Рино долго пытался понять, что именно ему не нравится в решении продолжить миссию, а потом понял: всё. Но больше всего его задевало то, что происходит с Мирой.

Она должна была помогать ему прямо сейчас. Она же инженер, это ее основная работа! Но вместо этого Мира просмотрела чертежи, которые он предложил, кое-что подправила, выдала ему в помощь механика – и отправилась к разлому. Рино дал ей отличный шанс отказаться от погружения, а она почему-то настояла на том, чтобы все равно сунуться в черную воду.

Она все чаще вела себя как кочевница, и это настораживало. Рино с легкостью принял всю эту историю с ликвидатором, потому что тогда Мира была не виновата. Да она чуть ли не младенцем была, когда над ней какие-то яйцеголовые поиздевались! Поэтому Рино не собирался от нее шарахаться даже теперь, когда для многих она стала чем-то вроде чудовища.

А сейчас она предпочитала остаться с кочевниками, и он не знал, как на это реагировать. Убеждать себя, что она вынуждена так поступить, становилось все сложнее. Самой Мире наверняка казалось, что она ведет себя правильно, ее работа идет на пользу станции. Отчасти так и было, но… Есть станция, а есть ее собственная душа. Рино не так уж хорошо разбирался в делах кочевников, однако он подозревал, что однажды вернуться к жизни обычного человека у Миры уже не получится.

– Э, ты не видел изолятор? – Механик похлопал его по плечу, будто сомневался, что Рино услышит, стоя в двух шагах от него.

Рино все время забывал, как его зовут. Мира, конечно, их представила, но там было что-то крайне непримечательное – то ли Ник, то ли Майк, то ли Дик… Да и какая разница? Рино не видел причин запоминать имя того, с кем им дальше даже встречаться не нужно, не то что работать.

Может, все было бы иначе, если бы механик оказался хоть сколько-то интересен, да не сложилось. Нашивка на форме указывала, что он из заключенных, он и не скрывал, что не хочет здесь находиться. Умом он не отличался, к самоанализу тоже явно был не склонен. Судя по мрачному виду, с которым он смотрел на всех без исключения, он был из тех преступников, которые всех вокруг считают виноватыми в своих проблемах.

Но он выполнял работу как нужно, и этого было достаточно.

– Там, в контейнере должен быть, – Рино махнул рукой в сторону дорожки, по которой они сюда пришли.

Для переделки вездехода им выделили отдельную поляну. Сканеры определили, что здесь поверхность предельно тонкая, ее легко можно будет пробить. Это делалось для того, чтобы батискаф, который потеряет возможность перемещаться по суше, можно было сразу отсюда погрузить в воду, создав вторую точку входа для исследований. Ну а как вездеход он добрался к нужной поляне без проблем, еще и двух человек довез.

Оборудование же перемещали роботы, сейчас они оставались рядом с контейнерами. Когда работа будет закончена, с их помощью проще добраться обратно в лагерь. Расстояние получилось внушительным, однако более подходящего места поближе не нашлось, мешало тугое переплетение корней.

Теперь работа была почти закончена. Ничего сложного, ничего неожиданного: Рино справился бы и один, помощник требовался ему лишь для того, чтобы все прошло быстрее. Хотя здесь работать не тяжело… Воздух свежий, спокойно, широкие листья спасают от палящего солнца. При всей своей настороженности и отвратительном настроении Рино все равно мог понять, за что эту луну полюбила группа Лэнга, почему они хотели остаться здесь навсегда.

Правда, не остались… Рино уже не верил, что они найдут поселение. Скорее всего, экспедиция улетела, а маяк по какой-то причине оставила – то ли из-за поломки, то ли чтобы найти эту луну, если понадобится.

Рино не знал, сложится ли все иначе для их группы, тут многое зависело от того, что они обнаружат в океане. Пожалуй, ему следует самому пилотировать батискаф… Тогда получится помочь Мире, причем не только в исследованиях, в самом понимании, что ей не обязательно объединяться с кочевниками, ее примут и люди!

Но прежде, чем заниматься этим, нужно было довести до ума батискаф. Осталось совсем чуть-чуть, те самые завершающие штрихи… И Рино уже начинало раздражать то, что на них тратится так много времени.

– Эй, где ты там? – позвал он, отстраняясь от работы.

– Тихо! – откликнулся откуда-то со стороны механик.

Это уже что-то новенькое… Все то время, что они работали вместе, уголовник особого уважения не проявлял, но и не наглел. Теперь же он шикнул на Рино так, будто совсем забыл свое место. А с чего бы?

Это удивляло настолько сильно, что Рино пока даже злиться не стал. Он спустился по трапу, но не шагнул на землю, он и так увидел своего помощника. Механик все еще находился возле ящика с инструментами, однако изолятор там не искал, он разглядывал что-то в высокой траве.

– Что там? – спросил Рино.

– Зверюга какая-то… – отозвался механик. – Мелкая!

Понятно, что мелкая, потому Рино и не заметил ее изначально. Но, присмотревшись, он разглядел, как в траве и правда шевелится что-то белое, покрытое густой шерстью.

Это было ново… и непонятно. Умники из научного отдела уже сказали, что на поверхности никто не живет! А если оно вылезло из воды, с чего бы ему пушистым быть? Хотя, может, это и не мех вовсе… Во время миссий в колониях Рино доводилось видеть существ, покрытых длинной ядовитой чешуей, идеально имитирующей волосы.

– Не трогай его! – велел пилот. – И отойди!

– Да чего шарахаться, начальник? Он сам меня боится!

– С чего ты взял?

– Ну, он отшатнулся, когда я подошел…

– И тем не менее, он еще здесь. Не трогай его.

– Да не собираюсь я его трогать руками, я что, идиот, что ли? Тут есть контейнер, в который оно поместится!

– Никак не трогай, – настаивал Рино, игнорируя вопрос, ответ на который казался очевидным обеим сторонам, даже при том, что ответ получался разным.

Рино уже знал, что механик его не послушает. Может, в принципе на повиновение не способен, а может, пытается доказать и себе, и окружающим, что имеет право принимать самостоятельные решения даже после приговора.

Все могло закончиться не так уж плохо. Рино видел, что механик, при нелепости самого решения, действует вполне осторожно. Он не снимал перчатки, он подготовил контейнер и даже потянулся за манипулятором, чтобы подхватить существо… Но взять инструмент он так и не успел.

Существо, до этого сонно копошившееся в траве, рванулось вперед резко и быстро. Не было никакого предупреждения, и механик его не провоцировал, не успел просто. Он оказался достаточно близко, и существу этого хватило, чтобы изменить поведение.

Оно оказалось совсем не маленьким. Они просто не разглядели его толком, и то, что проявилось в траве, было лишь частью чего-то большего. Оно вырвалось из укрытия, обвилось вокруг запястья механика, и стало ясно, что это щупальце, уходящее куда-то в густые заросли.

Механик только и успел, что обернуться, посмотреть на Рино с нескрываемым ужасом, но не крикнуть… Крикнуть он уже не смог. Существо резко дернуло его, потащило в сторону, однако среди растений он не скрылся. Вместо этого он оказался прижатым к земле в нескольких метрах от границы поляны.

Судя по нечеловеческим крикам, разрывавшим теперь пространство, существо не просто удерживало жертву, оно что-то делало с ней. Со стороны казалось, что оно вдавливает пойманного человека в землю… Но в этом ведь не было никакого смысла! Рино не собирался гадать, он поспешил вперед, на ходу доставая из-за пояса пистолет.

Однако вмешаться он так и не успел. Он только-только ступил на землю, как из того участка зелени, где только что кричал механик, взвился в воздух кровавый фонтан – а крики как раз затихли. Рино застыл на месте, отказываясь верить… и зная, что неверие его не спасет. Ему нужно было понять, как быть, что вообще можно сделать, только вот и время на размышления у него отняли.

Поверхность под его ногами содрогнулась. Сильно, а потом еще раз, и еще. Сначала ему удалось удержать равновесие, но последующие толчки его все-таки повалили. Вокруг него волновались гигантские растения и слышался чудовищный треск, намекавший на то, что вот-вот случится…