— Как за себя самого!

— Что ж… Тогда я спокоен. — Я с трудом подавил усмешку. — Принимаю ваше приглашение.

— Отлично! Прошу за мной! — Кислицкий обрадовался куда сильнее, чем я.

«Пока ни слова о заговоре. Впрочем, чего ожидать? Надо его разговорить… О! А они явно собрались не просто так».

— Устраиваете торжество в честь грядущего триумфа? — вбросил я первый крючок. — Скоро же десять.

— Вы невероятно проницательны, Орзо! — Кислицкий оживился, закивал, блеснув золотыми зубами. — Решил, что начало конца этой свиньи Воротынского — идеальный повод собраться компанией единомышленников.

«Вот эти твои единомышленники совсем некстати. Наедине с Кислицким было бы куда проще. Хотя… кто знает, какие тайны они хранят».

Мы поднялись на второй этаж и остановились перед массивными дверями. Хозяин распахнул их и жестом пригласил войти. Моему взору предстал богатый зал, где за самыми большим столом, способным уместить не менее трёх дюжин человек, кучковались всего четверо.

— Дополнительный прибор! И угощений — у нас важный гость! — бросил Кислицкий слугам на ходу и повёл меня к столу. — Орзо, знакомьтесь, это…

— Этот смертный мне знаком, — я сверкнул алыми зенками и с ухмылкой протянул руку Букрееву, который явно опешил. — Николай Андреевич, рад встрече.

— К-константин? — начальник первого отделения муниципальной полиции замялся, изучая мои глаза, но тут же схватил протянутую конечность обеими ладонями и принялся трясти. — А я знал! Знал! Приятно видеть тебя здесь.

— И что именно вы знали? — вкрадчиво спросил я, скрывая недоумение.

— Что ты демон! — выпалил Букреев, наконец отпуская мою руку и смотря на меня с подобострастным восторгом. — Кто ещё может владеть мощной огненной магией, как не демон?

— Сомнительный вывод, — парировал я, тщетно пытаясь отыскать в его словах хоть какую-то логику.

Далее меня познакомили с остальными. Компания подобралась колоритная: глава природоохранной инспекции Котов, председатель жилфонда Абрамов, и единственная женщина — главный бухгалтер Антонина Матвеевна. Я не особо вникал в их должности, но было ясно — все они шишки в муниципальной администрации.

Особняком стоял ещё один участник этого праздника. Рядом с местом Кислицкого возвышался постамент, а на нём — бархатная подушка, где скулило и похрюкивало нечто, напоминающее помесь бесёнка, обезьянки и поросёнка. Кислицкий ласково именовал это проделку химерологов «Валерчиком».

— Что ж! — Виктор Павлович звонко стукнул ножом о бокал, когда мы расселись. — Выпьем за гениального господина Элигоса, благодаря которому свершится то, о чём мы так долго мечтали!

«Ну и идиоты… Может, просто прикончить их всех и не мучиться с доказательствами? Опа… А я и впрямь начинаю мыслить как заправский демон!»

— ЗА ГОСПОДИ-НА ЭЛИ-ГОСА! — я снова перешёл на гортанный рык, запустив в глаза красное свечение и изо всех сил сдерживая хохот.

«Вот бы кардиналы сейчас увидели, как я пью за архидьявола — у них бы инсульт случился!»

Прошло минут десять, а воз и ныне там: беседа кружила вокруг пустяков, и единственным плюсом была возможность набивать желудок, слушая этот поток сознания, но, закончив с мясом, я решил, что пора брать демона за рога.

— Виктор, судя по устроенному банкету, у вас всё получилось. Все амулеты на местах?

— Да, конечно! — Кислицкий закивал с готовностью. — Все восемьдесят.

«Два мы со Златой упустили. Досадно, но не смертельно», — смекнул я, решив не отпускать тему: — Были какие-нибудь проблемы?

— М-м… В общем, да. Есть один момент, — неохотно признался глава орловского муниципалитета. — Воротынский выставил возле складов своих магов, всех досматривают. Вряд ли это как-то связано с нами, а если и так, то уже поздно: до десяти, когда амулеты, подаренные господином Элигосом, сработают, осталось полчаса. К утру все продовольственные запасы Орла придут в совершеннейшую негодность. Вот тогда-то всё и начнётся!

— Господин Элигос поистине гениален, — поддакнул я, почесав подбородок и решив прикинуться простаком. — Настолько, что даже мне не все ходы его замысла ясны. Скажем, что мешает Воротынскому закупить провизию у соседних княжеств? Уверен, даже после потери Чернавы у него остались материальные резервы.

— Так это очевидно! — Кислицкий всплеснул руками, на мгновение застыв в недоумении, но тут же просиял. — Ах да, Орзо, вы же не местный… Из-за, гм, активности ваших соплеменников, пути между княжествами небезопасны. Доставка обойдётся вдвое дороже самого груза! Потому Воротынский и зависит от муниципалитета — то есть от меня. Когда всё случится, этой возможности у него не будет. Муниципальный район продолжит получать продукты, а ему — лишь плесень на корку. Через три-четыре дня в Орле начнётся хаос, и тогда мы начнём действовать…

Хозяин дома принялся сыпать деталями, от которых у меня волосы встали дыбом. Оказалось, ещё до сделки с демоническим лордом Кислицкий вынашивал план не просто насолить князю, а свергнуть его. Орловское княжество должно было пасть, превратившись в Орловский муниципальный округ под его началом.

Очередной бокал развязал Виктору Павловичу язык окончательно: он принялся перечислять все старые обиды, нанесённые Воротынским ему лично и его свите, а заодно восхвалять лорда Элигоса. Неизвестно, сколько бы длилась эта бурная исповедь, если бы не приближающийся час икс.

— А знаете что, господа, и вы, несравненная Антонина Матвеевна! — вдруг оживился Кислицкий. — Предлагаю подняться в мой кабинет, откуда открывается вид на княжеский район, который скоро станет нашим, а с ним и весь Орёл!

Возражений, разумеется, не последовало. Приподняв с подушки химеру Валерчика, хозяин быстро раздал поручения прислуге, и наша процессия двинулась по очередной лестнице. На третьем этаже, перед массивной дверью, слегка поддатый Кислицкий с комичной торжественностью протянул мне своего питомца. Тварь хрюкнула, и я невольно отметил её солидные «достоинства», не оставлявшие сомнений в принадлежности существа к сильному полу.

У самой двери на мою кожу напали мурашки — демонические печати отозвались неприятным резонансом на близость родственной силы.

Кислицкий, со второй попытки попав ключом в замочную скважину, распахнул толстую кованую дверь «секретного» кабинета. Внутри нас ждало классическое логово чернокнижника: круг призыва с жаровней и двумя постаментами, стол, заваленный свитками, книжные стеллажи под потолок и неизменные черепа в качестве декора. Примечательно, что в углу стоял накрытый столик с выпивкой и закусками — видимо, хозяин заранее готовился к этому «экскурсу».

— Котов, запри дверь на все засовы. Чтобы ни одна душа из прислуги не вошла, — распорядился Кислицкий, обращаясь к тщедушному начальнику природоохраны.

— Погоди, — тот щёлкнул последним засовом из трёх и вопросительно уставился на стол с яствами. — А это кто подавал?

— Через мини-лифт, с кухни, — Кислицкий махнул рукой в сторону потайной дверцы в стене. — Расставлял уже сам.

— Давно такого не видел, — хмыкнул Котов, потирая лысину.

— Друзья, поспешим! Остались считанные минуты! Наливайте, не забываем о нашем дорогом Орзо! Я сейчас!

Кислицкий, мелко перебирая ногами, подскочил к противоположной стене, где тяжелые шторы скрывали панорамное окно во всю стену, и с размаху отдёрнул их.

— Что я говорил? А? Как вам вид?

И правда, зрелище на освещённый княжеский район был впечатляющим.

— Скоро всё это будет… — Кислицкий оборвал себя на полуслове, вытаращившись на то, как я пальцем вывожу в воздухе алый круг, вписываю в него ромб и начинаю заполнять рунами. — Орзо? Это что?

— Демоническая магия, — ответил я своим обычным голосом, придерживая Валерчика левой рукой и вписывая младшие демонические руны вдоль полос. — Sildo tabula!

— Как интересно! — восхитилась Антонина Матвеевна, пытаясь похлопать с бокалом в руке. — Орзо, смотрите, у вас и Валерчика рунический знак на лбу алеет и переливается! Завораживающе!