Литмир - Электронная Библиотека
A
A

– Я вовсе не желаю зависеть от тебя в денежном отношении.

– Тодд…

– Нет, сестра, не перебивай, пожалуйста. Я не знаю, сколько времени мне понадобится, чтобы найти другую работу, а ведь должен родиться ребенок и все такое… – Он помолчал. – Доктор Андерс сказал мне сегодня, что моя нога, черт бы ее побрал, еще несколько месяцев не сможет функционировать нормально. Мне придется фактически заново учиться ходить. – Он снова замолчал, меняя положение тела. – И если комиссия признает меня виновным, я не знаю, как долго Эш сможет содержать меня на страховку компании.

Рейн подвинула стул поближе к кровати и решительно выставила вперед подбородок.

– Я уже тебе говорила, но ты, очевидно, меня не слушал, дорогой братец. Я позабочусь о том, чтобы никто из вас ни в чем не нуждался. Поэтому выбрось все мрачные мысли из головы, ладно?

Улыбка смягчила его напряженное лицо.

– Ладно, сдаюсь. Ты всегда любила командовать. Но я обязательно верну тебе долг – хотя еще и не знаю, когда и как…

Острая боль в ноге внезапно вернула Рейн к реальности. Черт возьми, у нее затекла нога. Поморщившись, она встала и принялась ходить. Потом решила налить себе свежего кофе и поковыляла на кухню. В это время раздался звонок в дверь.

Эш. Интуиция подсказала ей, что это он. Словно молния пронзила ее тело. «Я знала, что он придет», – запело ее сердце. Они были в разлуке всего несколько дней, но ей казалось, что прошла вечность.

На ослабевших ногах она подошла к двери, распахнула ее и увидела похудевшее, изможденное лицо Эша. Вид у него был такой, как будто он не спал несколько суток. Глаза провалились, под ними были темные круги.

Несколько секунд они молча смотрели друг на друга.

– Меня здесь примут? – спросил наконец Эш хриплым голосом.

У Рейн забилось сердце.

– Ах, Эш, – прошептала она, – как ты можешь сомневаться в этом?

– Я не стал бы тебя винить даже в том случае, если бы ты сразу захлопнула передо мной дверь.

Рейн отступила на шаг.

– Проходи, пожалуйста.

Она увидела у него на лбу глубокие морщины, когда, пройдя на середину комнаты, он повернулся к ней.

– Я недостоин тебя, – глухо произнес он. – О Господи, как я хотел, чтобы ты была со мной, но я боялся… – Он помолчал, подыскивая точное слово. – Боялся быть эгоистичным и снова обречь тебя на мучения. Дьявольщина, я сейчас пытаюсь объяснить тебе, что во мне что-то надорвалось и я не мог с этим справиться… Видишь ли, – добавил он надтреснутым голосом, – я любил Мака.

Она вплыла в его объятия, словно теплый южный ветер, ароматный и нежный, и прижалась щекой к его щеке.

– Ах, Эш, мне так жаль, так жаль…

– Я знаю, знаю, – быстро говорил он, баюкая ее – женщину, которую так неистово любил и боготворил. После всех этих дней и ночей, часов и минут и долгих-долгих секунд и мгновений, которые он провел без нее, он ощущал себя так, словно наконец вернулся домой. Ее нежный голос обволакивал его и врачевал раны. Эш зарылся лицом в шелк ее волос и пришел к выводу, что рай существует и на земле.

– Я понимаю, я действительно все понимаю, – бормотала она, прижимаясь к Эшу всем телом. Затем, через несколько мгновений, она спросила: – А как Элис?

Эш тяжело вздохнул.

– Лучше, слава Богу, но были моменты, когда я сомневался в том, что она выживет.

Рейн успокаивающе погладила его по щеке.

Они долго стояли в тишине, глядя друг другу в глаза. Затем Эш притянул ее к себе и зашептал:

– Моя любимая… любимая.

И прижался к ее губам. Поцелуй их длился бесконечно.

– Эш, я так скучала по тебе, – простонала Рейн.

Эш побледнел.

– Эш?

– Рейн, я должен признаться тебе, – хрипло начал он. – Ведь я решил не возвращаться к тебе. Но не смог.

Рейн и сама не знала, как ее рука опустилась вниз, а ладонь легла на тугой бугор, выпирающий из его брюк.

– О Боже, Рейн, что ты делаешь? – задохнулся Эш.

Рейн ужаснулась своей дерзости и густо покраснела.

И неожиданно в глазах Эша зажегся озорной блеск.

– Ты просто восхитительна, – ухмыльнулся он.

Рейн опустила ресницы, боясь встретиться с его взглядом.

– Боже мой, как я мечтал обнять тебя.

Она прижималась к нему, ощущая, как умиротворение и любовь пронизывают ее, и от этого волшебного чувства у нее закружилась голова.

– А я мечтала о тебе.

Эш поднял ее на руки и решительно понес в спальню. Там он поставил Рейн на ковер и начал лихорадочно раздевать, затем разделся сам. Обнаженные, они упали на кровать и прижались друг к другу горячими телами.

– Я хочу, чтобы ты любил меня… Хочу, чтобы ты был во мне, Эш, – жарко шептала она.

– Моя! – услышала она в ответ. – Моя навсегда.

Его толчки были мощными и быстрыми, и она сразу подстроилась под его ритм, впиваясь ногтями в плечи. Достигнув вершины экстаза, он излился в нее с такой силой, что ни одна частица ее тела не осталась к этому безучастной.

Прошло еще много долгих минут, прежде чем они вернулись на землю.

– Эш, – засыпая, прошептала она, – я люблю тебя.

Он обнял ее и прижал к себе, и благословенный сон принял их в свои объятия.

Эта ночь любви перевернула всю ее жизнь. Никогда еще Рейн не была такой счастливой. Все свои сомнения и страхи она запрятала в очень дальние закоулки сердца. Она не позволяла тревожным мыслям брать над ней верх и портить настроение во время встреч с Эшем. Наслаждайся моментом, Рейн, говорила она себе.

Так она и поступала. Днем, пока Эш находился на заводе, Рейн навещала Тодда, который уже начал ходить на костылях. Вместе с Хизер они ездили по магазинам, покупая необходимые вещи для малыша. Один день Рейн провела в Далласе, где приложила максимум усилий, чтобы наверстать упущенное за время своего отсутствия.

Зато ночи принадлежали Эшу. Она теперь на практике узнала значение слова «волшебство». Волшебство любви – вот как она это называла. Что касается Эша, то он непременно звонил ей днем либо посылал цветок, записку или что-нибудь еще, чтобы и днем не разрывалась прочная нить, связавшая их навеки.

Нынешний день также не стал исключением. Была суббота, они приехали на его ранчо, пообедали на веранде, затем занимались любовью под звездами в гамаке, после чего погрузились в джакузи, где струи горячей воды ласкали их утомленные тела. Выбравшись из ванны, они наперегонки помчались к постели.

– Я никудышная, совершенно никчемная женщина, – расслабленно пожаловалась Рейн, положив голову ему на плечо. Ей не хотелось даже шевелиться. – Я сейчас не смогла бы принять решения, даже если бы от него зависела моя жизнь. – Она тихонько засмеялась. – У меня совсем не осталось сил.

– Это очень плохо, – проговорил Эш, – потому что я собирался тебя кое о чем попросить.

Сонливость Рейн как рукой сняло.

– О чем же?

– Я хочу, чтобы ты мне кое-что пообещала.

– Что угодно, – промурлыкала она.

Эш нежно поцеловал ее в лоб.

– Обещай, что ты послезавтра придешь на аэродром и посмотришь, как я отправлюсь на «Черной кобре» в первый испытательный полет… После того как я встретил тебя и влюбился, это второе по значению событие в моей жизни. Это итог моей многолетней работы.

Рейн оцепенела. Ее охватил прежний леденящий страх. Одна мысль о том, что он полетит на этом самолете, приводила ее в ужас. Только не сейчас! Господи, только не сейчас! Не в тот момент, когда у них все так чудесно!

Паника, отразившаяся на лице Рейн, резанула Эша по сердцу. Он мысленно обругал себя за то, что так неумело все преподнес. Но ведь он должен был сказать ей об этом! Он хотел, чтобы Рейн разделяла с ним все жизненные заботы, стала частью его жизни. Увы, она все еще настроена против его полетов. Он поклялся себе, что его любовь и нежность помогут ей преодолеть все страхи, и если ему это не удалось… Ладно, он не будет думать об этом сейчас, эти мысли могут слишком далеко завести. Сначала он должен найти способ, как убрать холод из ее взгляда.

37
{"b":"95180","o":1}