– Проходишь физиотерапию?

– Немного. Ещё больше будет, когда снимут эти ремни. – Иззи морщится. – Лучше не будем об этом говорить. – Она начинает есть второй рыбный тако.

– Ты когда-нибудь ещё будешь играть на подаче?

– Чёрт, нет.

– Ладно, следующая тема. Ты что-нибудь знаешь про Церковь Истинного Святого Христа?

– Ага. Знаю кое-что, и это забавно. Мне рассказал Лью Уорик. Ты знаешь, что он сейчас исполняет обязанности начальника полиции, да?

– Слышала. На самом деле от Бакайского Брэндона, который всегда первый узнаёт самые свежие новости.

– Это временно, пока не пригласят какого-нибудь крутого спеца из большого города. Он не против. Лью узнал это от ATF.[13] Пока не публично. Хочешь услышать историю?

– Конечно. – Глаза Холли сияют.

– В этой церкви была женщина по имени Мелоди Мартинек.

– Она что, поёт, когда отвечает на звонок?

– Я с ней никогда не говорила. Просто молчи и слушай, ладно? Она была близкой подругой матери Кристофера Стюарта и одной из немногих, кто знал, что Кристофер любит одеваться в женскую одежду. Это было в честь его сестры. Или потому что он иногда думал, что он – его сестра. Мартинек по этому поводу мнения не имела. Со временем, после смерти его родителей, это стало известно в их маленьком культе. Мартинек разочаровалась и ушла из церкви после смерти миссис Стюарт. Говорила, что им не позволили отвезти Стюарт к врачу, потому что они собирались молитвой излечить рак.

– Наверное, они так же пытались молитвой излечить «женскую половину» Кристофера Стюарта, – говорит Холли.

– Да, наверное. Знаешь, Холли, я думаю, религии во всём мире виноваты во множестве проблем.

– Давай, продолжай.

– Мартинек поговорила с полицейскими в Барабу-Джанкшн. Местные копы связались с полицейскими штата, те – с ATF. ATF получил ордер на обыск на основании заверенного заявления Мартинек и они обнаружили огромный арсенал оружия в подвале церкви. Серьезные игрушки: пулемёты с вращающимся стволом 50-го калибра, осколочные гранаты M67, миномёты... ты понимаешь, да? Церковь Истинного Святого Христа готовилась к настоящей Святой войне, и церковь закрыли.

– А как насчёт Эндрю Фэллоуза?

– Там новости не такие хорошие. Он нанял кучу адвокатов – настоящую армию юридических бойцов. Юристы утверждают, что он ничего не знает. Ни про Криса Стюарта, ни про оружие. Фэллоуз, похоже, думает, что комендор-сержант Иисус послал все это оружие с небес.

– Федералы, полиция Висконсина или кто-то ещё... у них нет никаких улик против Фэллоуза по делу Кристофера Стюарта?

– Нет.

Холли говорит:

– Это ерунда! Нет, это дерьмо! Фэллоуз подстрекал Стюарта. Запустил его. Я, чёрт возьми, знаю это.

– Наверное, ты права, но он на свободе и, скорее всего, так и останется. За этой церковью стоят большие деньги, и ты знаешь, как это бывает, да? Деньги говорят, правда молчит.

Иззи достаёт из кармана бутылочку с таблетками и передаёт Холли.

– Откроешь для меня? Тут нужны обе руки. Синие – антибиотики, их надо принимать с едой. Белые – обезболивающие, я приму две после еды.

Холли открывает бутылочку, Иззи проглатывает синюю таблетку с Колой, смотрит на две белые и говорит:

– Не могу дождаться.

– Ты же не хочешь подсесть на них?

– Сейчас я подсела только на боль. И рыбные тако. Можешь принести ещё?

Холли с радостью соглашается – подруга явно похудела. Когда она возвращается, Иззи улыбается:

– Это правда?

– Что именно?

– Про Сестру Бесси? Что она откроет шоу в Минго в августе?

– Правда.

– Ты уверена?

– Я уверена. Я узнала от Барбары. Она сейчас живёт в гостевом доме Бетти и согласилась хотя бы один раз выступить в роли почётной «Дикси Кристалс», прямо здесь.

– Ты можешь достать мне билеты?

Холли улыбается. Когда она улыбается, она светится. Годы отступают, и она снова молода.

Она говорит:

– Конечно могу. У меня же есть друзья в группе.

Наконец Джерри Эллисон может вернуться в подсобное помещение уборщика и смежную комнату с оборудованием в подвале «Аудитории Мингo». Место было оцеплено полицией, и эксперты в белых защитных костюмах «Тайвек» тщательно обыскали всё с кисточками, порошком для отпечатков и люминолом. За каждым их шагом следовали три видеографа, снимая всё, включая тайник Джерри в подвале.

– Осторожно с этим, – сказал Джерри, когда один из экспертов в «Тайвек» наклонился, чтобы рассмотреть керамическую лошадку на захламлённом столе Джерри. – Это семейная реликвия.

Конечно, чушь. Он спер её с рабочего стола Дона Гибсона ещё до того, как прибыли копы. Ему всегда нравилась эта старая лошадка, этот старый Триггер.

В тот день, когда Холли и Иззи обедают в Дингли-парке, Джерри возвращается в свою комнату, думая только о шоколадном батончике Baby Ruth в кармане. Он останавливается у двери, когда слышит тихий голос изнутри: «Где ты её закопал, папа?»

Сердце бьётся так сильно, что пульсирует в его худой шее, Джерри заходит в своё крохотное помещение. Там пусто. Только керамическая лошадка на столе.

Смотрит на него.

28 августа, 2024

Эту книгу было трудно писать, отчасти потому, что в конце сентября 2023 года мне сделали операцию по восстановлению повреждённого бедра. Роман пережил множество переписок и три смены названия. Теперь я наконец доволен. Или – будем честны – достаточно доволен. Никогда книга не бывает такой, какой хотелось бы, но наступает момент, когда её нужно отпустить.

Мне очень помогали по пути, особенно Робин Фёрт, которая занимается исследованиями, помогает избегать ошибок, создаёт по-настоящему выдающиеся временные линии и, самое главное, оказывает огромную поддержку. Бывали моменты, особенно после операции, когда эта книга могла бы умереть без неё. Посвящение – маленькая плата, но и необходимая.

Лиз Дархансофф – мой агент, она сменила Чака Веррилла и ни разу не дала сбоя, несмотря на то, что сама переживала утрату своего давнего бизнес-партнёра. Она была надёжной и поддерживающей опорой, особенно в холодные месяцы с ноября 2023 по февраль 2024, когда я отчаялся когда-либо закончить книгу.

Нэн Грэм – мой давний редактор. Все её предложения были полезны. Ещё полезнее – и ободряюще! – маленькие пометки в полях карандашом, означающие, что что-то её действительно зацепило. Крис Лоттс занимается иностранными правами и у него появился малыш – ура, Хьюго.

Кэти Монэгэн занимается пиаром. Она всегда весёлая, всегда готова поддержать, всегда умная в вопросах PR – что хорошо, что плохо и что просто ужасно. Ещё она печёт лучшие в мире печенья.

Особая благодарность моему другу Нарешу Мотвани, который придумал термин «еБэйщик» для охотников за автографами, которые преследуют меня и собираются у отелей во время моих туров. Это не просто фанаты, желающие получить пару подписанных книг для коллекции, а спекулянты, считающие, что их навязчивость – это цена, которую знаменитости платят за свою славу.

Я, пожалуй, не совсем согласен, но это только моё мнение… и термин «еБэйщик» описывает их идеально, потому что большинство из них именно так и делают – bay (кричат, навязчиво требуют).

Спасибо Джону Леонарду, мастеру на все руки. Он следит, чтобы мой компьютер работал, чтобы дом не разваливался у нас на глазах, и вместе с ним – Молли, она же Исчадие Зла – у нас у обоих под опекой. Она его просто обожает, и он её тоже… Ну а кто её не любит? Все любят Молли.

Джая Мичели создала несколько потрясающих вариантов обложек, включая эту.

Кристина Зарафонитис делает замечательные аудиокниги из моих текстов и терпеливо выслушивает мои ошибки в произношении на своём автоответчике.