– Зею по новому закону дроу депортируют на родину, Кассандра была выкуплена орком и увезена в Хаганат, Элнорта пригласили преподавать на медицинской кафедре в Единой Ромалийской Академии Магии, а Мари постоянно рожает детей Родриго, уже третий на подходе, и принять двоих подростков точно не сможет. – Аурора отпила чай и закусила конфетой, про себя она подумала, что, когда ей еще удастся поесть вкусностей с дорогим чаем.

– Я вас понял. На улицах города вы точно не останетесь. Прикасом короля и благодаря спонсорству королевы Элоисы дети, которые потеряли родителей или опекунов могут находиться под покровительством короны или церкви. Есть два пути: первый – вы идете в сиротский дом имени принца Эйнгарда и второй, который вы выберете – приют Триединой. – Шакришах встал со стула и подошел к шкафу, достал из запертого на ключ ящика папку и протянул двойняшкам. – Даю час на оснакомление. Савтра вы собираете вещи, прощаетесь с местом, которое вы насывали «домом», вашей школой и с письмами, которые я для вас сейчас напишу идете в приют.

Рон открыл папку и принялся вчитываться. Рори встала за спину брата и посмотрела в документ из-за его плеча. С каждой строчкой у двойняшек все больше округлялись глаза.

– Вы уверены, что нам это будет под силу? – Рон засомневался в своих силах и способностях сестры.

– Вам нушно уловить момент и проникнуть в комнату матери настоятельницы Софии. Там в сейфе, код добудете сами, есть документы о всех денешных оборотах приюта и церкви при приюте. Есть подосрения, что они промышляют чем-то несаконным. Встречаться мы с вами не смошем как раньше, поэтому записки с ходом дела будете передавать черес молочника. Он приносит молоко в приют кашдое утро. Если вы поймете, что са всем стоят высокопоставленные чиновники или церковная элита, то пишите мне и я снимаю вас с садания. Понято? – Змей действительно не хотел как-либо навредить двойняшкам и беспокоился о них.

– Мы поняли. Постараемся сделать максимум. Но! Заведи для нас банковскую ячейку, если операция пройдет успешно, то переведи на нее три своих жалования. – Рон не хотел так просто соглашаться на условия и так несколько лет работали за чай и «спасибо», да и его иногда не было.

– С чего это я вам еще и денег давать долшен? – Змей искренне не понимал просьбу мальчишки.

– Мне все перечислить? Шпионаж, взлом комнаты, риск быть пойманными и наказанными… Мы слышали, как бьют детей в приютах. Дальше перечислять? – Рон не собирался подставлять себя и сестру только ради возможности поесть конфет.

– Хорошо, будет вам ячейка. Полошу туда два своих шалования. Это четыреста руний. Хватит снять комнату и несколько месяцев жить не голодая. Согласны? – Наг протянул руку для закрепления сделки. Рон встал и пожал ему руку в ответ, после него это сделала и Рори. Так закончив вечер двойняшки, вышли из кабинета.

– Знаешь Рон я до последнего не верила, что тебе удастся раскрутить хитрого змея на деньги. – Отойдя, на безопасное для разговоров расстояние сказала Рори.

– Кроме нас у него никого нет, иначе уже давно бы разобрался и не стал писать настоятельнице о просьбе взять двух беспризорников. И то, я сомневаюсь, что просьба будет от его имени. Иначе нас раскроют очень быстро. – Рон не сильно разделял предвкушение сестры по поводу денег. Он хорошо запомнил, что за вознаграждение нужно хорошенько поработать.

– Завтра и узнаем. Надо будет забежать с утра в школу и попрощаться со всеми.

– О да, как же твой Латис будет без тебя жить… «Рори как дела? Как настроение? Эти маки так похожи по цвету на твои волосы. Твои глаза как снежинки». Я до сих пор не понимаю, как ты умудрилась его стукнуть тогда, что он все это время бегал за тобой.

– Без понятия брат мой. Кстати, почему «снежинки»? Это он намекает, что глаза разные? Рон! У меня что-то с глазами. Только честно. – Рори изобразила панику и повернулась к брату вытаращив на него глаза.

– Да. Все плохо. Они у тебя бесстыжие и наглые. – Рон, посмеиваясь не заметил, как они подошли к уже бывшему дому. – Ну что, последняя ночь на старом месте. Больше никаких страстных звуков, обнаженных проституток и разноцветного интерьера.

– Без этого тебе будет очень плохо. А когда ты начал присматриваться к голым работницам? Когда появится наш дом я запрещу тебе делать ремонт, а то судя по голосу ты будешь скучать по красным будуарам и холлам. Про выбор картин вообще говорить не буду. – Рори подняла голову и посмотрела на горящую вечером вывеску «Жемчужина». Она не хотела признавать, что и ей это место останется дорого навсегда.

– По поводу девушек, то это естественно. Мне уже четырнадцать и некоторые предлагали мне совсем бесплатно воспользоваться услугами. Даже подарили на день рождения сертификат, но я воспользуюсь им позже. Может получиться обменять его на что-нибудь полезное.

– А мне подарили набор карандашей. Теперь ясно кто был любимчиком. Ладно, пойдем собирать вещи и спать. Завтра чувствую будет тяжелый день.

Утро следующего дня началось слишком быстро для двойняшек. Закончив сборы и поболтав со знакомыми работницами, они не заметили, как стрелки часов показывали почти утреннее время. Поспав несколько часов и напоминая парочку зомби, Рори и Рон последний раз поели в общей столовой и уже собрались покинуть заведение, но голос хозяйки заведения остановил их.

– Мелюзга, а ну подошли ко мне. – Всегда ярко накрашенная худая, будто высохшая, пожилая женщина, неизвестного науке возраста, вошла в столовую.

– Вы что-то хотели госпожа Роза? – Ауроре было очень интересно, что хотела от них женщина, которая еле их терпела в заведении.

– Я хочу сказать, что все года вы были бельмом на глазу «Жемчужины» и хорошо, что в моем заведении больше не будет двух маленьких засранцев, которые своими ручками портили все до чего достают, орали, блевали, болели и портили впечатление клиентов. Надеюсь, вы найдете свое место в жизни, но, если нет приходите ко мне после шестнадцатилетия, не долго ждать, и я, так уж и быть, смогу взять вас на работу. Что-что, а внешность Анны и вашего неизвестного отца сделала вас красивыми. Рон, про тебя, кстати тоже спрашивали. Буду ждать вас.

– Спасибо за теплые слова, госпожа Роза. Будьте уверены мы много добьемся в жизни, но по большей части благодаря мозгам. – Рон ответил с улыбкой, а в мыслях было только желание врезать старухе по лицу и смотреть как из ее поганого рта вылетают зубы.

– Всего плохого, госпожа Роза. Мы пойдем, пожалуй. Всем до свидания. – Прокричав последнюю фразу Рори взяла брата за руку и вывела его из помещения и захватив оставленные в коридоре они вещи вышли на улицу. – Ну что, теперь пойдем в школу. Попрощаемся и возможно там тоже узнаем о себе новенькое.

Двойняшки шли по старым переулкам квартала удовольствия, запоминая каждый дом и украшения улиц. У обоих было ощущение, что в это место, где они прожили всю свою жизнь они не вернуться еще долго.

Дойдя до школы и прикупив по пути вкусных пирожков с капустой, Рори и Рон вошли в класс, где уже двадцать минут шло занятие. Все, кто находился в помещении повернули головы на звук открывающейся двери и только две первые парты были пусты.

– Аурора, Аурон, вы опоздали на урок. За все четыре года с вами такого не было, поэтому прощаю. Но чтобы в последний раз! – Учитель Латис покачал пальцем в знак недовольства. – Садитесь быстрее.

– Сеньер Латис. Мы хотим сказать, что учиться в школе больше не будем. Из-за отсутствия опекунов и не возможности платить за обучения с этого дня посещать ваши занятия мы не можем. Нас отправляют в приют Триединой. Мы зашли лишь попрощаться. – Рон говорил четко и медленно, на его лице застыла безэмоциональная маска, но в душе он чуть ли не плакал от того, что придется отказаться от любимого занятия в школе.

– Да, Мари что-то говорила о том, что вам нужна помощь и место, но я думал кто-нибудь из «Жемчужины» вам поможет. Я бы и бесплатно вас учил, но место жительства предоставить просто не могу. Очень жаль. – Родриго совсем забыл о разговоре с женой. У него есть свои дети о которых нужно позаботиться и как бы он хорошо не относился к двойняшкам, «своя рубаха ближе к телу».