«Я мог бы сделать это гораздо легче и с гораздо меньшей болью», — проворчал Найт.

«Сними лучше Кайлира», — сказала она, не обращая на него особого внимания, осматривая хаос, погружаясь в боевой фокус, заряжая свою молнию.

Спрятав разрушитель, она решила сохранить этот элемент преимущества в тайне. Марвеллас действительно верила, что он сломан и что она теперь неуязвима для смерти.

Тайнан и Амая сдерживали натиск, не давая сражению добраться до них. Их навыки в гармонии друг с другом были восхитительно эффективны. Нерида была силой, с которой приходилось считаться в одиночку, используя мощные потоки воды для ударов и манипулируя снегом, чтобы внести бурю внутрь.

Мерцание серебра привлекло её взгляд, и она не знала, как реагировать на Рейлана, бегущего через разрушенную стену в хаос. Он пришёл не для того, чтобы присоединиться к битве или противостоять Марвеллас. Вместо этого Рейлан Эрроувуд мастерски проскользнул сквозь тела, прежде чем исчезнуть за дверью, углубившись в замок, откуда им всем следовало бы бежать, прежде чем их возможность закроется.

Он остался незамеченным всеми, кроме одного другого человека.

Марвеллас сделала шаг в его направлении, и Зайанна не знала, когда граница между врагами размылась, но инстинкт заставил её действовать, снова побежав к Духу, чтобы остановить её от преследования генерала.

Её молния зарядилась к кончикам пальцев, и без раздумий она приняла стойку, выбросив пальцы, чтобы метнуть мощь своей молнии в Духа. Марвеллас почувствовала это как раз вовремя, чтобы развернуться. Взмах её руки изверг вспышку золота, которая столкнулась с фиолетовой молнией.

«Иди за ним», — прошипела Марвеллас своему капитану. *Найту.*

Он смотрел на свою ничего не подозревающую мать, которая даже не удосужилась бросить на него взгляд. Зайанна не могла представить смятение, которое он, должно быть, чувствовал.

Но сейчас она не могла думать о нём. Её потребность в насилии текла так сильно, пока она удерживала внимание Духа, что её магия выходила смертоносным танцем бурь. Инстинктивным, точным и смертоносным. Молния такой свирепой и доминирующей взрывалась из неё, что она едва могла видеть Марвеллас сквозь зубчатые всплески фиолетового.

Дух не атаковала, только защищалась яркими вспышками золота. Затем, когда Зайанна уловила, как её внимание незаметно смещается в сторону, она поняла, что Марвеллас не станет делать из неё цель — не станет рисковать случайно убить её — но могла причинить Зайанне гораздо худший вред, забрав у неё Тайнана или Амаю.

Зайанна не успела бы до них добраться. Она метнула ещё больше дротиков молнии в отчаянной попытке остановить Марвеллас, пока Дух не вторглась в её разум. Зайанна вскрикнула, её движения остановились, но она уже разрывала влияние Марвеллас раньше в своём отчаянии.

На этот раз она опоздала.

Глаза Зайанны расширились, и крик был всем, что у неё осталось, чтобы предупредить Тайнана и Амаю, которые были так сосредоточены на неумолимом натиске солдат Марвеллас.

Мощная вспышка силы Богини ударилась о стену рябящей тьмы. Она видела эти звёздные тени раньше, но никогда такими. Когда барьер, спасший Тайнана и Амаю, медленно опустился, там стоял Кайлир, высокий и мстительный, уставившись на Марвеллас.

Обнаружив, что Кайлир не только сохранил способность к Тенепорту, но что она каким-то образом продвинулась к *большему*, она не могла быть ничем иным, кроме как безмерно облегчённой.

«Довольно!» — заявление Марвеллас сопровождалось захлёбывающимися звуками всех в комнате.

Каждый разум с обеих сторон битвы был захвачен Богиней, которая тяжело дышала, сгорбившись, с маниакальным выражением, пылая над сценой, которую она потеряла под контролем.

Зайанну стало тошнить от вторжения в её разум. Оно держало её неподвижной, как и всех остальных, и она могла вырваться, но нужно было учитывать слишком много других. Тайнана, Амаю, Нериду и Кайлира. Она должна была придумать, как безопасно вытащить их всех.

«Разве эта не стоит больше, чем все они?»

Марвеллас услышала голос своего верного капитана Дэгэла; Зайанна увидела, как входит Найт.

Он сопровождал Рейлана — или, скорее, угрожал генералу клинком у спины — в разрушенный тронный зал.

Зайанна мельком взглянула на то, что Рейлан крепко сжимал. Он рисковал собой, чтобы забрать меч Фэйт, Лумариас. В его навершии был камень Рискиллиус, необходимый им для доступа к храмам Духов, но Зайанна знала, что не поэтому он безрассудно пошёл забрать его для своей пары.

Её бедро внезапно почувствовало себя слишком лёгким, и она с болью в груди задалась вопросом, получит ли она когда-нибудь обратно свой собственный, *Нилхилир*, который забрали у неё, когда заперли.

Марвеллас пылала при виде его, шокированная и подозрительная. «Фэйт Ашфаер?»

«Её здесь нет», — сообщил Найт.

Марвеллас приняла эту информацию за трюк, глаза метались, будто её наследница таилась в тенях, ожидая удара.

«Я хотела пощадить тебя, Рейлан Эрроувуд. Теперь я вынуждена допустить такую трагичную растрату силы», — прошипела Марвеллас.

Найт толкнул Рейлана на колени, и Зайанна должна была напрячься, обеспокоиться, но Рейлан был слишком спокоен, как изучала его Зайанна... готовясь к чему-то, чего она ещё не знала.

«Убей его», — приказала Марвеллас.

Глаза Найта переметнулись на его мать, раздумывая. Напряжение в зале сгустилось вместе с битвой, замершей во времени.

«Разве тебе не хочется удовольствия сделать это самой?» — леденяще спросил он. Найт поднял обычный клинок к горлу Рейлана, и Огненная Птица снаружи издала пронзительный вопль.

*Изайя*, — поняла Зайанна. Должно быть, он.

Марвеллас обуздала своё выражение лица. «Я воссоединю его с Фэйт Ашфаер по кусочкам».

Найт обошел Рейлана с клинком, лежащим на плече генерала. Мгновение движения могло забрать его жизнь, и Зайанна не знала, должна ли она действовать, чтобы предотвратить это... или доверять Найту.

Его леденящий, опущенный взгляд не отрывался от Богини Звёзд. «Нет, не воссоединишь», — сказал он. Его клинок соскользнул с Рейлана, прежде чем он лениво уронил его. Лязг, отразившийся в смертельно тихом зале, был подобен декларации, и именно тогда Зайанна не знала, кого она боялась больше. Найт воплощал более зловещую энергию, чем она чувствовала даже от самой Марвеллас.

«Что ты делаешь?» — прошипела Марвеллас.

Найт засунул руку в карман, так спокойно и собранно, что это было пугающе. Как он двигался, как хищник, и смотрел с *миром* на смерть и кровопролитие, вокруг которых он ходил.

«Оракул, которую ты убила, показала мне, каким был бы мой альтернативный путь судьбы в этом мире. Если бы меня никогда не забрали, если бы я вырос здесь с тобой, *я* стал бы злодеем этого мира».

Зайанна не могла поверить, что он раскрывал себя сейчас. Она рванула взглядом к Духу, которая пылала на того, кого считала своим капитаном, но замешательство от его слов начало оседать в глубокой складке её лба.

Найт продолжил, прежде чем она смогла вставить слово. «Тебе пришлось потерять то, что было для тебя самым ценным, твоего сына*,* чтобы разорвать Эфирные узы и вернуть свою силу всё то время назад, и ты бы сделала это. Даже если бы я всегда был здесь. Величайшая ирония в том, что ты убила бы меня, чтобы остановить. Героический поступок, но в своём горе ты продолжила бы идти по пути, которым идёшь сейчас, веря, что твой план геноцида — это освобождение. Со всей силой, в которую я был рождён, со стремлением к превосходству, которое есть у тебя и моего отца, мой путь был бы неизбежен. Я покорил бы этот континент гораздо легче, чем ты».

Найт зашагал по залу, захватывая всеобщее внимание.

«Во всех бесконечных петлях, по которым путешествует моя судьба, есть только одна, которая показывает мне путь за пределы злодейства. Путь с шансом быть *хорошим*. Мне пришлось следовать за самой яркой звездой. Только Астрея могла найти свет во всей моей тьме. Только она могла любить монстра и показать мне, что свобода не в завоевании или силе — она в любви и ответной любви. Так что, видишь ли, хотя я и убью его, мой отец спас меня, забрав меня отсюда. Иначе я бы оказался таким же, как ты сейчас. Тиран на грани истинного безумия».