— Пока не знаю… но явно видно, что кто‑то в нём копался. Так, посмотрим… — С кропотливой дотошностью Жюль проследил провода, идущие к каждому крошечному электромагниту на клавишах. И тут он сделал открытие. — Слушай, эта машина потребляет достаточно высокочастотного тока, чтобы парализовать человека!

Он взял карандаш и бумагу и, проводя пальцами по стержнями и рычагами, быстро набросал последовательность символов и цифр. Закончив, он уставился на Джорджа широко раскрытыми глазами.

— Вот комбинация клавиш — каждая из которых без изолирующей прокладки! Понимаешь, если сейчас набрать эту последовательность, оператор получит через руку такой разряд, что частота тока парализует его сердечную мышцу!

— То есть… — Джордж помрачнел, — как только эта комбинация будет введена, оператор умрёт, коснувшись этого маленького металлического рычага, запускающего решение уравнения?

— Да. В теле существуют собственные токи, циркулирующие в сердце, а таким образом они бы многократно усилились за счёт гармоник, что парализовало бы сердечные мышцы и привело к смерти. Вот как убили Фриде!

— Боже — так вот как это было сделано! — пробормотал Фанкхаузер, скорее самому себе, чем Жюлю. — Но зачем? В чём причина?

Затем Джордж словно очнулся. Он бросился к телефону и набрал номер. И пока он озвучивал свою просьбу собеседнику на том конце провода, в его голосе звучала почти яростная поспешность.

— Не значится в списках, да?

Он повесил трубку, в его глазах появился жесткий блеск. Теперь нужно было действовать быстро.

В кабинет поднялся полицейский-охранник:

— Мистер Фанкхаузер, мне только что поступило сообщение из полицейского радиоцентра: детектив Вагнер хочет, чтобы вы немедленно вышли на связь. Что-то важное.

— Ок, я сейчас позвоню ему.

В голосе Кипа послышалось облегчение, когда он услышал в трубке Джорджа.

— Господи, я за тебя волновался. Десять раз звонил в твою квартиру. Где ты был?.. А, у Фриде? Слушай, я вышел на след Бишопа. Он живёт на побережье, примерно в десяти милях от Астории, и, думаю, Лонсдейл сейчас как раз направляется туда. Один из патрульных автомобилей сообщил, что оператор заправочной станции у дороги на Вулф‑Крик опознал фотографию Лонсдейла. Сказал, что тот парень останавливался там сегодня вечером. Я собираюсь выдвигаться на побережье, так что поторопись. Встретимся здесь, в управлении!

— Обязательно буду. Мы должны добраться до Бишопа — иначе, вероятно, случится ещё одно убийство!

Не успел Кип удивленно воскликнуть: «Что?», как Джордж повесил трубку. Он поспешно сгреб все бумаги, внезапно обретшие столь высокую ценность, и сунул их в портфель.

— Пойдём, Жюль, я высажу тебя в центре, — крикнул Фанкхаузер, и они вдвоем поспешили к его машине.

Быстро, но не безрассудно быстро, они пронеслись по центральному бульвару, расчищая дорогу властным воем полицейской сирены. Когда они достигли центра города, Жюль, выполнив свою важнейшую роль в раскрытии дела, с некоторой завистью наблюдал, как Фанкхаузер на большой скорости отъезжает от его отеля.

В управлении Кип уже ждал его в длинном скоростном автомобиле — новой каплевидной модели с задним расположением двигателя. Лучшие инженеры-конструкторы превратили этого дорожного монстра в шедевр аэродинамики, способный рассекать ветер на трассе со скоростью 150 миль в час. Разговоров почти не было — Кип был целиком поглощён управлением автомобилем в плотном городском потоке. Затем они поднялись на эстакаду скоростного шоссе, ведущего за город. Приблизившись к супермагистрали Вулф‑Крик, уходящей к побережью, Кип открыл дроссель на полную. Машина почти без усилий мгновенно рванула вперёд. Далеко впереди, в ярком свете фар, прямой линией тянулось гладкое, как стол, шоссе. Машин было немного.

— Хорошо, что я навел справки о Бишопе в университете, — с энтузиазмом начал Кип. — Именно там мне сообщили, что он в творческом отпуске в своём поместье на побережье. В любом случае теперь всё ясно: Лонсдейл направляется к нему. В городе для него запахло жареным, вот он и рванул к Бишопу. Что может быть проще!

Джордж посмотрел на Кипа пронзительным взглядом.

— Насколько ты уверен, что Лонсдейл виновен?

— Ну, все улики указывают на него.

— Но у тебя пока даже нет доказательств, что это убийство, — почти насмешливо заявил Фанкхаузер.

— Кстати, — словно вспомнив что-то, начал Кип, — что ты делал у Фриде?

— Я нашёл неопровержимые доказательства того, что это убийство, Кип. Кто‑то вмешался в работу интеграфа Фриде: если набрать определённое уравнение, оператор получит удар высокочастотным током через левую руку, когда нажмёт на рычаг «решение». Это парализует сердечную мышцу и приведёт к смерти.

Они пересекли границу округа Клатсоп, стремительно проходя длинные повороты между густыми лесистыми холмами. До Астории оставалось совсем немного. За их спиной, в звукоизолированном отсеке, гудел двигатель; звук его выхлопа служил фоном для их то увеличивающих громкость, то затихающих голосов.

— Ладно, достаточно, — воскликнул Кип, — ты раскрыл способ убийства Фриде Лонсдейлом. Чертов хитрец.

— Не так быстро, ты ещё не выслушал меня до конца. Смертельная комбинация, использованная убийцей — это (20b), «смертельное уравнение»!

— Но как ты это выяснил?

— Когда я вернулся к себе, — начал Джордж, — я рассеянно просматривал листы с уравнениями. Некоторые фотокопии тоже лежали на столе. И тут меня вдруг осенило: одно из уравнений было изменено. В (20b) минус заменили на плюс! Это вызвало у меня подозрения, и я решил взять с собой инженера‑эксперта, чтобы осмотреть интеграф Фриде. Если помнишь, я набрал уравнение (20b) на клавиатуре — но оно не убило меня. Смертоносную комбинацию слегка изменили, чтобы я остался жив. А поскольку после того, как были сделаны фотокопии, с этими листами работал только один человек помимо меня, ты понимаешь, Кип, — мы преследуем не Лонсдейла, а Макмиллана!

— Макмиллана? — выдохнул Кип. Затем, спустя мгновение трезвых размышлений, он возразил: — Но он же на пути во Фриско, Джордж.

— Он сказал нам, что вылетает ночным рейсом во Фриско, это верно. Но в списках пассажиров его не было — я навёл справки! — твёрдо проговорил Джордж. — Разве не кажется странным, что он так внезапно ушёл после того, как узнал, что я сделал фотокопии вычислений до того, как он изменил (20b)? Конечно, кажется. Именно поэтому он нанял бандитов, чтобы отобрать у меня портфель, когда я выходил из машины у дома. К счастью, я от них ускользнул.

В глазах Кипа мелькнуло сомнение, но он лишь спросил:

— Почему ты думаешь, что Макмиллан направляется к Бишопу?

— Он утверждал, что не знает Бишопа, но это нелогично: как он мог не знать коллегу по факультету? А даже если не знал, он постарается выяснить, где находится Бишоп, потому что попытается уничтожить все улики против себя. Ещё одна мысль, не дающая мне покоя: у него могут быть свои особые — возможно, фантастические — причины убивать любого, кто исследует теории доктора Фриде. Всё это дело крайне странное — мы можем ожидать чего угодно.

К этому времени они уже глубоко заехали в прибрежную зону. Они миновали перевал Нехалем и быстро спускались в район Седловой горы.

— Кажется, мы почти на месте, — объявил Кип. Далеко впереди на дороге появились два задних фонаря автомобиля. — Интересно, кто бы это мог быть?

Они молча следили за двумя мерцающими красными точками, то исчезавшими за широкими поворотами, то появлявшимися снова. Внезапно машина будто не снижая скорости, опасно накренившись, резко свернула вправо, и скрылась на боковой дороге за холмом. Когда они подъехали к перекрёстку, Кип встревоженно воскликнул:

— Это частная дорога Бишопа к его поместью! Мне говорили, что у поворота есть знак — вот он!

Оба посмотрели на указатель: «Частная дорога: Эвергринз».

Кип уловил взгляд Джорджа.

— Да, должно быть, ты прав. Держу пари, впереди нас Макмиллан!