Если мне казалось, что он до этого был взбешен, то сейчас он просто в ярости. Ее можно ощутить в воздухе, она потрескивает между нами. Я никогда его таким не видела.

– Ты его знаешь? – спрашивает Антон.

– Да, – отвечаю пересохшими губами. – Это муж моей сестры.

– Лала! – рычит Ромул.

А когда я не двигаюсь с места, он просто дергает меня на себя, а потом… Потом взваливает на плечо и куда-то тащит.

Дилара

– Поставь меня! Ромул! – кричу я, но все бесполезно, мужчина продолжает тащить меня сквозь толпу.

Я даже представлять не хочу, как эта сцена выглядит со стороны. Стараюсь не думать о том, что юбка задралась и все могут увидеть мои трусики с котятами. Какой позор, просто кошмар. Но я не вырываюсь, потому что понимаю – это ни к чему не приведет, только силы потрачу.

Спустя несколько мучительно долгих минут танцпол и музыка остаются позади. Мы находимся в какой-то комнате, здесь тихо, вокруг приглушенный свет. Рома ставит меня на ноги, и я тут же отхожу от него. Меня трясет.

– Что это было? Что ты себе позволяешь? – практически кричу.

– Тон убавь, – морщится Асхадов.

– Ты… Ты… – я не могу подобрать нужных слов, их просто нет, они закончились.

Ромул складывает руки на груди, его взгляд блуждает по моему телу. Беззастенчиво. Я словно физически его ощущаю. Щеки тут же вспыхивают, как две помидорки. В горле пересохло, я нервно облизываю губы.

Я никогда так откровенно не одевалась, но странно, что мне не хочется прикрыться от его взгляда. Мне приятно, когда он смотрит на меня.

– Что ты здесь делаешь? – спрашивает, поднимая взгляд к моим глазам.

– Отмечаю поступление, – честно отвечаю.

– А больше негде отметить?

Я игнорирую его вопрос, зеркалю его позу.

– А ты что здесь делаешь? Разве не должен быть у родителей? Твоя жена знает, где ты?

– А твоя сестра знает? – улыбается краешком губ.

– Я уже взрослый человек и имею право пойти в клуб!

– Настолько взрослая, что принимаешь напитки от каких-то неизвестных ублюдков.

– Что?.. – это вообще причем?

– Ты понимаешь, что могло случится, взрослая, бл*ть?

– Ты случился, Ромул! – окончательно выхожу из себя. – Я просто общалась с приятным молодым человеком!

– А о последствиях ты подумала?

– О каких последствиях? – всплескиваю руками. – Ты так говоришь, словно мы делали что-то постыдное. Мы просто разговаривали. Он хороший мальчик.

Асхадов шагает ко мне. Совсем близко. В легкие тут же забивается его умопомрачительный запах. Как же он пахнет… Мужчина пятерней берет меня за скулы и заставляет смотреть на себя.

– Этот хороший мальчик, – вкрадчиво выделяет. – Мог подсыпать тебе наркоту в коктейль, а потом развлечься со своими хорошими друзьями. Никогда не принимай от незнакомцев открытые напитки, пей только то, что запечатано. Запомни.

Я быстро-быстро моргаю. Смысл его слов больно ударяет в солнечное сплетение. А ведь он прав… О чем я только думала? Согласилась выпить с первым встречным…

А потом разозлилась. Как достал он меня со своей опекой. Я понимаю, что нужно быть осторожней, но если всего на свете бояться, то жизнь пройдет мимо, а я так и останусь на обочине.

Дергаю подбородком, чтобы отпустил. Он отпускает. Обнимаю себя руками. Зачем я вообще сюда пришла? Лучше бы сидела дома…

– Спасибо, папочка, – говорю с сарказмом. – В следующий раз буду осторожней.

Его глаза превращаются в два горящих уголька, нервно сглатываю и собираюсь уйти.

– Был бы я твоим папочкой, нарумянил бы твою задницу так, что месяц бы прямо не могла сидеть.

Я вспыхиваю еще сильнее. Перед глазами вовсе не наказание… Какая я извращенка. Мне нужно уходить, причем срочно. Я не могу находиться рядом с ним.

– Все, я не собираюсь это выслушивать. Я пришла сюда отдыхать, как и ты. Так что давай сделаем вид, что мы незнакомы и все.

Я прохожу мимо Асхадова, а он хватает меня за запястье, разворачивает к себе лицом. Тело сотрясает мелкой дрожью от его прикосновений. Как бы я хотела прижаться к нему всем телом, почувствовать его стальные мышцы.

– Я еще не договорил, Лала, – говорит тоном, не терпящим возражений.

– Ты уже испортил мне настроение. Что ты еще хочешь? – устало говорю я. – Я все поняла. Но и ты пойми, Ромул. Я выросла. Хватит меня опекать, я хочу сама набивать свои шишки. Тебе есть о ком заботиться.

– Поехали, отвезу тебя домой.

Я в шоке смотрю на него.

– А потом вернешься сюда? – спрашиваю, он молчит.

– Какой ты лицемер! Я никуда не поеду, я хочу танцевать!

Он перехватывает меня за талию, в этот раз я вырываюсь.

– Отпусти меня!

– Ответ неверный. Домой.

Поджимаю губы и вскидываю подбородок.

– Ты не останешься в этой дыре.

– Это еще почему? С каких пор я вообще должна делать то, что ты мне приказываешь?

Воздух между нами потрескивает от напряжения. Бежать. Нужно бежать. Пока не поздно…

– С тех самых пор, Лала, – он захватывает в руку прядь моих волос, прожигая черными глазами в моем сердце дыру. – Как я стал мужем твоей сестры.

Я вздрагиваю от этого напоминания, хочется опасть кучкой пепла и рыдать в голос. Но вместо этого я холодно улыбаюсь.

– Может, ещё свечку держать будешь, когда я …

Ромул выдыхает и резко обхватывает горячей ладонью мою шею, заставляя смотреть в потемневшие от ярости глаза.

– Когда ты что? – спрашивает хрипло.

Я нервно сглатываю.

– Ничего.

– Давай, договаривай.

– Я просто хотела немного повеселиться и все. Мне восемнадцать, Ром, а я даже алкоголь не пробовала. Я устала быть хорошей, мне нужен перерыв. Я хочу быть взрослой, чтобы самой решать, что делать, – говорю я. – Я больше не ребенок.

Асхадов смотрит на меня, потом хмыкает.

– Пойдем, – берет меня за руку.

– Я не хочу домой.

– Мы не домой.

– А куда? – спрашиваю с любопытством.

Если честно, то с ним, хоть на край света.

– Делать тебя взрослой.

Ромул

В Ауру я приехал с одной целью. Накидаться и выпустить пар. Мне казалось, еще немного и вся моя выдержка полетит к чертям.

На работе вот уже несколько месяцев творилась какая-то дичь. Сначала внеплановая проверка, за которую мне пришлось отвалить бабла. Потом груз с оборудованием задержали на таможне. Чтоб порешать, пришлось изрядно попотеть. Но один хер убытки и подмоченную репутацию фирмы никто не возместит.

Но окончательно добила жена. Такое чувство, что вся моя нервная система за последние годы превратилась в труху. Отношения с Пати давно пошли по наклонной. И чем дальше, тем глубже затягивало нас обоих.

Наш брак был договорным. Это вполне себе привычное дело в наших кругах. Всю мою жизнь перед глазами был пример моих родителей. Удачный пример. Мать не видела отца до свадьбы, но как потом не раз мне признавалась, полюбила его с первого взгляда. Отец был скуп на эмоции, но я всегда знал, что их с матерью чувство взаимно.

Уважение и доверие. Я уверен, что именно с этого и начинается та самая любовь. И поначалу у нас с Патимат все так и было. Наш брак был союзом двух зрелых людей, которые точно знают, чего хотят от жизни.

Но потом все изменилось. После того выкидыша жена стала буквально одержима идеей зачать. Даже не хотела слушать врача, который просил подождать. Сейчас я понимаю, что надо было найти ей хорошего психолога. Каждый справляется с горем, как может. Но она даже не дала мне возможности разделить с ней наше горе.

– В этот раз точно все получится! – горячо шептала жена каждый гребаный раз.

Мне порой казалось, что я тупо трахаю куклу. Ее маниакальные рассуждения о ребенке во время секса начисто убивали все желание. Все происходило быстро и словно на автомате. Дошло до того, что я уже боялся кончать в собственную жену. Потому что заранее знал, что ни хрена бл*ть не выйдет. И она снова будет рыдать над очередным тестом, закрывшись в ванной.