ГЛАВА 14

Этот момент исчез так же быстро, как и наступил. Он отпустил меня, отступив немного назад, чтобы взять за руки. Кто-то дернул меня за запястья. Щелчок. Узел перестал давить. Я был свободен.

Его руки переместились на мои, чтобы потереть место, где только что был узел, я остановил его, схватив за руку. Я не мог его видеть, но, наконец, у меня появилась возможность по-настоящему прикоснуться к нему.

Я начал с его руки, исследуя ее.

У него были длинные тонкие пальцы с грубыми костяшками, крупные сильные запястья. Я медленно провел рукой вверх по его руке. На его предплечье были волосы, но не слишком много, а затем моя рука оказалась в его рукаве, который на ощупь был как шелк. Я поднял руку выше. Его предплечье было массивным и твердым. Я сдвинул руку выше, исследуя его плечо. Мне всегда казалось, что он коренастее меня, и, ощупывая его сейчас, я понял, что был прав. Он был немного ниже меня, но гораздо шире в плечах. Я опустил руку на его грудь. Его рубашка была расстегнута, и я почувствовал гладкую кожу на твердых мышцах. На его груди почти не было волос. Оба соска были проколоты тонкими металлическими кольцами. Я медленно провел рукой вверх по нежной коже его шеи. Мои пальцы нащупали странный выступ в том месте, где шея переходила в плечо. Я перестал его ощупывать.

- Это шрам, - сказал он. - После войны. Я чуть не умер от потери крови.

Я знал об этом шраме больше, чем он предполагал. Я поднял руку еще выше. У него было проколото ухо в двух местах, простая шпилька в мочке и кольцо повыше. Я почувствовал кончиками пальцев его волосы. Мой большой палец был у него на виске, и я провел им назад, вдоль его виска. Он не был выбрит полностью, волосы там были короткими. Выше они были длиннее, очевидно, уже начали отрастать и торчали вверх. Неудивительно, что я чувствовал их на своих щеках, когда он целовал меня в шею. Мои пальцы прошлись по ирокезу у него на затылке. Волосы там свисали на несколько сантиметров ниже затылка.

- Какого они цвета? – спросил я.

- Черные. - Он рассмеялся. - В основном. - Он взял мою руку и поднес ее к своему виску. - Красные здесь. - Он поднес мою руку к месту у себя за ухом, почти на затылке. - Фиолетовые здесь. - Он снова засмеялся, и я понял, что он смутился. - Я тщеславный человек, Тристан. Я провожу перед зеркалом до смешного много времени, прежде чем ты приходишь, хотя знаю, что ты меня не видишь.

Это признание заставило меня улыбнуться. Я пошевелил пальцами, с нетерпением ожидая возможности внимательно изучить его лицо. Это было странно. Я раньше никогда не ощупывал ничьих лиц, поэтому понятия не имел, как воплотить в образ все, что я чувствовал. Я остановился на том, что мне было легко представить: тонкие брови, гладкие щеки, крошечная ямочка на подбородке. Его губы…

Я знал, на что они похожи. Я наклонился и поцеловал его. Раньше всегда между нами были мои связанные руки. Наконец, я смог почувствовать его тело рядом со своим и обнять его.

Он крепко прижал меня к себе. Это было восхитительно, но этого было недостаточно. В нем было так много всего, чего я до сих пор не знал.

Я прервал наш поцелуй, упав перед ним на колени.

Я расстегнул его рубашку и ощупал его живот. Он был гладкий и плоский, но не слишком твердый. В нем чувствовалась какая-то мягкость, намекающая на относительную роскошь, в которой он жил. Я нащупал пуговицы на его брюках и расстегнул их.

- Тристан, - сказал он хриплым от возбуждения голосом.

- Ш-ш-ш, - сказал я. Чего бы он ни хотел, это могло подождать. Я расстегнул его брюки и провел руками ниже по животу.

Волосы начинались чуть ниже его пупка - не густые, но и не просто дорожка. Редкие волоски внизу живота становились все гуще по мере того, как мои руки медленно опускались ниже. Мои пальцы, наконец, нащупали его член, толстый и твердый в том месте, где он выглядывал из-под жестких волос, которые, как я теперь знал, должны были быть черными.

- О боги, Тристан, - простонал он, когда мои пальцы двинулись вверх по его стволу к кончику.

В головке его члена было толстое металлическое кольцо. Он не был обрезан. Большинство мужчин не были обрезаны, но иногда все же попадались мужчины без крайней плоти. Я провел пальцами по стволу до упора. Я почувствовал, как его пальцы вцепились волосы, притягивая меня к нему. Я открыл рот и впустил его внутрь.

Он был плотным и солоноватым. Металлическое кольцо на моем языке было холодным. Хотя он крепко сжимал пальцами мои волосы, его бедра не двигались. Он стоял совершенно неподвижно и позволял мне исследовать всю его длину ртом и руками. От него исходил потрясающий мускусный мужской запах. Я позволил его длине скользнуть глубоко в горло, зарываясь носом в его густые волосы. Его запах был сильным и невероятно возбуждающим, и я застонал.

- Тристан, - повторил он хриплым шепотом. Он запустил руку в мои волосы, чтобы оторвать меня от своего члена. Он приподнял мою голову, словно заставляя посмотреть на него. - Не наденешь ли ты что-нибудь еще для меня?

Одна только мысль об этом заставляла меня слабеть от возбуждения. Он должен был видеть, что это со мной делало - как учащалось мое дыхание, какую слабость это во мне вызывало.

- Да.

Он поднял меня на ноги. Он остановился, чтобы поцеловать меня, но это длилось всего мгновение, а потом его руки начали срывать с меня одежду. Я помогал ему только тем, что стоял неподвижно и покорно, пока он раздевал меня. Его прикосновения были восхитительными. От его тихих, негромких стонов, пока он обнажал меня, у меня кружилась голова. Мысль о том, что должно произойти, причиняла мне боль. Он что-то вложил мне в руки. Я ощупал это, определяя, что это за предмет из моей сумки. Ткань была тонкой и эластичной, слегка шероховатой и колючей. Это были колготки, полностью сшитые из черного кружева. Было нелегко найти пару, которая подошла бы мне по размеру. Он прижался ко мне, и мне показалось, что я почти могу почувствовать, как он напряжен.

- Пожалуйста, - сказал он, и его голос дрогнул.

- Мне будет легче надеть их, если я сяду.

Он провел меня в комнату, в тот угол, где я никогда раньше не бывал, и мягко подталкивал меня назад, пока я не сел на то, что могло быть только его кроватью. У меня перехватило дыхание, когда я понял, где нахожусь и куда направляюсь. С ним.

Мне потребовалась минута, чтобы разобраться с колготками, но, в конце концов, я отделил переднюю часть от задней. Первые несколько раз, когда я пытался надеть колготки, я рвал их, пытаясь натянуть их прямо по ногам, но с тех пор я научился делать это правильно. Я собрал ткань в руках, чтобы можно было просунуть пальцы ног прямо в нижнюю часть чулка. Сначала в один чулок, затем в другой. Я встал, чтобы натянуть их до конца. Они были сшиты для стиля, а не для удобства. Кружево было эластичным и немного грубоватым, доходя до самой талии. Они обхватывали мою мошонку и восхитительно потерлись о мой возбужденный член. Я стоял неподвижно, ожидая, что он что-нибудь скажет.

- Пресвятая матерь богов, - сказал, наконец, он, - ты восхитителен. - Это замечание заставило меня улыбнуться. - Повернись, - сказал он. - Я хочу посмотреть со спины.

Я подчинился и услышал, как он застонал.

- Забирайся на кровать, - сказал он.

Я забрался на нее на четвереньках, повернувшись задницей в направлении его голоса. Он снова застонал.

- Тристан, каким бы самоконтролем я ни обладал, я потеряю его в тот момент, когда прикоснусь к тебе.

Его слова заставили меня вздрогнуть. Я не был уверен, что мои руки смогут меня удерживать.

- Хорошо.

Звук, который он издал, был больше похож на рычание, чем на стон.

- Ложись, - сказал он.

И я подчинился.

ГЛАВА 15

Я лежал на животе, дрожа в предвкушении. Колготки заставляли чувствовать себя безвкусной дешевкой, и все же я обнаружил, что это ощущение дешевизны, в свою очередь, невероятно возбуждает меня. Я хотел, чтобы меня трахнули.