него были пышные черные усы и длинные, до плеч, волосы с проседью. Одевался Толедо всегда исключительно в черное. За ним последовал Гребун Вендиго – низкорослый толстяк с обритой наголо головой. Он с трудом передвигался на коротких ногах, поэтому предпочитал летать верхом на своем рунном посохе. Он также приложился к руке Лионеллы своими толстыми губами.

Левтина Маркус лишь слегка присела в реверансе. Она была самой молодой из троицы Эсселитов – полноватая молодая женщина с огненно-рыжими, вечно растрепанными волосами.

Из троих самым опасным считался Рашид, угрюмый и злобный, хороший боец и стратег. Гребун не отличался особой смелостью, но славился подлостью и склонностью к разным козням и интригам. Левтина же была самой сильной во всем, что касалось использования магии. Она повелевала энергиями и знала наизусть тысячи самых разных заклинаний. Эсселиты сильно отличались друг от друга внешне, но при этом имели схожие черты – жадность, завистливость и подлость.

– Миледи, – почтительно обратился к Лионелле Рашид Толедо. – Зачем вы пригласили нас в такое позднее время?

– Во дворце только что побывала Марта Грегуар, – сухо ответила Лионелла. – Хотела узнать о старом пророчестве игурейской колдуньи. Она сказала архивариусу, этому болвану Доминику, что пророчество может сбыться.

Эсселиты изумленно уставились на госпожу.

– Но каким образом? – выдохнул Гребун, почесав свою лысину. – Ведь никто из детей не выжил той ночью…

– Представь себе, кому-то из них посчастливилось остаться в живых, – скривилась Лионелла Меруан Эсселит. – Я помню, что во время дворцового переворота из города тайно выехала небольшая карета. Мы ее настигли и взорвали, но в спешке не убедились, что все пассажиры действительно погибли… А ведь именно там, похоже, ехали дети! Что, если они и правда выжили?