В центре всего была рукопись, но туман наползал даже на исписанные листы…
Из тумана проглядывало здание редакции ежемесячного литературно-художественного журнала «Литературная жизнь». Светлый фасад оплетал тонкий узор молодого плюща. Редакция устроилась на углу Смоленской площади и Рещикова переулка, и ее большие глазастые окна с треугольными сандриками и рокайлями будто вглядывались в прохожих, высматривая начинающих талантов.
Окна смотрели мимо Виктора Раковского, который пересек площадь, взбежал на низкое крыльцо и толкнул дверь.
Письмо Эмиля Дмитриевича Таюрина, главного редактора «Литературной жизни», вызвало в Раковском вспышку раздражения. Он только-только вернулся из «Барвихи», полез разбирать почту – и получил под дых.
А ведь «Немота» – его лучшая, цельная и искренняя вещь! Никогда раньше он так увлеченно не относился ни к одному своему произведению, даже к нашумевшему дебюту «Голос». Но Эмилю Дмитриевичу и смысл не тот, и вектор не туда смотрит. Нужна, видите ли, существенная перепашка. Не строчечная правка, а решительное переформатирование!
Внутри здание казалось гораздо просторнее, чем снаружи. Витые колонны, дубовые панели, каскадная хрустальная люстра в лестничном проеме. Раковский поднялся по широкой лестнице, вошел направо в прихожую и повесил кепку на крюк. Прежде чем открыть дверь в приемную, он нерешительно потоптался на пороге, словно какой-нибудь автор самотека, преисполненный смутных надежд и робеющий перед редакционными тайнами.
За овальным секретарским столом восседала молодая девка, круглолицая и курносая, как Катька из «Двенадцати» Блока. Раковский видел ее впервые. Куда делась седовласая Мария Николаевна Пуща, которую в редакции звали Беловежская?
– Здравствуйте, – выдавил Раковский.
Секретарша неторопливо лизнула клапан конверта – язык у нее был мясистый и алый, с белым налетом на кончике, – заклеила письмо и только потом с дерзким любопытством посмотрела на Раковского.
Величественную приемную заливал яркий электрический свет. Окна были занавешены, и Раковский от растерянности не смог вспомнить, куда они выходят, на площадь или во двор.
– К кому?
– К шефу, – сказал Раковский, – к Эмилю Дмитриевичу.
– По поводу командировки?
– Нет. По поводу рукописи.
– Как представить?
– Раковский.
– Ждите! – Секретарша исчезла за дверью с табличкой «Главный редактор Таюрин Э.Д.».
Раковский опустился на венский стул, обитый бархатом. В приемную выходило шесть дверей. На стенах висели картины; из всех полотен Раковский узнал только «Читающего журнал» Ростислава Барто.
– Заходите! – Секретарша сделала в сторону Раковского беглый жест и шмыгнула к столу.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
