Дьян явно не верил в мою затею, но даже если так, я не собиралась сдаваться. Если верить в то, что все получится, это непременно так и случиться. Я верила своей Богине, воспитанная на любви к этой великой хранительнице нашего рода и теперь это был единственный возможный шанс для меня и Дьяна, чтобы наконец найти Адриэля.

- Хорошо. Говори, что тебе нужно, — Дьян быстро сдался, и все же, был готов слушать меня внимательно.

На миг я задумалась, припоминая все то огромное количество сухих растений, что летели в котел Маатис. К счастью, их было не более десятка, но сложность заключалась в их редкости…

- Мне нужна змеиная трава, желательно лепестки соцветий. Маковые семена, цветы лаванды и аконита. Душистый перец, листья мяты и корень вьюна. - я уверенно перечисляла все то, что так хорошо отложилось в моей памяти. На удивление, мне даже вспомнился порядок, в котором сухие травы и растения опускались в котел. - Если есть какие-либо благовония - неси тоже. Хорошо, если это будет сосна…

Мальчик с готовностью отставил свою, уже давно остывшую чашку травяного чая. Его задумчивый взгляд прошелся по тем же полочкам, в которые так усердно всматривалась и я сама. На миг я испытала чувство паники, если вдруг какие-то ингредиенты отсутствуют, но Дьян медленно кивнул.

- Думаю, все из перечисленного тобой у нас есть. Единственное, вместо сосны могу предложить можжевельник - у нас его много. Хозяин любил укладывать небольшие веточки на подоконнике своей комнаты для аромата, — тихо произнес мальчик. - Подожди немного, я принесу все необходимое…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Когда все необходимое уже лежало перед моими глазами, я испытала странное чувство, будто стояла на пороге чего-то необыкновенного и совершенно непринадлежащего мне. Только теперь мне довелось задуматься: А могу ли я так просто вторгаться в обитель Богини? Имею ли земное право обратиться к ней с вопросом, чтобы помочь Адриэлю? Мою неуверенность могла разрушить лишь надежда на то, что нам удастся отыскать хозяина дома, но и она была слабой, как бы я ни храбрилась перед мальчиком.

Пришлось отправить Дьяна за снегом, чтобы растопить его на печи в чугунном котле. Именно так Маатис добывала воду для ритуала зимой, а в теплое время сама ходила в леса, чтобы отыскать подходящий родник. Я же, тем временем, отбирала сушеные травы, деля их на горстки, которые вскоре отправятся в бурлящую воду. Аромат растений, который пусть и стал слабее из-за усыхания, сильно бил в нос и оставался на пальцах. То, что с детства неустанно шло с мной рука об руку. То, с чем я выросла. В каждом доме нашего поселения была своя лекарская шкатулка, в которой хранились многие травы, но куда большее применение они находили именно в еде и пряных чаях. Наш народ глубоко ценил дары, принесенные богиней в этот мир и пользовался этим слишком усердно.

Сжимая тонкую веточку лаванды, на которой, словно бусины, были нанизаны крохотные цветы, потерявшие былую красоту, я услышала топот пары ног. Уже через мгновение передо мной появился Дьян, крепко сжимающий в своих ручонках котел, из которого выглядывала пышная снежная шапка.

- Можем начинать, — кивнула я, принимая в руки тяжелый чугунный чан.

Огонь в печи разгорался сильнее от недавно подброшенных поленьев и теперь, подвесив котел на железную треногу, я с дрожью во всем теле наблюдала за тем, как стремительное оседает снег, разнося по затихшей кухне свое яростное шипение.

Пришлось прикрыть глаза, чтобы успокоить свое колотящееся сердце и вспомнить слова старой шаманки, которые она с особым усердием произносила над кипящей водой. Я мысленно представила Богиню, однако образ, который тщательно рисовался в моей голове, стремительно исчезал, будто никак не вязался с истиной сущностью Иштаари, праматерью всего живого. И тогда в моей памяти всплыл родной лес, шум игривого ветра, запах сырой земли и пение птиц. Я вспомнила чистый ручей, и каменистую насыпь, на которой любила сидеть в особо жаркие дни лета. Я вспомнила цветение диких колокольчиков и зелень трав, в которых прятались насекомые, снующие по своим делам. Именно туда любила уходить Маатис, порой пропадая на несколько дней. Только теперь я поняла, что таким образом она общалась с нашей богиней, впитывая в себя жизненную энергию леса и даруя нашему народу. Шаманка была тем самым проводником, в чьих руках была зажата тонкая нить, связующая праматерь и своих детей…

Дьян, казалось, будто бы перестал существовать, тихо наблюдая за мной из дальнего угла. А я, будто ведомая чужой, невидимой рукой, то и дело разворачивалась к столу, брала нужные травы и поочередно скидывала их в бурлящий котел. Мне нравилось наблюдать за тем, как сушеные лепестки цветов стремительно напитываются влагой и опускаются на самое дно, нравилось ощущать этот чарующий аромат, что мешался с легким дымом, нравилось слышать угольный треск.

- Богиня Иштаари, я, дочь твоя Онари, обращаюсь с просьбой помочь мне в поисках друга… - тихо шептала я, завороженно глядя в воду, в которой, шумным водоворотом метались травы. - Мне очень нужна твоя помощь… Я не шаманка, не проводник и не служительница твоих избранных дочерей, но кроме тебя мне больше не к кому обратиться. Прошу тебя, Богиня, покажи мне, где находится Адриэль. Подскажи мне, как его спасти, как уберечь от опасности…

Я не сразу заметила, как посторонние звуки стремительно затихают. Не сразу заметила, каким отдаленным стал шум кипящей воды и заискивающее потрескивание огня. Казалось, даже мое собственное сердце перестало стучать в этот самый момент. И тогда я закрыла глаза снова, стараясь полной грудью вдыхать в себя священный аромат диких трав…

Поначалу мое шаткое сознание заполнили неясные образы, мутными разводами всплывающие в голове. Однако, картинка стремительно впитывала в себя яркие краски, становясь все более четкой и почти осязаемой… Большой зал, каких мне не доводилось видеть ни разу. Высокий потолок обретал роспись, будто кто-то прямо на моих глазах рисовал красивые, золотистые линии, похожие на плетение лозы или вьюна. Золото высоких канделябров, изящная лепнина и черный, мраморный пол, сильно бликующий в свете сотен свечных огоньков. Я никогда не видела подобных мест, а все, что хотя бы отдаленно походило на это великолепие, встречалось только на старых гравюрах книг, которые я любила листать в детстве. В первый миг я подумала, что просто сплю, но четкий, ясный голос, раздавшийся за моей спиной, заставил колотящееся сердце пропустить удар и невольно сжаться в тугой комок.

- И что вы хотите от меня на этот раз? Подчинения? - спокойный голос Адриэля прокатился по залу.

Я ощущала себя здесь и не здесь одновременно, будто моя душа отделилась от тела и каким-то неведомым образом перенеслась далеко за пределы пустоши. Стоило мне обернуться, обратить свой взор на говорившего, как я обомлела. Два темных силуэта, сидящие напротив друг друга и разделенные одним стеклянным столом, на котором стояло две чашки. Позади, ярким пламенем горел огромный камин, размеры которого превышали все мои представления. И теперь, в свете рыжих отблесков, ощущая удушающий жар, я смогла разглядеть в одном из собеседников самого Адриэля. Значит, его голос не был частью моего воображения!

- Мой друг, ты же прекрасно знаешь, какие трудные времена переживает наше королевство! - елейным голосом произнес собеседник Адриэля. - Граница больше не может сдерживать врагов, а те силы, что мы уже направили на защиту, скоро потерпят свой крах. Если бы мой отец знал, насколько ценны драконы в обороне и магии, то непременно мог взять куда больше пленных. Но, увы, мы должны пользоваться тем, что осталось. Последние драконы гибнут, Адриэль…

- Вы уничтожили мой народ, — презрительно бросил хозяин. - И теперь хотите, чтобы я так просто согласился на все это? Думаете, если запугаете горожан, они станут более покладистыми? Думаете, если тронете кого-то из моих людей, я тут же сдамся? То, что вы сейчас творите, вызывает во мне лишь гнев и злость, но никак не жажду подчинения.