Рецензенты, комментаторы и все прочие лица, претендующие на способность отличать хорошее письмо от плохого, никогда не подвергались справедливой проверке. Автор желал, чтобы все авторы всех текстов, которые могли бы считаться литературой, либо отказались давать названия своим текстам, либо давали каждому тексту своё название. Если бы мир был таким, как он хочет, сказал автор человеку, упомянутому ранее в этом абзаце, читатели могли бы узнать об авторе любого текста только то, что, как им казалось, говорил сам текст, и тем, кто претендует на мастерство комментирования текстов, пришлось бы приложить немало усилий, пытаясь установить, какой из множества текстов, публикуемых каждый год, принадлежит тому или иному ранее опубликованному автору. В этом мире, сказал автор вышеупомянутому человеку, ни один человек, претендующий на звание эксперта по комментированию текстов, не сможет хвалить или порочить какое-либо произведение, будучи уверенным в том, что он или она знает, кто является автором этого произведения, и знает, что другие тексты того же автора были похвалены или порочены другими людьми, претендующими на звание эксперта по комментированию.
Таким образом, автор прожил около тридцати лет. Теперь ему оставалось всего несколько лет до выхода на пенсию по программе досрочного выхода на пенсию, которая позволяла учителям, работающим на государственные должности, уходить с работы после пятидесяти. Он рассчитывал, что после выхода на пенсию соседи его оставят в покое. Любой, кто слышал, что он писатель, подумал бы, что он просто ещё один мужчина средних лет, пытающийся на пенсии заниматься тем, о чём мечтал, зарабатывая на жизнь. На пенсии он был практически избавлен от необходимости притворяться. И всё же он намеревался, в качестве дополнительной гарантии своей конфиденциальности, никому из бывших коллег не рассказывать, где собирается жить после выхода на пенсию. За время своей карьеры он поддерживал хорошие отношения со многими коллегами, но никого из них не считал другом. У него не было друзей, хотя женщина, которая зашла ко мне в номер, была довольно близка ему. Он много лет знал, где хочет провести свою пенсию, и свой последний переезд в качестве учителя сделал в месте, далеком от того, куда собирался выйти на пенсию. Окончив свою последнюю школу, он сказал коллегам, что намерен взять длительный отпуск, прежде чем решить, чем заняться. На самом деле он собирался потратить свои сбережения на покупку коттеджа в крошечном городке N на одноимённой реке. (Я запомнил только первую букву этого названия.)
Этот человек много размышлял над выбором места, где он проведёт остаток жизни. Он знает, что Тасмания считается горной и лесной страной, но посёлок N. расположен недалеко от центра крупнейшего на всём острове района преимущественно равнинных пастбищ. Выйдя на пенсию, автор будет видеть горы и леса вдали, но вблизи его будет окружать преимущественно ровная и покрытая травой местность.
В портфеле, который оставила мне женщина, почти две тысячи страниц. В правом верхнем углу каждой страницы указана дата. Самая ранняя из этих дат относится к концу 1950-х годов; самая поздняя — к этому году. (В тексте на многих страницах указаны другие даты, но они относятся к другому календарю.) Если бы страницы представляли собой литературное произведение, я мог бы сообщить, что первая тысяча или около того представляет собой введение к произведению, а остальные страницы — фрагменты, выбранные через определённые промежутки из основного повествования. Если бы страницы представляли собой литературное произведение, я мог бы описать его как роман с тысячами персонажей и бесконечно запутанным сюжетом.
Автор страниц в портфеле представил себе островную страну примерно такой же формы, как Тасмания, но примерно вдвое большей площади и вдвое большего населения. Название страны — Новая Аркадия.
Островная страна Новая Аркадия расположена своей средней точкой на пересечении 145-го меридиана к востоку от Гринвича и линии широты в сорока градусах к югу от экватора на планете, география и история которой схожи с земными, за исключением того, что на воображаемой планете нет страны, соответствующей стране Австралия. Из прочитанных страниц я пока не узнал, входит ли Новая Аркадия в Британское Содружество Наций и какова система управления страной. Население Новой Аркадии имеет схожее расовое происхождение с населением Тасмании, каким оно было в 1950-х годах, за исключением того, что в Новой Аркадии значительно меньше людей ирландского, шотландского или валлийского происхождения. Менее заметная разница показалась мне, когда я пролистал страницы. Жители Новой Аркадии, владеющие скаковыми лошадьми (составляющие чуть большую долю населения, чем в Тасмании), часто выбирают своим лошадям такие имена, которые мало кто из тасманийцев способен придумать. В примечании на одной из первых страниц объясняется, что автор позаимствовал многие названия новоаркадийских скаковых лошадей из книг, которые он постоянно брал в библиотеках. Однако, когда я читал на этих страницах такие имена, как «Схолар-Джипси»,
В фильмах «Lauris Brigge», «La Ginistra», «Clunbury», «Das Glasperlenspiel» и «Into The Millennium» я поймал себя на мысли, что думаю не об учителе начальной школы, сидящем в одиночестве вечером в обшарпанной гостиной, а о мужчинах — и нескольких женщинах —
листая книги в библиотеках или на верандах просторных домов, расположенных среди групп деревьев и широких лужаек на обширных просторах преимущественно ровной сельской местности.
Читатель должен был догадаться по содержанию предыдущего абзаца, что страницы, которые я просматривал или о которых писал большую часть этого вечера, а также дня, предшествовавшего ему, и утра, предшествовавшего дню, являются частью подробной хроники скачек в Новой Аркадии с конца 1950-х годов почти до настоящего времени. Введение к хронике содержит, среди прочего, карты ипподромов Новой Аркадии, списки всех владельцев, тренеров и жокеев страны, сведения обо всех основных племенных заводах, сводки годовых балансов всех скаковых клубов... Подавляющее большинство страниц, оставшихся у меня, заполнены подробностями отдельных скачек, но на протяжении всей хроники я находил заметки автора, объясняющие его методы создания воображаемого мира. (Похоже, он с самого начала предполагал, что тот или иной читатель когда-нибудь увидит его текст.) В дополнение ко всему этому содержанию, страницы также включают в себя примеры страниц из обширного индекса всех лошадей, которые скакали в Новой Аркадии за последние тридцать лет, причем каждая гонка, в которой участвовала каждая лошадь, указана под порядковым номером рядом с кличкой лошади.
В Новой Аркадии ежегодно проводится около 1400 скачек. Из одной заметки я узнал, что автор так и не достиг своей главной цели – сообщить о каждом забеге все детали, которые можно определить с помощью разработанного им метода проведения скачек. (Он использует именно этот термин. Одна из его заметок начинается так: « Я проводил по три скачки каждый вечер на прошлой неделе …»). К таким деталям относятся колебания ставок на каждого участника; сумма, если таковая была, вложенная в лошадь владельцем(ями), тренером и доверенным лицом жокея; и – что заняло больше всего времени – положение каждой лошади после каждых двух-трёх фарлонгов каждого забега.
Автор участвует в гонке, обращаясь к отрывку из прозы, выбранному наугад из той или иной библиотечной книги, которую он просматривает в поисках названий лошадей Новой Аркадии. После многих месяцев экспериментов он, будучи молодым человеком в 1950-х годах, решил, что каждая буква алфавита будет…
Имеют определённое числовое значение. Перед началом забега имена стартующих лошадей выстраиваются вертикально в левой части страницы. Затем слова выбранного отрывка из прозы записываются в вертикальные столбцы, примыкающие к списку имён, таким образом, чтобы рядом с каждым именем вскоре появлялся горизонтальный ряд букв. Когда этот ряд достигает определённого числа, вычисляется числовое значение ряда, и сумма записывается рядом с последней буквой. Сравнение результатов определяет прогресс каждой лошади до определённого момента забега; грубо говоря, лошадь с наивысшим общим результатом становится лидером на этот момент.
