— Мы подумали, может, ветрянка: у соседского ребёнка как раз, — продолжал Энди. — Но сейчас она кашляет кровью. Доктор Камбри, с ней всё будет хорошо?

Триск приложила ладонь ко лбу, подавляя тошноту.

— Думаю, да, — сказала она, не будучи уверенной. — Но не помешает отвезти её в неотложку.

— В приёмный покой? — переспросил Энди, тревожно. — Уже почти шесть.

— На то он и неотложный, — твёрдо сказала Триск. — Обязательно сообщите, что она из «Глобал Дженетикс». Скажите, что её нужно изолировать. На всякий случай.

— Доктор Камбри? — его голос стал выше, в нём дрожала паника. — С ней точно всё будет в порядке?

Она не смогла заставить себя ответить «да».

— Доктор Камбри? — настойчиво повторил он, и у неё свело челюсть.

— Думаю, да, — произнесла она тихо, чтобы не было слышно, что это ложь. — Это не похоже ни на что из того, с чем мы работали. Я просто хочу быть уверена. Отвезите её прямо сейчас, ладно?

— Спасибо, доктор Камбри.

Связь оборвалась, и она осталась слушать длинные гудки. В нереальности момента она повесила трубку. Квен не сводил с неё глаз; она подняла взгляд — его брови взлетели.

— Разве это не симптомы…

— Вируса Даниэля, да, — нахмурившись, сказала она. — Но она не могла соприкоснуться с ним. Она никогда не заходит в его лабораторию, а если Даниэль случайно вынес бы его наружу, он сам уже был бы болен.

Взгляд Квена скользнул к мерзкому пакету с чёрной слизью.

— Ты не думаешь, что…

Триск покачала головой.

— Он не «перескочит» на растение, — сказала она, начиная расхаживать шире. — Я работала с обоими геномами, они не сочетаются.

— А если всё-таки сочетаются?

Она остановилась, сжала спинку стула до белых костяшек.

— Тогда с Энджи всё будет хорошо, — сказала она, и пульс стал замедляться. — Если она подверглась воздействию вируса Даниэля, ей ничто не грозит. Он не воспроизводится вне лаборатории. — Но сам факт, что она могла столкнуться с ним, был проблемой.

Квен отодвинулся подальше от вонючего чёрного пакета.

— Не думал, что кашель с кровью — один из симптомов.

— При передозировке — да, — рассеянно ответила она, раздумывая, не позвонить ли Даниэлю. — Но для этого нужно съесть… ну, столовую ложку, — договорила она, и в душе похолодело от мысли, что она недоглядела. Она смотрела на останки своего томата. В четверг Энджи унесла один домой. Если вирус Даниэля атаковал её растения, токсины могли накопиться до смертельной дозы ещё до того, как растение погибнет.

Руки задрожали; она схватила сумку и ключи.

— Мне нужно ехать.

Кэл въехал на парковку «Глобал Дженетикс», скользя взглядом по почти пустым рядам в поисках Триск, прежде чем заглушить двигатель и выключить фары. Было чуть больше шести: дневная вечеринка по случаю успешного релиза давно закончилась, но на третьем этаже в офисах ещё горел свет. На стоянке торчали лишь отдельные машины — в основном служебный персонал и охрана поздней смены. Все, кто не перенёс празднование в Riverside Smokehouse, уже разъехались по домам.

— Кроме Рика и Барбары, — пробормотал он, заметив их кадиллак и «жучок» с цветочными наклейками на отведённых местах. Мысль о том, что эти двое могут предаться быстрому роману, его не удивила. Рик был живым вампиром и, при всей своей красоте и повадках плейбоя, явно стоял высоко в иерархии своей камарильи — иначе бы ему не доверили эту должность. А то, что Рик удовлетворяет свой «лёгкий вкус к крови» на своей секретарше за пятьдесят… смешно.

И не такое случалось, подумал Кэл, выбираясь из машины. Как и ожидалось, вирус Даниэля сработал безукоризненно: аэрозольное распыление уложило целое здание во Вьетнаме, позволив американским войскам войти и занять его, сделав минимум выстрелов. «Глобал Дженетикс» праздновала, но сам Даниэль выглядел рассеянным и словно не осознавал, что только что перевернул мир.

Самодовольно насвистывая, Кэл направился ко входу. Пропуск не понадобился — рабочий день по часам ещё не закончился. Двухэтажный холл приёмной пустовал, стойка регистрации тонула во тьме. С грохотом пылесоса спорило эхо громкой музыки, разносившейся по фойе. Звук шёл из самого большого конференц-зала, двери из красного дерева раскрыты настежь. Там и проходила вечеринка, и именно туда Кэл и свернул. Если кто и знал, где Рик, так это Барбара.

Точно: Барбара была там — среди серпантина и контейнеров с «потлаком», выглядя слегка не к месту, но уверенно командуя уборкой в высоких сапогах и с перебором макияжа под «Дикую Штучку».

— Доктор Каламак! — воскликнула она, заметив его, и, почти жеманно ступая, пошла выключать проигрыватель. Улыбаясь, она дёрнула шнур пылесоса, и только когда мужчина, его державший, заметил, прибор заглох. — Что вас вернуло? Я думала, стажёры перенесли тусовку в Riverside.

— Там я и был, — отозвался он. — Ищу Рика.

Женщина, пошатываясь на каблуках, подошла ближе — от неё ощутимо тянуло алкоголем. Она поправила прическу, проверяя, всё ли на месте. Голубое виниловое платье было для неё молодо, но белые сапоги до икры и высокая «башня» из волос помогали удерживать образ.

— Не видела его с тех пор, как ему позвонили междугородним, и он забаррикадировался у себя в офисе, — сказала она, раскрасневшись и обмахиваясь ладонью. — В дозировке просчитались, и ему за это влетает. — Барбара остановилась перед ним, подняв взгляд и одарив самой обольстительной улыбкой. — Уф, устала, — пробормотала она, мягко потирая шею. — Уже не могу гулять, как прежде.

Она повернулась к бригаде уборки, двинувшейся к открытому бару, и улыбка Кэла сникла, когда он заметил, как на её шее проступает сыпь.

— Держитесь подальше от спиртного, пока я не притащу тележку! — крикнула она, а потом снова повернулась к Кэлу. — Хотите, поищу его? Он, скорее всего, ещё здесь.

— Здесь, — легко ответил Кэл, чуть отступая от неё. — Его машина на парковке. Если увидите — передайте, что я его ищу. Я буду у себя в кабинете пару часов.

— Сегодня же пятница, доктор Каламак! — с энтузиазмом воскликнула Барбара. — Вам бы в Riverside Smokehouse, к ребятам.

Кэл скользнул взглядом по торту — «ПОЗДРАВЛЯЕМ, ДАНИЭЛ» всё ещё читалось красной глазурью.

— Грешникам отдыха не положено, — сказал он, беря уже нарезанный кусок на бумажной тарелке. — Ступайте домой, Барбара. Кто-нибудь другой здесь справится.

— Как только занесу обратно алкоголь в кабинет Рика, — пропела она, тонким пальцем проводя между шеей и воротником. — Хороших выходных, доктор Каламак.

— Спасибо, Барб. До понедельника. — Осторожно, чтобы не уронить кусок торта, Кэл направился в холл. Мысли вихрились, пока он шагал к лифту и нажимал «вниз». Её уже задело. Но как? Он же заразил только подпольное поле Триск.

Любопытно, подумал он, когда двери раскрылись и он вошёл. Барбара редко спускалась вниз. Значит, кто-то занёс заразу наверх. У Даниэля чистая зона соблюдалась куда строже, но вирус всё равно каким-то образом выбрался наружу. Помидоры? — прикинул он, вспоминая, что уже больше года их никто не держал в чистой комнате. Чёрт, вчера он собственными глазами видел, как ассистентка Триск поставила у входа корзину с помидорами: берите домой, кто хочет.

Нахмурившись, он попытался вспомнить, была ли корзина пустой, когда он проходил мимо. Три дня назад он внес вирус Даниэля на поле Триск. Он и подумать не мог, что на растениях останется достаточно, чтобы заразить людей. Но если и так, это лишь ускорит падение Триск и никому не нанесёт постоянного вреда.

Двери разъехались, и он вышел. Джордж заметил его сразу, громко пошуршав газетой, перелистывая на новый раздел.

— Привет, Джордж. Тебе уже приносили торт? — крикнул Кэл, приподнимая тарелку в приглашении.

— Барбара пару часов назад отрезала, — сказал тот, откладывая газету с предвкушением. — Но я бы съел ещё. Думал, вы в Smokehouse. Пятница же.