— То есть ты считаешь, что такие вещи надо просто забывать. И плевать, сколько жизней отнято.

— Тц… Да не сказал бы я, что прямо уж забывать. То есть лично я считаю, что прошлое надо оставлять в прошлом, но и помнить его при этом нужно, просто чтобы иметь перед глазами пример самых дурацких ошибок. А вот добавлять больше жизней к уже отнятым — сомнительное решение, если спросишь меня. Драться без конца из-за вещей, которые уже много лет как стали историей — почти всегда ошибка. Особенно в данном случае. Всё же, драконы идут вам навстречу, хоть и мелкими шагами. Они позволили вам открыть эту Академию…

— Позволили? После всего я нынче должен благодарить их за щедрость, или как?

— А какие у тебя варианты? Улыбаться, благодарить, копить силу. Знаю, фоморья культура не терпит лжи, но с людьми и драконами это единственный путь. Или ты хочешь повторить свой прошлый подвиг, прослыть лесным чудовищем и утащить всех за собой? Тогда просто начинай нападать на всех без разбора, как тогда, чтобы коллапс настал быстрее…

— Не смей, — прошипел он, и в его глазах полыхала натуральная первобытная ярость. — Ты понятия не имеешь, что было тогда. Нападать на всех подряд? Так я предупредил, что мой лес закрыт и туда нет дороги. Я честно сказал, что будет с тем, кто пересечёт границу. Я написал это на каждой проклятой сосне, чтобы не было недоразумений. Но ты думаешь, кто-то хотел уважать эти границы? Нет, они лезли на мою территорию, а потом громко кричали, что жуткий и ужасный я — монстр, убивающий всех подряд. Как будто не они пришли сюда убивать!

На это мне сказать было нечего, потому что — да, так оно обычно и бывает.

— ..И знаешь, я много чего наслушался по поводу того, что мы якобы могли сделать иначе, чтобы Ими Безумный оставил нас в покое. Но я это понял после уничтожения моего друга, Владыки Поля: нет ничего, что мы могли бы сказать или сделать, что остановило бы Императора. Он бы нашёл повод напасть, так или иначе, он нашёл бы повод нас истребить, просто потому что в его больном сознании драконы и оборотни с изначально антропоморфным обликом должны были быть единственной магической расой Империи. Вот и всё. И мы, и сиды были для него угрозой, потому что он в каждой мимо пролетающей туче видел угрозы, таков он был, безумец как есть. Что бы мы ни делали, он бы искал повод. А тот, кто ищет, тот всегда найдёт.

— Ты прав, — потому что это и ребёнку понятно, — но он уже мёртв.

— Его идеи не мертвы.

— Такого рода идеи так легко не умирают, да. Из привлекательность в простоте и категоричности. Но, если ты не притормозишь, они ещё и получат подтверждение — тебя, типичного монстра, как иллюстрацию того, почему не стоило строить эту Академию… Пищуха, ты старше меня. И, наверное умнее. Но я по себе знаю, сложно быть умным, когда задето самое личное. Также я понимаю, что фоморы от природы намного прямолинейней и проще людей. Но подумай о моих словах. Веришь или нет, но иногда прошлому действительно лучше оставаться в прошлом. Хочешь ты признавать это или нет, но эта Академия, со всеми её плюсами и минусами — шанс построить новое на пепле старого. Не стань тем дураком, который обращает шанс в пепел, только чтобы мстить мертвецам за мертвецов. Потому что поверь, это всегда глупо. Без исключений.

Пищуха на этот раз молчал долго, и энергия ярости растаяла в воздухе, сменившись странной грустью, той самой, что приходит порой с первым снегом и окончательно опавшими листьями.

— Я услышал тебя, божественный посланник. И что же, ты считаешь, я даже своего так называемого хозяина должен простить? — спросил он язвительно, с горьким подтекстом в тоне.

— Тебе решать. Но если честно, мне кажется, ты уже его достаточно наказал. Более того, он сам себя достаточно наказал. Мне не кажется, что ты сможешь лучше… Опять же, мне кажется, наш Бон-Бон планирует в конце этого праздника раскрыть всех, кто убил фамилиаров и заключил конктракты с демонами. Это — часть его плана. Так что… надо ли тебе вообще вмешиваться в это дальше? Просто позволь Фроннам захлебнуться в собственной гнили и превзойди их. Это, в конечном итоге, лучшая месть.

— Я подумаю об этом, — и это больше, чем я ожидал от него услышать.

Пару мгновений эти слова висели в воздухе, но потом он тихо добавил:

— Только вот боюсь, эта ситуация не так уж сильно отличается от предыдущей: что бы мы ни делали, они всё равно найдут повод за нами прийти.

— Ну, они попытаются, — признал я очевидное. — Но этот мир изменился с тех пор, как Ими пришёл сюда.

— И ты правда в это веришь?

— Ну… да и нет. Но я точно знаю, что то, что кажется нормальным на этапе становления государства, выглядит совсем не так много лет спустя, когда существуют законы и ограничения. Когда-то Ими и драконам некуда было отступать и некуда было возвращаться. За его могуществом и идеями стояло отчаяние обречённых, которые потеряли свой дом и сражались, чтобы обрести новый. Теперь всё иначе, и в этом новом мире нужно сражаться по совершенно иным правилам… Бонни надеется, что история с Найделлами сможет стать вашим оружием. И знаешь, я думаю, что в будущем тебе стоит добавить туда же историю твоего подопечного.

Моррид склонил голову набок.

— ..Ты, кажется, начал очень тепло относиться к “Бонни”.

Я вспомнил гаремного кошака и пожал плечами.

— Потому что я его понимаю лучше, чем хотел бы.

Мы замолчали, потому что всё, что могло было быть сказано, уже прозвучало.

Как ни странно, тишина между нами была не слишком напряжённой.

— Слушай, ты скажи своему крысу, что всё в порядке, — вдруг добавил Пищуха совсем другим, лёгким тоном. — А то ещё немного, и он таки решит тебя спасать, а мне только этого и не хватало. И так вон развлекаю спасателей… по мере сил и возможностей…

Я хмыкнул и быстро постучал когтем по крыше в только двоим известном ритме. Сам я никакого чужого присутствия не ощущал, но…

— Ну, спасибо и на том, — хмыкнул Пищуха. — Готовься, там твою хозяйку спасать уже пришли!

Я подскочил, вглядываясь в метель, и…

Ха.

Ладно, это действительно смешно.

— А ну выходи! — рявкнул мужественный герой, пришедший спасать Ван-Ван. — Ты хотел драться? Выходи и дерись!

Подопечный пищухи эффектно материализовался на пороге хижины во всей своей красе…

И растерянно моргнул, разом растеряв весь свой пафос.

— Ты кто?

— Я — твой противник! — воскликнула воинственная дева, восседающая на огромном лесном вепре. — Я прочла твою записку и пришла за своей подругой!

..

Кажется, у кого-то что-то пошло немного не так…

32

Здесь, в мире духов, фамилиары очевидно были намного сильнее, чем в Академии; та же Персик, прямо скажем, внушала. Она рыла копытом землю, демонстрируя серьёзность своих намерений, и полыхала потусторонней зеленью глаз.

Анати на её спине не сильно изменилась, но тоже хороша. Вся эта боевая аура вокруг неё шла ей неимоверно, и я был вынужден признать: девчонка — красавица, когда занимается тем, что ей действительно нравится. Бывают такие люди, которые просто созданы для драк и вызовов, а не для разговоров.

— Ну! — рявкнула она. — Что ты там копаешься? Написал, что украл Ванину и вызываешь на бой чести, бла-бла. Во имя какой-то там справедливости. Ну вот я здесь! Давай сюда свою справедливость!

Парень поморщился.

— Я жду не тебя…

— А я, значит, рожей не вышла! — возмутилась Анати. — Или это потому, что я — девушка?!

Бедняга похититель выглядел так, как будто в целом уже готов рвать на себе волосы.

— При чём тут… Какая разница, кто ты, если ты не Гэвин Фронн?! С ним у нас незаконченный разговор!

Анати фыркнула.

— У, это звучит как очень интересная история… Ну, у меня для тебя несколько новостей. Первая: прости, но Гэвин Фронн, которым ты так одержим, нынче внезапно в тюрьме для магов. Если ты спросишь меня, то это радость для всех и давно пора было. Так что ваше свидание не состоится, и в славной битве буду я вместо него!