Глаза продолжали внимательно изучать его, но остановились на рубце кожи чуть выше бедра. Шрам, похоже, тянулся вдоль нижней части спины. Но прежде чем я успел спросить его о ране, из-за которой остались такие ужасные шрамы, Кинг повернулся, полностью скрывая спину от меня. Он даже пошел еще дальше и схватил футболку с закрытого унитаза, где она лежала, и быстро натянул ее через голову, хотя все еще был в креме для бритья. Кинг немного растянул вырез, чтобы избежать попадания пушистой белой массы, но немного все равно попало на воротник.

Стеснялся ли он шрамов на своем теле? Я открыл рот, чтобы сказать ему, что меня это нисколько не беспокоит, но Кинг заговорил раньше, чем успел я.

- Тебе что-то нужно? - спросил он более резким, чем обычно, голосом.

Его тон заставил занервничать, но, к сожалению, не заставил меня замолчать, потому что я быстро ответил:

- Я думал, ты ушел. Я... я думал, ты снова меня бросил.

Выражение лица Кинга смягчилось.

- Джио, я же говорил, что никуда не уйду...

- Ты уже говорил это раньше, - перебил я.

В его глазах промелькнула какая-то эмоция, но так же быстро исчезла. Когда Кинг заговорил снова, его голос был холодным и опустошенным. Он вернулся к бритью, полностью игнорируя меня.

- Тебе нужно что-то еще? - спросил он ровным голосом.

В этот момент он снова стал для меня незнакомцем. Я подумал о словах Кристофера, что Кинг прячется за улыбками и шутками. И хоть убей, не мог припомнить, чтобы он когда-либо так поступал со мной. Он всегда был откровенен. Честен. И иногда я верил, что он показывал мне ту часть себя, которую никто другой никогда не видел. Я списывал все это на свою безмерную влюбленность в этого человека, но, наблюдая за ним сейчас, уже не был так уверен.

Что касается Кинга, то меня как будто больше не существовало. Он сохранял невозмутимость, бреясь.

Я почти отвернулся, чтобы убежать в свою комнату и погрязнуть в собственном унижении, но когда бросил еще один взгляд в сторону Кинга, то увидел это.

Легкую дрожь в его руке.

Если бы на него не повлияло мое заявление или напоминание о том, как он предал меня, его рука была бы твердой и верной. Я оказался прав насчет дрожащей руки Кинга, когда он порезался бритвой.

- Блядь, - пробормотал Кинг, потянувшись за полотенцем для рук и вытирая шею.

Порез был не таким уж серьезным, но что-то в виде ярко-красной крови почти успокаивало. Это напомнило о том, что передо мной всего лишь мужчина. Он чувствовал, он прятался и истекал кровью, как и я, как и мой отец, как и все мужчины, которых Кинг называл братьями.

Как я мог пропустить это четыре года назад? Кинг был рядом со мной с самого первого дня, но я не мог сказать того же. Я никогда не спрашивал Кинга, как у него дела или чем он занимается. Я слышал обрывки разговоров в семье о Кинге, но у меня не хватало смелости задать ему какие-либо вопросы о нем самом.

И вот я снова был готов совершить ту же ошибку. Я рассудил, что, рассказав ему правду, смогу избавиться от него, но, даже подумав об этом, понял, что это не то, чего я хочу. Я, правда, не понимал, почему Кинг все еще был здесь и почему настаивал на том, чтобы остаться, но отложил этот факт в сторону и подумал о том, каким самоотверженным он был все эти годы после того, как я вернулся к своей семье. Он был моим защитником, плечом, в которое можно было выплакаться, и собеседником. Он был всем этим для меня, в то время как я не был ничем из этого для него.

Возможно, я мог бы это изменить. Возможно, судьба давала мне второй шанс стать лучшим другом для Кинга.

Кинг либо преодолел свое влечение ко мне, либо понял, как не допустить, чтобы это стало проблемой, так что я должен быть в состоянии сделать то же самое. Черт, если бы Кинг всю прошлую неделю учил меня так, как этим утром, я был бы готов убить кого-нибудь.

По крайней мере, я бы махнул рукой на всю эту ситуацию и сбежал. Я был хорош в побегах. Даже если это было только в моей голове.

- Джио? - Я слышал, как он говорит. Он все еще прижимал полотенце к горлу.

- Нет, извини, мне ничего не нужно. Я просто… Я просто не знал, где ты, - запинаясь, сказал я.

Как бы сильно я не хотел стать чем-то большим для Кинга, мне нужно было время, чтобы подумать, как преодолеть собственные недостатки. Возможно, Кинг и справился со своим влечением ко мне, но я не мог сказать того же. И не был уверен, что смогу продолжать притворяться, что со мной все в порядке.

Что между нами все в порядке.

- Хорошо, - сказал Кинг.

Я приказал себе отступить и закрыть дверь, но не мог пошевелиться.

- Прости за то, как я себя вел, - выпалил я. - Просто это...

- Просто что? - спросил он.

К моему удивлению, он положил бритву на край раковины и вытер с шеи остатки крема для бритья, прежде чем подойти ко мне.

- Когда ты здесь, мне... больно, Кинг. Говорить больно. Притворяться больно.

Кинг напрягся, и если он и планировал дотянуться до меня, то не довел это до конца.

- Я не имел в виду, - сказал я нерешительно.

Боже, почему мне было так трудно сказать ему правду? Не то чтобы он не знал о моих чувствах к нему. Но сейчас это не имело значения. Я испортил весь разговор, сказав правду, не произнеся ее вслух.

- Прости, просто... просто забудь, что я вообще сюда заходил, - сказал я и быстро повернулся спиной, чтобы выйти из ванной. Крупные, сильные пальцы сомкнулись на моем плече, мягко оттягивая назад, пока я снова не оказался прижатым к дверному косяку.

- Почему тебе больно от того, что я здесь? - Тихо спросил Кинг. Его пальцы скользнули по моей щеке, а затем спустились ниже, пока его большая ладонь не коснулась горла. Его кожа была восхитительно горячей.

Из-за такой близости было трудно сосредоточиться. Но я знал, что этот человек был как собака, вцепившаяся в кость, когда хотел получить ответы.

- Больно осознавать, что, по-твоему, я не могу о себе позаботиться. Что я все еще тот наивный ребенок, что не узнал собственного отца и вместо этого предпочел поверить лжи человека, который...

Я не мог заставить себя произнести это отвратительное слово. В конце концов, я смирился с тем, что Курт делал со мной с тех пор, как мне исполнилось восемь лет, но, хоть убей, не мог произнести это слово в присутствии Кинга.

- Все в порядке, тебе не нужно этого говорить, - пробормотал Кинг. - И, к твоему сведению, я никогда не видел тебя таким. Никогда, - добавил он с рычанием.

Я покачал головой, но все, что потребовалось Кингу, это убрать большой палец с моего горла и прижать его к подбородку, чтобы остановить это движение.

- Джио, ты один из самых сильных мужчин, которых я когда-либо встречал. Когда-либо. Все, что тебе пришлось пережить... - Кинг покачал головой и закрыл глаза, явно испытывая боль.

Из-за меня?

- Пройти через то, что ты прошел, и все же выйти из этого положения милым, добрым, заботливым человеком… меньше всего я думаю о тебе, как о слабом. И я не сомневаюсь, что ты сможешь позаботиться о себе в любом городе или другом месте, которое выберешь для жизни.

- Тогда почему ты здесь? - Спросил я, совершенно сбитый с толку.

Если он думал, что я могу сам о себе позаботиться, тогда почему настаивал на том, чтобы остаться в моей квартире? Было очевидно, что ему некомфортно находиться рядом со мной, возможно, из-за предполагаемого влечения, которое он испытывал, так зачем же он подвергал себя всему этому?

- Я здесь не для того, чтобы нянчиться с тобой или пытаться каким-либо образом заставить тебя вернуться домой. Хотя не думаю, что твоей жизни угрожает непосредственная опасность, я всегда буду защищать тебя от опасности. Всегда.

Сталь в голосе Кинга заставила меня вздрогнуть и потерять равновесие. Я поймал себя на том, что тянусь вверх, чтобы ухватиться за его протянутые руки в поисках поддержки.

- Меня не волнует, что за дверью этой квартиры, - сказал Кинг, дернув подбородком. - Но я волнуюсь о том, что происходит здесь, - сказал он, проводя пальцами по моему виску.