– И все же…
– Риск есть, – согласилась Марта. – Но у меня к тебе важное дело!
– Ко мне? – удивился Доминик. – Но чем я могу тебе помочь?
– Ты – хранитель королевского архива! А теперь и императорского… Ну а мне нужна кое-какая информация.
– А ты не боишься, что я сейчас позову стражу и сдам тебя Всевелдору или миледи Лионелле? – настороженно поинтересовался архивариус. – Среди нынешних обитателей дворца всевозможные козни и предательство являются очень популярным видом развлечений.
Марта шагнула к столику и грозно нависла над тщедушным стариком.
– Ты сам сказал, что у свергнутого короля есть сторонники, – с ласковой улыбкой произнесла она. – Если ты сдашь меня властям, почтенный Доминик, мои друзья тебя из-под земли достанут, уж ты мне поверь!
Архивариус вздрогнул, словно представив эту картину, и громко сглотнул.
– Так что тебе нужно, почтенная Марта? – почти шепотом спросил он.
– Я хочу, чтобы ты порылся в летописях нашего государства, – сказала Марта. – Вспомни, двадцать лет назад, когда злокозненная Лионелла вышла замуж за сына старого короля и начала устанавливать во дворце и государстве свои порядки, к ней приволокли одну женщину…
– Игурейскую колдунью? – чуть слышно спросил Доминик.
– Верно, – кивнула Марта. – Эсселиты тогда были не в почете, простые жители опасались и недолюбливали колдунов. Крестьяне обвиняли арестованную в том, что она наводит порчу на их скотину и посевы…
– Конечно помню, – сказал Доминик. – Я ведь лично присутствовал на ее допросе. Королевскими судьями тогда руководила сама миледи Лионелла, она и допрашивала обвиняемую…
– Ходили слухи, что во время допроса произошло что-то очень странное, – сказала Марта. – Мне нужно знать, что именно. Я надеялась, что ты найдешь мне записи о тех событиях, но раз ты сам там присутствовал… Это сильно облегчит нашу задачу.
– Да, – поспешно закивал старый архивариус. – Я отлично все помню! Миледи скрывала тогда свою принадлежность к Эсселитам и делала вид, что, как и все граждане королевства, ненавидит черных колдунов. В тот день она учинила игурейке настоящий допрос с пристрастием. Но та ничуть ее не испугалась. Она при всех судьях и прокурорах обвинила Лионеллу в том, что та сама ведьма, но пытается засудить сестру по ордену! Кончилось все тем, что миледи Лионелла вышла из себя, раскричалась и приказала казнить непокорную женщину. И тогда мятежная колдунья произнесла одно странное пророчество…
Марта склонилась к старику.
– Оно меня и интересует, – тихо сказала она. – Помнишь точно, что именно предсказала арестованная?
– Игурейская колдунья предрекла миледи Лионелле, что та ответит за свое предательство! – торжественно провозгласил архивариус. – Вот дословно, что она сказала: «Власть твою погубит ребенок, неподвластный магии Эсселитов! Дитя из дворца с добрым сердцем и чистой душой, избежавшее смерти и выросшее в казенном доме, оно обретет силу, многократно превосходящую твою, и день этот станет последним в твоей жалкой жизни».
Услышав это, Марта Грегуар Эсселит восхищенно замерла.
– У меня тогда прямо мурашки по коже побежали, – признался старый архивариус. – Так всегда бывает, когда кто-то из Эсселитов творит рядом свою магию. И я сразу понял, что когда-нибудь пророчество арестованной игурейки обязательно сбудется!
– Оно сбудется, – улыбнулась Доминику Марта, – уверяю тебя! И момент близок, хоть нынешние правители и не подозревают об этом.
– Но разве во время дворцового переворота кто-то из придворных, кроме тебя, смог спастись? – недоуменно спросил архивариус. – Те, кто сразу не переметнулся под знамена нового императора, были расстреляны на месте, и члены их семей были безжалостно уничтожены…
– И все же кое-кому удалось сбежать из дворца в ту ужасную ночь, – задумчиво произнесла Марта. – Двое детей, совсем еще младенцы, остались в живых. Я сама помогла спрятать их от мести Всевелдора и злодейки Лионеллы. Полагаю, что пророчество говорит о ком-то из них… Ты не представляешь, как я рада услышанному, почтенный Доминик!
Марта склонилась и поцеловала старого архивариуса в лысую макушку.
– А теперь прощай, мой любезный друг, – сказала она. – Не знаю, свидимся ли еще, но буду искренне на это надеяться.
Марта Грегуар Эсселит вышла из императорского архива и поспешила на смотровую площадку. В это время гигантские двери обеденного зала с грохотом распахнулись. Марта резко обернулась и остолбенела. Она увидела ту, кого больше всего опасалась и ненавидела.
Миледи Лионелла, первый министр императора и глава ордена Эсселитов, вошла в банкетный зал и удивленно уставилась на Марту.
Лионелла Меруан Эсселит выглядела лет на сорок, хотя на самом деле ей было куда больше. Высокая, худая, бледная как смерть женщина с ярко-красными губами. Миледи Лионелла любила одеваться в длинные черные платья и накидки, кружевной шлейф, расшитый золотыми узорами, струился за ней по мраморному полу. Ее длинные черные волосы были уложены в высокую прическу, заколотую изогнутыми серебряными шпильками.
– Ты?! – гневно выдохнула Лионелла, увидев Марту. – Стражники сообщили, что на крышу дворца опустился кто-то из Эсселитов, но я никак не ожидала увидеть здесь тебя, проклятая мошенница!
– Отчего же?
– Я считала, что ты давно мертва!
– Приятно сделать тебе сюрприз! – ехидно улыбнулась Марта. – Пусть и такой неприятный!
– И последний в твоей жалкой жизни! – с ненавистью выкрикнула Лионелла.
Она с силой ударила черным рунным посохом о пол. По мрамору зазмеились тонкие красные молнии, показывающие готовность посоха к использованию.
Марта выхватила из-под плаща свой посох и со щелчком раздвинула его. Он был сделан в виде обычной трости с серебряным набалдашником, тогда как посох миледи Лионеллы выглядел словно королевский скипетр. Лионелла взмахнула посохом над головой и резко ткнула им в сторону Марты.
Искрящая молния, слетевшая с наконечника, врезалась в пол у ног Марты, так что она едва успела отскочить. В ответ Марта раскрутила над головой свой посох и махнула им в сторону миледи. Молния Марты ударила куда точнее.
Шлейф платья Лионеллы вспыхнул, к потолку взвился черный дым. Лионелла с гневным воплем сбросила расшитую накидку, оставшись в одном платье, и кинулась на Марту. Магические посохи колдуний с громким электрическим треском скрестились в воздухе.
Марта отбила яростный выпад Лионеллы и тут же ударила сама. Миледи Лионелла проворно отскочила, изогнувшись всем телом, словно змея, и попыталась зацепить противницу наконечником посоха. Марта Грегуар Эсселит едва успела отскочить. Молния Лионеллы пролетела мимо и с громким треском разнесла в щепки ближайший стол. Горящая скатерть взмыла в воздух, кубки и тарелки посыпались на пол.
Колдуньи вновь скрестили посохи, и битва продолжилась.
Обеденный зал наполнился запахом озона, как во время грозы. Стоял ужасный грохот, треск дерева и звон разбитого стекла. Привлеченные шумом, в зал вбежали трое стражников в форме имперских войск. Они остолбенели на пороге, пораженные видом двух сражающихся Эсселиток.
– Что уставились, недоумки?! – закричала миледи Лионелла. – Пристрелите эту лазутчицу! Немедленно!
Стражники одновременно потянулись за револьверами. Увидев это, Марта Грегуар Эсселит бросилась к огромному витражному окну.
– Не уйдешь! – злобно расхохоталась Лионелла, почуяв, что сила теперь на ее стороне.
Ее черный посох взметнулся вверх, и яркая извивающаяся молния устремилась на Марту. Но женщина проворно вскочила на свою трость и взмыла к потолку обеденного зала.
Молния миледи вдребезги разнесла огромное окно. Лионелла и стражники едва успели отскочить подальше от лавины битого цветного стекла. А Марта выпорхнула в разбитое окно и была такова.
– Стреляйте в нее! – взвизгнула Лионелла Меруан Эсселит.
Стражники, подбежав к окну, начали палить из револьверов вдогонку быстро удаляющейся фигурке, но ни одна пуля не достигла цели. Марта Грегуар Эсселит скрылась за одной из башен дворца.
