— Проверить все остальные мегаполисы по аналогии. Даже если мы не можем уничтожить патриархов, уничтожение скоплений этих тварей в любом случае принесёт свои плоды, — нахмурившись, приказал князь. Он ненавидел бороться с симптомами, разумно предпочитая уничтожать причину, но сейчас у него не было выбора. Если только сам Павел не вызвался бы на крестовый поход против нежити, что вряд ли, хотя… — Постой, а можешь сейчас позвонить Павлу, я хочу с ним переговорить.

Кислицин, перестав записывать в ежедневник задание, с удивлением посмотрел на князя, затем вытащил телефон и молча набрал номер.

— Павел Повелитель Слов слушает, — раздался в трубке уверенный голос.

— Добрый день, Павел, моё имя Пётр Афанасьевич Долгоруков. Я являюсь непосредственным начальником известного вам дознавателя Кислицина.

— Приятно познакомится, — без заминки ответил Павел. — Вы надумали подписать контракт? Когда мне готовиться к визиту Императора? Только не говорите, что мне придётся лично в столицу тащится. Не люблю я все эти дальние разъезды.

Князь несколько мгновений хлопал глазами, не веря в услышанное. То есть, у Павла даже мысли не проскочило, что они могут отказаться, и весь вопрос лишь в том, где именно придётся подписывать контракт. И что сам батюшка Император обязательно будет подписантом… Это наглость или чёткое осознание своей ценности?

— Я не по этому вопросу, — взяв себя в руки, проговорил князь.

— Вот как, — тут же поскучнел Павел. — С другими гнёздами беда?

— Мы уничтожили все, координаты которых вы нам дали. Но патриархи, умеющие обращаться в магический туман, смогли уйти.

— И не только они, — с явным упрёком сказал Павел. — Вся элита сбежала лишь для того, чтобы найти новое место и быстренько наплодить новых обращённых.

— Вы знали, что так будет, — озарило князя.

— Знал, — не пытаясь отрицать, подтвердил его догадку Павел.

— Хорошо, — вздохнул князь и помассировал переносицу. — Я ускорю процесс вашего оформления и на днях отправлюсь на аудиенцию с Императором.

— Вот и ладно, — явно довольный, сказал Павел. — Пусть ваши сотрудники приедут ко мне через неделю. Я создам артефакты выслеживания упырей и противодействия их туманной форме.

На этом Павел первым положил трубку, а князь тяжело вздохнул.

— Ну, что там? — не выдержал Кислицин.

— Ничего хорошего, — поморщился князь. — Судя по всему мы для него дети неразумные, а потому нас нужно подталкивать в правильном направлении и стимулировать, дабы мы не думали чего лишнего.

— Даже так?

— Ох, Серёга, — князь достал из стола стаканы и бутылку маносодержащего кваса. — И намучаемся мы с этим твоим Павлом.

— Он теперь наш, — ехидно заметил Кислицын, принимая терпкий напиток и опрокидывая внутрь.

— Наш… — вздохнул князь.

Глава 13

Екатерина оказалась неинициированной одарённой. Такое бывало и в моё время. Но тогда неинициированные одарённые встречались крайне редко, ибо магический потенциал всегда рано или поздно находил свою дорогу и проявлялся.

Сейчас же, мана не течёт по миру бесчисленными бурными потоками, а потому, скорее всего подобные случаи стали естественными. Ведь как может проявиться дар пловца, если ты всю жизнь живёшь в пустыне?

Я привёл Екатерину в дом своих друзей, но рассказывать об обстоятельствах нашего знакомства не стал. Если она захочет, то поведает обо всём сама. Всё-таки Екатерине многое пришлось пережить. Да и пугать Григория с Машей тем, что у них под носом орудовали вампиры, не хотелось.

Маша посмотрела на Екатерину, покачала головой и проницательно спросила:

— Вас тоже спас Павел?

— Да, — удивлённо посмотрела на неё Екатерина. — И вас?

Маша с хитринкой в глазах посмотрела на меня, затем на Екатерину и, улыбнувшись, сказала спасённой:

— Пойдёмте, я помогу вам привести себя в порядок. И одежду какую-нибудь подберём.

— Спасибо, — с лёгкой виной и грустью ответила Екатерина, теребя то, что когда-то было одеждой, а теперь представляло из себя лишь оборванные лохмотья.

— Вы ни в чём не виноваты! — с внезапной решимостью произнесла Маша, и они вдвоём поднялись наверх.

— Расскажешь? — обратился ко мне Григорий, провожая взглядом внучку и гостью.

— Если Екатерина захочет — расскажет, — отрезал я. Не хотелось пугать артефактора. Не каждому понравится новость о вампирах в самом сердце его города.

— Ладно, — легко согласился Григорий. — Что планируешь делать?

— Нужны материалы для артефактов. И ещё, Григорий, хотел бы ты стать настоящим мастером?

— Это как? — удивлённо спросил он. Ведь он и так считался одним из лучших артефакторов в городе.

— Вскоре тайная канцелярия сделает большой заказ на два вида артефактов, которых в этом мире никто не умеет делать кроме меня, — ухмыльнувшись, глядя ему в глаза, сказал я.

Григорий несколько мгновений недоверчиво морщил лоб, затем уточнил:

— А я тебе нужен в качестве кого? Помощника? Исполнителя? Поставщика комплектующих и сырья? Арендодателя?

Хороший подход — обговорить всё на берегу. Тем более что раньше Григорий уже предлагал мне работать в его мастерской. Но сейчас он сразу уловил, что я предлагаю нечто иное.

— Если станешь моим учеником и представителем, я научу тебя настоящей артефакторике. Конкурентов у тебя в этом мире не будет.

Да, я решил загрузить Григория, потому что не хочу тратить на это время. С простыми артефактами Григорий справится. А я получу свои проценты. А если что посложнее нужно будет изготовить, так в моих планах оборудовать мастерскую в подвале моего замка. Там благодаря мане условия для работы получше будут.

— Это какой такой настоящей артефакторике? — скептически приподнял он бровь.

— К примеру, — погладил я свою бороду, делая вид что задумался. — Создавать искусственные накопители маны, многозарядные.

Григорий некоторое время настороженно смотрел на меня, хотя блеск в его глазах говорил сам за себя.

— Ты ведь не шутишь?

— Какие тут шутки, — глядя ему в глаза спросил я. — В моё время, эти безделицы были у каждого уважающего себя человека.

— Это в какое такое время? — нахмурился он.

Ну да, всего о себе я ни Григорию, ни Маше не рассказывал, а они и не спрашивали. Да, я говорил про двухтысячелетнюю кому, но Григорий с Машей восприняли мои слова как фигуру речи, а я не стал их разубеждать. И вот теперь пришло время рассказать о себе чуть больше.

— Очень и очень давнее. Когда мир дышал маной, а не задыхался в угарном газе, — с ностальгией вздохнул я. — Так что, ты согласен?

Он всё так же недоверчиво глядел на меня, не понимая, что ответить. А потому я деланно вздохнул, и вытащил из нагрудного кармана небольшую коробочку — доработанный мной артефакт, который он же мне и выделил, и протянул её Григорию.

Тот молча принял вещь и начал её разглядывать. На его носу были артефактные окуляры, которые по идее ему помогали в идентификации магических предметов, но в этот раз, он видимо не поверил им и вытащил из прилавка какой-то массивный инструмент и поместил в него мою коробочку.

Спустя несколько десятков тестов и устройств, Григорий ошарашено оторвался от изучения сваянного мной на коленке артефакта и уставился на меня.

— Кто ты? — прямо спросил он.

— Я всё расскажу, но после клятвы. Это не та информация, которой я могу делиться со всеми подряд.

— А что от меня потребуется?

— Верность своему учителю, то есть мне, и прилежно учится, — улыбнулся я.

Григорий несколько долгих секунд смотрел на меня, словно ища подвох, а потом услышал смех своей внучки со второго этажа. Он встрепенулся, словно сбрасывая оцепенение и на мгновение подняв глаза к потолку, сказал:

— Я согласен.

— Вот и славно. А теперь давай уже разберёмся с клятвой и начнём работать над артефактами. А то скоро уже канцелярские позвонят, начнут канючить что у них никак не получается победить вампирскую чуму.